Ведьма по обмену - Дора Коуст

До ворот оставалось пятнадцать-двадцать метров, когда он наконец остановился, скидывая глубокий капюшон.

– Гарнас! – выплюнул гном с омерзением, узнавая в некроманте своего помощника.

– Удивлены? – зло усмехнулся парень, а его лицо исказила неприятная гримаса.

Молодого мужчину было не узнать. Всегда скромный, слегка неопрятный, но приятный на вид. Сейчас последнее, что он вызывал, – это жалость.

– Зачем тебе это надо? – не поддался эмоциям господин Апарти.

– Вы мне жизнь сломали, – произнес помощник с особым удовольствием. – Побрезговали свою дочь за меня замуж отдать. Лишили возможности стать офицером, не разрешив пойти учиться. Я всю свою жизнь был грязью под вашими ногтями.

– И это все? Ты хочешь погубить целый город, жителей Кентерфила, потому что тебя обидел злой гном? Гарнас, ты серьезно? Ты ведешь себя как обиженный мальчишка! – высмеивал его капитан, но я видела, что это веселье было напускным.

– Я хочу разрушить все то, что вы любите, и этот город станет первым.

– Он что, серьезно? – ошеломленно спросила я у Жозефа.

Нет, я прекрасно знала, что затаившиеся обиды чаще всего становятся поводом для преступлений, но… Не понимала глубины именно этих обид. Не осознавала масштабов.

Что связывало капитана и помощника? Почему первый не разрешил второму учиться и как вообще он мог ему что-то не разрешить? Что связывало Гарнаса и дочь капитана?

– Он не знает, – убито произнес ведьмак, обращаясь явно не ко мне.

– О чем не знает? – напомнила я о себе.

Проигнорировав мой вопрос, Жозеф отдал очередной приказ:

– Охранять капитана.

Некромант уходил. Не проронив больше ни слова, он порывисто развернулся – полы рваного плаща повторно дернулись – и пошел обратно к своему войску, а я вдруг поняла, что помощник капитана просто не вписывается во все преступления.

Зачем ему чужая магия, чужая жизненная сила? Ведь зачем-то ее выпивали из всех пострадавших! А главное, это делал кто-то, кому это было необходимо.

– Их нельзя запускать в город, – тем временем объявил капитан.

– Наши стены не выдержат такого натиска! – всполошился трясущийся офицер пропускной стражи.

– Значит, придется биться перед стенами, – заключил Жозеф и вдруг заставил меня обернуться. Полный нежности поцелуй сладкой патокой заскользил по моим губам. – Улетай, Селена. Прямо сейчас.

Схватив отстранившегося мужчину за ворот рубашки, на этот раз именно я вынудила его склониться. Мой поцелуй не был нежным ни на грамм. Наоборот, я вложила в него все свои чувства, всю страсть, все эмоции, которые испытывала по отношению к этому несносному ведьмаку.

– Идите лесом, господин следователь, – рвано выдохнула я, с трудом удерживая себя на ногах. – Если мы останемся в живых и отстоим город, я выйду за вас замуж.

– Спускаемся вниз.

Последнюю фразу Жозеф произнес, не глядя на других. Он смотрел исключительно мне в глаза, и я видела, что мои слова мужчина принял всерьез. Впрочем, я действительно говорила серьезно, потому что шансы выжить и отстоять город у нас были минимальными.

– Капитан, вы остаетесь здесь, – окликнул ведьмак своего начальника, направившегося к каменной лестнице за всеми остальными.

– Не тебе мне указывать, щенок. Твоя задача – выжить и жениться на ведьме. Кто-то должен спасти мир, – сделал мужчина паузу. – От нее.

И вот я бы обиделась! Сначала, конечно, покраснела бы, но потом обиделась бы! Только ни место, ни время не распологали.

– Так о чем не знает Гарнас? – задержала я Жозефа на лестнице.

– Господин Апарти его отец, – безэмоционально поведал ведьмак, а я едва со ступенек не рухнула.

– То есть его дочь… и его сын…

– Лилит не была его дочерью. Она попала в отделение городской стражи еще малышкой. Ее родители – очень дальние родственники Апарти – пропали, и за время их безуспешных поисков капитан прикипел к шестилетней девочке. Через два года на его пороге оказался десятилетний Гарнас. В сопроводительной записке было указано, что мальчик – сын капитана, и больше ничего.

– Но почему Гарнас об этом не знает? Почему капитан не разрешил пойти ему учиться на офицера? Почему не одобрил брак?

– Гарнас не знает о том, что капитан его отец, потому что Апарти не имел на него никаких документов и ему пришлось усыновить мальчика. Признаться капитан так и не решился. Что касается учебы, Гарнасу по состоянию здоровья нельзя подпадать под влияние любых чар. Для него это смертельно. Именно поэтому капитан заваливает его бумажной работой. А брак… Когда Лилит исполнилось восемнадцать, в ней проснулся дар суккуба, и это вызывало проблемы в первую очередь в жизни самой девушки. Капитану удалось найти других суккубов, которые согласились взять ее под свое крыло и научить совладать с даром. Общение с девушкой для Гарнаса рано или поздно привело бы к смерти последнего.

– Но… но ведь он некромант!

– В нем не было магии, Селена. Никогда не было, и я не знаю, откуда взялся этот дар. Вероятнее всего, и капитан не знает.

– Нужно все ему рассказать. Нужно объяснить!

– Не нам это решать, Селена. Не нам.

Каменные ступеньки закончились, как и разговор. Мы были последними, кто вышел через узкую щель ворот. Железные створки с грохотом закрылись за нашими спинами, а мне до последнего не верилось, что сейчас нам придется драться.

Тишина стояла оглушающая. Если бы я не видела тысячи мертвяков своими глазами, то никогда бы не определила их местоположение по звукам. Потому что стояли они словно статуи, будто ожидая приказа.

А приказ все не поступал.

– Почему он медлит?! – взволнованно произнесла я вслух, ни к кому особо не обращаясь.

– Потому что пытается побороть мою магию. Я взял под контроль всю его первую линию… – с усилием выдавил из себя Алдин, пока по его вискам градом катился пот. – Только не мешайте!

– Да мы вообще можем уйти! – поежился Патрик, ни на секунду не выпуская противника из поля зрения.

– Господин Апарти, сейчас самое время! Вы должны признаться Гарнасу во всем! Вы должны рассказать.

– Селена… – одернул меня ведьмак.

– Но я же права! Вы должны поговорить с… сыном! Нам не выстоять против его армии!

И капитан дрогнул. Я видела, как тяжело далось ему это решение. Видела, с каким трудом он сделал первый шаг, но чем дальше мужчина уходил, тем тверже становилась его поступь.

Попытавшись ухватить меня за руку, Жозеф потерпел поражение. Потому что я не собиралась оставлять капитана один на один с его проблемами. Чувствовала, что иду не одна. Видела Ордина, Алдина, Бельмана и даже Патрика. Ощущала ведьмака в шаге от себя и радовалась тому, что Валенсию удалось вывезти из города.