Здесь драконы не пролетали? - Татьяна Абалова

– … и против интересов моего королевства, – поспешил добавить принц и протянул мне руку.

– Применю ее только в крайнем случае. Например, как защиту от враждебно настроенных аристократок, – я кивнула на стайку девиц, совсем недавно изображавших подружек невесты. Сестра Ферстафа первая злыдня. Я поняла это сразу.

– Использование магии под строгим запретом. Даже на грани смерти ты ее не применишь. Только такое нерушимое условие как для тебя, так и для меня. И я тогда поклянусь, что не поведу тебя к алтарю в ошейнике рабыни. Сама пойдешь, – мне мило улыбнулись и сжали крепко ладонь. Я вскрикнула, не ожидая, что вспыхнувшее серебристое сияние холодом обожжет руки. – Клятва принята, милая. Нарушителю – смерть.

Вот же ж гад! Знает, как озадачить девушку. И на что я только что подписалась?

***

Хотя я сомневалась, Ферстаф быстро выполнил обещанное: как только мы вошли в покои, что предназначались для меня, лишил ошейника рабыни и вообще был очень мил и внимателен. Он выпроводил служанок за дверь и сам помог выпутаться из меховой накидки. От быстрого шага я умудрилась вспотеть, поэтому стеснялась и была скованной, но поцелуй жениха в шею, освобожденную не только от алой ленты, но и от ожерелья, вернул боевой настрой.

– М-м-м, как прекрасно ты пахнешь…

Аларм-аларм! Меня приручают нежностью! Мой прыжок в сторону лишь развеселил дракона. Посмеиваясь, он уложил колье в футляр, но не спрятал в карман, а оставил на премиленьком туалетном столике. Теперь, освобожденная от оков, я могла оценить старания дизайнера, готовившего для меня покои.

Нет нелюбимого мной розового цвета, много белого, сочетающегося с теплыми пастельными тонами, делающими обстановку уютнее. Пузатые гардеробы, диваны, кривоногие кушетки и пуфы, мягкая кровать под воздушным пологом. В ее сторону я вообще старалась не смотреть. Ошейник снят, сотворение уникальных детишек откладывается на неопределенный срок. До того, как я пойму, что делать со своей судьбой, у меня еще куча намеченных дел.

Гармонию покоев портили лишь стоящие у порога сундуки с приданым, которые странным образом оказались во дворце быстрее меня.

– Располагайся как у себя дома, – Ферстаф подхватил выбившуюся из заколотых на затылке волос прядь и заправила за ухо.

Знал бы он, что я считаю домом. Все-таки хорошая у меня была бабушка. И коммуналка запомнилась веселой. Без воспитания баб Нюры и улицы, из меня не получилась бы сегодняшняя я. Пусть иногда и распускаю нюни, но во мне заложен стержень, который не сломать. Я буду осторожной, я буду хитрой, я буду гибкой, ведь от моего умения приспосабливаться зависят судьбы людей, прячущихся в подземелье.

– Спасибо, Федя.

Жених фыркнул, услышав прежнее имя. Еще месяца не прошло, как я грезила о Федоре Звездном, а мне уже с трудом удавалось воскресить в памяти утраченное ощущение счастья. Пусть оно обманчивое, пусть я почувствую себя артисткой погорелого театра, но я буду стараться. Нельзя, чтобы Ферстаф догадался, что в моем сердце поселился тот, о ком нельзя даже думать.

Ветреные мы женщины, да?

Любила Федора, даже побежала за ним на край света, но стоило появиться другому мужчине, что постирал мое нижнее белье, подышал с чувством в шею, сладко поцеловал, и вот уже забыт первый, и я грежу о втором.

«Лина верельфаг дарти».

Что будет дальше? Заиграюсь и сама не замечу, как вновь влюблюсь в Федора? Пусть бы так. Я на самом деле попытаюсь вытеснить из памяти забывшего меня недоэльфа.

Я с удивлением посмотрела на ладонь, на которой остались кровавые лунки от ногтей. Так сильно я сжимала пальцы в кулак.

Черт. О чем я думаю? Неужели, проиграв спор, я позволю Ферстафу отвести меня к алтарю? Я ведь буду осознавать, что он всего лишь выполняет долг перед отечеством. Приручить меня, своеобразную атомную бомбу – великая цель драконов, но входит ли она в планы «малышки»? Так, кажется, назвали свою атомную бомбу американцы?

– Я позову служанок, чтобы тебе помогли разобрать сундуки. Надеюсь, ты не прячешь в них какого-нибудь блондина?

И я на самом деле заволновалась. Мало ли что собрала в дорогу королева-мать? Пусть письмо было написано рукой ее нынешней невестки, понятно же, кому пришла в голову идея одарить бесприданницу. От эксцентричной старушки всякого можно ожидать.

Ферстаф и без того не доверял мне, а увидев смятение, не поленился самолично открыть каждый из четырех сундуков. Увы, кроме туалетных принадлежностей, красивых нарядов и ларцов с драгоценностями, пытливые руки жениха ничего не обнаружили.

Зато я сидела на диване и старательно делала равнодушное лицо. Едва сдерживала себя, чтобы не разулыбаться во весь рот.

В первой же шкатулке я заметила Ключ!

Умница миффи Дельфия запомнила, как я выбралась из зазеркалья, и оставила лазейку на тот случай, если мне придется спасаться бегством. Блин, а я совсем недавно ныла, что еще не разжилась друзьями.