Здесь драконы не пролетали? - Татьяна Абалова

Лежала я недолго. От желания действовать и куда-нибудь бежать (конечно, кроме спальни Ферстафа), у меня подергивались ноги.

– Если я сейчас же не выйду на свежий воздух, то взорвусь, – я бросила подушку, но брат увернулся.

– Открытый балкон в твоем распоряжении.

Угу. Большой, круглой формы, нависающий над скалами. Там ветер так рвет волосы, что задержись чуть дольше и лишишься скальпа. На этой вертолетной площадке только драконам взлетать, а не девицам прогуливаться.

– Я хочу двигаться, но не как скаковая лошадь по кругу. Какое еще развлечение мне доступно?

– Сад.

– О, а что же ты молчал?! – я резво соскочила с дивана и кинулась к гардеробу, чтобы достать подбитый мехом плащ с капюшоном и теплые сапожки. – Хотя чему удивляться, ты все время молчишь!

Это внизу, у моря, царит позднее лето, а в горах воздух настолько холоден, что вмиг заработаешь простуду. Я скидывала с себя одежду, не удосуживаясь прятаться за ширму, и тут же напяливала те вещи, что не будут путаться в ногах и сдерживать мой стремительный полет. Спасибо королеве-матери, она как никто понимает, что нужно девушке с именем Шило.

– Э-э-эм… штаны?

– Ха! Кто сказал, что неприлично? – я неслась по лестницам дворца так, что Повелу пришлось пуститься в бег. Ничего, пусть разомнется, голубчик. Застоялся у дверей.

Сад встретил ветром и солнцем. Я жмурилась и от того, и от другого, но свой забег не прекратила.

Хорошо то как!

Раскинув руки, покружилась на месте и, лишь услышав хихиканье откуда-то из-за кустов, поняла, что за мной наблюдают. Приблизившись нетвердой походкой (после кружения малость заносило) к источнику шума, заметила беседку, в которой сидели девицы из команды принцессы.

– Фер к ней почти не заходит, – скривила губы сестра Ферстафа, разглядывая меня, опешившую от такой наглости: сплетничают обо мне при мне же и не краснеют!

– Так зачем она ему? – повторяя за лидером, скривила губы вторая ехидна. Та самая, рыжая, что с придыханием произнесла «Ваше Выс-с-сочество!» и едва не вывалила сиськи из обширного декольте. – Зачем он приволок ее сюда?

– Сама притащилась, – фыркнула та, что мяла в руках платочек. Глаза красные, точно только что плакала. Несчастная любовь? Или подружки до слез довели? Сразу видно, злыдни.

– Вот и я гадаю, почему мой брат к Собонн заглядывает чаще, чем к своей невесте? – принцесса быстро состряпала милую улыбку.

– Особенно по ночам, – прошептала девица, похожая на снежную королеву – белые волосы, прозрачные глаза. Сказала гадость и спряталась за меховым воротником. Рыжая метнула в нее гневный взгляд. Ее пламенеющее лицо готово было поспорить с яркостью шевелюры. Видимо, она и есть Собонн.

– Ой, да ладно тебе, об этом все знают. И сама невеста тоже, – пятая, с лицом змеи (казалось, что изо рта вот-вот появится раздвоенный язык), перевела взгляд с любовницы Ферстафа на меня. – Да, дорогая? Мы же умеем сложить два и два? Если такой горячий мужчина не спит в твоей кровати, значит, он предпочитает другую?

– М-да, не повезло нашей курочке-несушке, – черноглазая, черноволосая и с такой же черной душой сестра «жениха» деланно вздохнула. – Нет любви и не будет. Цип-цип-цип…

Чертова Ворона.

– Все правильно, милые сплетницы. Но вот что странно: кольцо самого горячего мужчины на моей руке, а не на чье-либо другой. Неужели не годитесь в жены? Да и зачем, если так даете, задаром? – я поиграла пальцами перед носом подруг (кольцо победно ответило снопом искр) и, развернувшись на каблуках, пошла вглубь парка. А ведь так хотелось топнуть ногой, чтобы все четыре мымры провалились под землю. Чертово пари!

Я ушла довольно далеко и обернулась лишь однажды, но не для того, чтобы посмотреть, глазеют мне вслед или нет, а чтобы понять, почему не слышно шагов Повела. Обернулась и обомлела: сестра Ферстафа (знать бы еще ее имя) висела на шее моего охранника и страстно его целовала, а ее подруг будто ветром сдуло! Вот это фокус! Отхватил-таки братец принцессу! Что ж, мы оба родились под счастливой звездой. Только кому бы передать свое «счастье»?

– Пст! Пст!

Я задрала голову, не понимая, откуда слышится тайный призыв.

– Ба! Вот это неожиданность! – произнесла я и потянулась за яблоком, делая вид, что заинтересовалась горными дичками. Следуя конспирации даже надкусила и тут же, передернувшись, сплюнула. Кислятина. – Ну, говори, зачем пришел?

Шустрый мальчишка перескочил на ветвь ниже и нагнулся, чтобы в беседе не пришлось напрягать голосовые связки.

Ух, какая представилась возможность отомстить! Я, недолго думая, схватила Дайко за ухо и как следует потянула. Закричит, себе же хуже сделает. Павлик за сестру любого порвет.

– Ай, дура, пусти! – нейвер все правильно понял, просипел вполголоса.

– Обещала, что за шлюху ответишь? – прошипела и дернула еще раз так, что у брехливого пса брызнули слезы. – А это тебе за дуру.

– Ш-ш-ш…

– Ой, милый! Дай второе ушко, и я прямо сейчас превращу тебя в эльфа!

Дайко нашел-таки выход остановить меня: начал неуловимо меняться и через мгновение превратился в того самого статного мужчину.

Мне сделалось неловко: одно дело за уши мальчишку таскать, совсем другое – красавца с белым пучком волос на макушке. Конечно же, я ухо отпустила. И тут же намотала конский хвост на руку. И дернула так сильно, что добрый молодец оказался на земле. Знатно хлопнулся, аж дух вышибло!

– Что? Теперь желаешь превратиться во льва? Я не постесняюсь один хвост поменять на другой, с кисточкой, – произнесла я, забираясь верхом на пытающегося отдышаться пустынника. На всякий случай огляделась, не видит ли кто, как я безобразничаю, и не спешит ли на помощь Повел. Не мне, нейверу. Но слава богу, брат, отступив в сень деревьев, продолжал миловаться с принцессой, а та отвечала ему с удвоенной силой. Страстные голубки. Однако я с Дайко представляла не менее горячую парочку.

А красив черт! Умеют же мужики с возрастом хорошеть: глаза, хоть и раскосы, горят звездами, кожа – чистый фарфор, губы бледно розовые, пухлые, зубы точно жемчуг – один к одному. Настоящий мальчик-кавайчик.

– Чего лыбишься? – я сощурила глаза.

– А ты смелая, мне нравится. Но со львом точно не справишься. Одни башмачки останутся.

Я провела пальцем по бархатистой щеке добра-молодца. Интересно, природная гладкость или втирает чего? Поскребла ногтем то место, где еще виднелся шрам от укуса змеи.

– Я с твоей вирху справилась, думаешь льву язык не вырву?

– А наглая-я-я-я… – нейвер лыбился во весь рот.