Демиург. Том 3 - Артем Белов

— Арни, правый фланг, Шилена, левый! — отдал я приказ, активируя ускорение.

Мишка кружился на поляне, отвлекая внимания противника на себя, так что моё появление и пущенные в сторону камышей «гостинцы» стали неожиданностью.

Впрочем, вслед за взрывами самодельных гранат криков боли и ужаса я не услышал.

Зато увидел, как со стороны противника на поляну вывалился бугай, прямо на ходу обрастающий каменными плитами.

Набрав скорость и размер, каменный гигант обрушил чудовищный удар на Обморока, заставив мишку, не ожидавшего такой подлянки, обиженно зареветь.

Впрочем, от следующего удара косолапый увернулся, после чего махнул лапой в ответ, превращая внешние плиты в скальную щебёнку.

Скорее, почуяв опасность, чем расслышав щелчки тетивы, я выставил перед собой ледяной щит, принимая на него очередную порцию болтов. А спустя мгновение в камыши влетели бойцы Арни, размахивая двуручными мечами и молотами.

С другой стороны, в кусты вломилась кавалерия Шилены, выставив перед собой копья.

Сама же эльфийка, оставив любимого «волчонка» с Кнопкой, появилась рядом со мной, в одной руке держа кинжал, а в другой ручку плети, из которой стремительно начали расти чёрные жгуты.

— Не подставляйся! — рыкнул я на тёмную.

И тут же толкнул её в сторону, уворачиваясь от земляной волны, которая пробороздила половину поляны, расшвыривая в сторону гоблинов и волков.

— Шарова взять живым, остальных убить! — услышал я жёсткий голос за мгновения до того, как на поляну вывалился десяток «пятнистых».

У каждого из них в правой руке был то ли длинный кинжал, то ли короткий меч, а вот «оснащение» левой разнилось.

Кто-то держал перед собой открытую ладонь, и в отблесках разгорающегося после моих осколочных «шумих» пожара было видно, что так боец держал перед собой почти что невидимый щит.

У кого-то, напротив, кулак был сжат, и его обволакивало облако из трескучих разрядов, которое он тут же запустил в одного из всадников, моментально парализуя бедолагу.

В которого тут же прилетело огненное копьё, запущенное третьим «землянином». Похоже, вечер переставал быть томным…

Впереди справа от меня мишка обменивался с каменным человеком сокрушительными ударами. Чуть в сторонке от них Арни, применивший навык, обрушился с неба на «пятнистого» и тут же отлетел назад, напоровшись на непробиваемый щит.

Шилена, всего мгновение назад крутившаяся подле меня, сместилась ближе к своим всадникам, охаживая кнутом как чужих, так и своих.

Ну а я, судя по всему, удостоился чести сразиться с командиром «пятнистых», который уверенно шагал в мою сторону, не обращая внимания на направленного на него Ублюдка.

— Как же я долго ждал этого мгновения, Шаров. Как я хотел посмотреть в твои глаза — немолодой мужчина с лицом, изуродованным множеством шрамов, которые могут оставить лишь зомби, буквально рычал от возбуждения. — Я оставлю тебя в живых, но, думаю, моему демиургу ты сгодишься и без рук с ногами. Он определённо поймёт меня…

— Пожалуй, откажусь от знакомства с таким человеком, — произнёс я, нажимая на спусковой крючок Ублюдка.

Грянул выстрел, однако мужчина лишь замедлил шаг, выставив перед собой руку. А спустя мгновение я увидел, что выпущенная пуля зависла в воздухе.

— Не, ну это мы уже проходили… — я сместился в сторону, при этом продолжая вести стрельбу.

Но каждая выпущенная пуля всё так же застывала в воздухе, не достигнув цели.

— Твоя орда напала на конвой с припасами неподалёку от Питера, обрекая целый посёлок на вымирание, Шаров, — услышал я голос мужчины. — Среди которых были и мои близкие… Если бы ты знал, сколько раз я убивал тебя в своих снах, ублюдок…

— Я так понимаю, что слова соболезнования уже не помогут? — поинтересовался, меняя револьвер на клинок.

— Шутишь, мразь бездушная? — прищурился мужчина, тяжёлым берцем наступая на горло упавшего ему под ногу гоблина. — Ну так теперь позволь я тебе кое-что весёлое покажу…

«Пятнистый» остановился и поднял руку вверх. И все выпущенные мною пули послушно поднялись, а спустя мгновение «брызнули» в стороны, кося наседающих на «землян» гоблинов.

А я с удивлением опустив взгляд и с удивлением обнаружил, что у меня из живота торчит рукоять клинка, всего мгновение назад, находившегося в руке противника.

— Что, нравится? Весело, скажи же… — мужчина вновь улыбнулся и поднял руку, а из-за его спины показались четыре кинжала, абсолютно подвластные наёмнику. — Ну что же ты, Шаров? Ну давай, улыбнись…

Взмах рукой, и спустя мгновение я ощутил, как меня захлёстывает волна боли и уносит куда-то далеко прочь…

Глава 22

Зелёно-серый Осколок-хаб

Сто пятнадцатый день проекта

Вечер

— У-у-у, сука, как же больно…

Я ощущал буквально каждый миллиметр кинжала, который медленно, «со скрипом», выходил из моей драгоценной тушки. И даже целебное тепло, исходящее из рук склонившейся надо мной Кнопки, облегчения не приносило.

— Зато живой… — с нескрываемой издёвкой произнесла Шилена, сидевшая на своём волчаре и с аппетитом уминавшая фрукт, похожий на оранжевое яблоко. — И вообще, где слова благодарности?

— Ах ты ж, б**дь… — чёртов кинжал, чьё лезвие, благодаря навыкам командира «пятнистых», уже внутри меня обросло мелкими шипами, наконец, вышел, и я на мгновение поплыл от ощущения облегчения. Да такого облегчения, что жить вновь захотелось.

— Я не такая, я — Шилена, — надула губки эльфийка и бросила огрызок в сторону, угодив в гоблина. Впрочем, тот на прилетевший снаряд внимание не обратил, обирая труп «пятнистого».

— В живых кто-нибудь остался? — поинтересовался я, наконец, ощущая, как стихает боль. Правда, на мгновение меня пронзили её фантомные отголоски, стоило увидеть в руке Шилены плеть.

Страшная штука, как выяснилась. Так-то я и до этого знал, что сие оружие необычное, вполне под стать своей владелице. Вот только как-то не доводилось испытать на себе. А после пережитого повторять совершенно не хочется.

Плеть, по желанию эльфийки, увеличивала характеристики цели. И вроде даже круто, вот только платой за это была боль. Даже не просто боль, а Боль с большой буквы.

Причём это работало и в обратную сторону. Чем страшнее боль, тем выше характеристики.

Так что в тот момент, когда «пятнистый» нашпиговал меня железом, своей плёткой меня огрела и Шилена…

Я бросил взгляд на разорванного чуть ли не в клочки мужика со шрамами и передёрнул плечами. Не от жалости, а от воспоминания пережитых ощущений.

Ну на фиг такую помощь… Чую, ещё немного, и я бы либо крышей поехал, положив здесь и