Подруга главной героини - Рада Мэй

Услышав приближающийся топот, рефлекторно приоткрыла один глаз и увидела, как в паре метров от меня часть стены отошла в сторону, образовав дверной проём. В зал буквально ворвался Ирвис в сопровождении двух незнакомых мужчин. Я зажмурилась и захотела слиться с полом, услышав горестный вопль, сменившийся свирепым рыком:

– Кто это сделал?!

– Клянусь, сюда никто не входил! – испуганно проблеял один из незнакомцев.

– Значит, кто-то из наших передатчиков постарался, – мрачно констатировал Ирвис.

– Как? Они же под воздействием?

– Сейчас узнаем, проверьте каждого! – последовал приказ, отданный ледяным тоном палача, уже приготовившего гильотину.

– А что проверять-то?

– Пульс, идиоты! У нашего вредителя сейчас сердце, как у загнанного зайца бьётся! – подписал мне смертный приговор Ирвис. Потому что эту проверку я точно не пройду. Сердце действительно колотилось в бешеном ритме, словно норовило разорвать грудную клетку.

Оттянула время, называется, дура! А на деле, получается, лишь ускорила расправу! Вот только умирать по-прежнему очень не хотелось. Шаги с каждой секундой приближались, и тогда я, решившись, вскочила на ноги и бросилась в тёмный дверной проём. Разумеется, все мужчины с проклятьями и ругательствами кинулись следом.

Меня уже практически накрыла паника, так что действовала я скорее на автомате и полагалась больше на инстинкт самосохранения, чем на здравый смысл, поэтому в памяти мало что отложилось. Тело вели рефлексы: бежать быстрее, уклоняться от ударов, наносить их самой, чтобы отбиться. В основном выполнять приходилось только эти действия.

Когда мы уже выскочили из здания на залитое лунным светом пространство, меня всё-таки догнал и схватил Ирвис. Прожигая злым взглядом, он занёс надо мной острый кинжал, но вдруг отлетел в сторону, отброшенный волной магии. На запястье нагрелся и засверкал защитный браслет. Схватив меня за руку, Ирвис невольно задрал рукава пальто и платья, так что яркое свечение от артефакта я видела отчётливо. Неужели это он сработал?! А что же при похищении бездействовал?

Или он реагирует, только когда меня вот прямо здесь и сейчас убить собираются? Тогда толку от него не очень много. Похитители ведь могут просто отрубить мне руку с этим самым браслетом, и защита не сработает, посчитав, что потеря одной конечности – это не смертельно.

Происходящее увидела не только я.

– Скорее снимите с неё браслет! Там может быть датчик слежения! – с искажённым от злости и боли лицом, закричал Ирвис, тщетно пытаясь подняться с заснеженной земли.

Теперь за мной гнались уже трое. Причём двое буквально дышали в затылок. Рассматривать пейзажи было некогда. Я просто бежала вперёд, отмечая лишь, что вокруг мало снега, много деревьев и достаточно светло из-за огромной, полной луны, а потом вдруг передо мной открылся крутой обрыв, переходящий в глубокую бездонную пропасть!

Я остановилась на самом её краю и замерла, не понимая, как действовать дальше, но тут заметила, что картина передо мной становится менее плотной и яркой, а сквозь неё просвечивается… лес. Так это иллюзия!

Топот позади приближался. Мои преследователи были совсем рядом. Из-за накрывшей паники я уже плохо соображала. Почему-то показалось хорошей идеей снять браслет и бросить в другую сторону, чтобы выиграть хоть немного времени. Они ведь в первую очередь его искать бросятся. Так и сделала. Защитный артефакт улетел куда-то в заснеженные кусты, а я побежала вперёд – сквозь иллюзию.

Под лопаткой кольнуло, словно длинная, острая иголка вонзилась в тело, но времени отвлекаться на неприятные ощущения не было. Я продолжала бежать уже по ночному лесу, почему-то подозрительно быстро теряя силы. Напрягало, что появились слабость и головокружение, но радовало отсутствие звуков погони за спиной.

Пробежав ещё несколько метров, я вдруг услышала за деревьями лай собак и голоса, показавшиеся знакомыми. На мгновение замерла, прислушиваясь и безуспешно пытаясь бороться с нарастающей слабостью, но понять и решить ничего не успела. Прямо на меня выскочили три большущие, поджарые белоснежные собаки. Они окружили, не спеша нападать, однако продолжали заливисто и громко лаять, а мне становилось всё хуже.

Перед глазами мелькали серебристые мушки, мысли путались, спина в месте укола продолжала болеть. Я машинально потянулась туда рукой и нащупала что-то вроде дротика.

«Вот гады, всё-таки пульнули какой-то гадостью!» – мелькнула ускользающая мысль.

Сил бежать и сопротивляться больше не осталось, ноги подкосились, но чьи-то руки поймали и подхватили, не дав упасть.

– Слава богам, живая! Я с тобой поседею! – с чувством выдохнул Паулинер, глядя на меня со смесью тревоги, облегчения и безудержной радости.

Я же не сдержала счастливой улыбки. Ранение и слабость больше не имели значения, но на границе ускользающего сознания билось что-то очень важное, не позволяющее полностью расслабиться.

– Там за иллюзией… демиурги! – вспомнила я, наконец, то, что должна рассказать в первую очередь. – У них там люди… ритуал… они их убьют…

– Розанна! Она там? – услышала я приближающийся взволнованный голос… Ральфана. Успела удивиться его появлению и окончательно провалилась в беспамятство.

Глава 58

Я плыла в каком-то густом чёрном тумане, а вокруг мелькали лица незнакомых людей. Я видела их впервые, но почему-то ощущала связь с каждым, и от этого было тепло и спокойно, словно оказалась в кругу большой семьи, готовой защищать и заботиться. А когда открыла глаза, вынырнув из темноты в ослепляющий дневной свет, увидела рядом самого близкого и родного человека на свете.

– Мама! – с трудом выдавила из пересохшего горла. Голос почему-то звучал хрипло, словно после простуды.

Она дремала, сидя у изголовья кровати, но услышав мой зов, встрепенулась, взглянула на меня и бросилась обнимать, радостно причитая:

– Рози! Наконец-то, слава богам! Ты проснулась!

Эти слова звучали как-то чересчур эмоционально.

– Я разве долго спала?

– Почти три дня! – всхлипнула мама. Она отстранилась, посмотрела на меня сквозь слёзы и со счастливой улыбкой погладила по лицу.

– Сколько?! – Ничего себе новости! – Почему так долго?

– Я знаю только, что тебя отравили. Подробности мне, увы, неизвестны.

Отравили? Память подкинула воспоминание о металлической штуке в спине, по ощущениям похожей на дротик. Неужели он был отравлен?!

– Как ты себя чувствуешь, милая? – в голосе мамы всё ещё звучала тревога.

– Нормально. Не переживай, в любом случае