Ловушка - Анастасия Романчик

Марина находилась в доме Бериана и разглядывала скульптуры, созданные его рукой. Вампир, наконец, признался в том, что он и есть стеклянный мастер. Девушка не жалела, что узнала его маленькую тайну только сейчас. Потом что именно сегодня она была счастлива быть невестой Бериана.

Она разглядывала скульптуры и вещи, но все время отвлекалась. Не на скульптуры ей хотелось смотреть, а на хмурое лицо Бериана. Как и многие творческие личности, вампир испытывал сильные эмоции, когда его работы при нем рассматривали другие. Проще говоря, Бериан нервничал и хотел куда-нибудь уйти. А еще его беспокоило поведение брата и поэтому эмоции перемешивались, создавали настоящую бурю в душе белого вампира.

Вчера Марина пришла к нему в лазарет по просьбе Ориса и кормила с ложечки прикованного к койке вампира, приговаривая каждый раз отправляя ему в рот порцию питательной каши:

— Ложечку за маму, ложечку за папу…

Насмешник едва не свалился на пол и долго хохотал. Бериан стоически выдерживал позор и послушано употреблял кашицу из рук Марины. Гнев, как рукой сняло. Но эльф все равно благоразумно держался от напарника на расстоянии. Одно дело, когда над тобой потешается любимая девушка, другое — ехидный напарник.

Когда Марина заметила Карглоса, наблюдавшего за ними, она ляпнула:

— Ложечку за дядю Карглоса.

Бериан громко поперхнулся, едва не откусив кусок от ложки. Под столом оказался не только Насмешник…

— Ты гений, мастер, — улыбнулась Марина, закончив осмотр скульптур, и положила парню на плечи руки.

— Громко сказано, я предпочту быть просто мастером, — сказал хмуро и отправился в другую комнату. Там у него оказался настоящий цветник. Этой мелочи Марина не знала и с восторгом рассматривала, с какой бережной осторожностью вампир касается цветов. За грубой натурой может скрываться ранимая душа.

Марина обняла его за талию и щекой прижалась к сильной спине.

— Марина, — девушка захихикала, услышав в его устах свое имя, — будь немножко серьезна.

— Я не хочу быть серьезной сегодня, я хочу быть твоей, — она развернула его к себе и попыталась поцеловать, но он внезапно выгнулся назад и вывернулся из ее объятий.

Маринка удивленно посмотрела на него.

— Что-то не так, ты не хочешь?

Не редко случается, что красивые женщины входят в ступор, когда мужчина (особенно если любимый) не хочет интима, когда все остальные в лепешку разбивались, чтобы его добиться. Марину всегда желали, а поведение Бериана не входило в привычный сценарий.

— Хочу, но до свадьбы ни-ни, — неожиданно ответил он.

Маринка раскрыла рот в удивлении:

— Как это до свадьбы ни-ни?

— Ну, так, разве ты не слышала о таком, что до свадьбы нет никаких супружеских отношений?

— Ну, это же глупо, мы же все равно… ну ты сам понимаешь.

— Вот именно, после свадьбы. Тебе как для человека трудно нас понять, но именно в таких мелочах, для нас мелочах, — подчеркнул Бериан, — куется характер. Мы молоды, но мы почти достигли уровня веронов. Это очень много. Нам пришлось начать все с нуля.

— Но причем здесь это?

Бериан учащенно задышал.

— Ты наверняка не забыла, какая ярость в нас, особенна в нашей стае.

— Ну да.

— А теперь представь, когда я был моложе, может, лет так на сорок, меня все темное отделение охотников боялось. Они прятались в шкафы, когда я приходил. Я не преувеличиваю, это было действительно так. Я тебе сейчас кое-что покажу, запись давняя. Я подозревал, что ты будешь требовать большего, я просто прошу немножко понимая. Не торопись.

Бериан поднялся и включил перед Мариной экран с записью. Девушка с удивлением узнала своего жениха в образе охотника темного отделения с ирокезом на голове и с ошейником на шее. Перед ней открылась драка, где Бериан был на первом месте.

— Моя ярость доходила до полного отключение всякого разума, — заговорил Бериан, когда первое удивление Марины отошло. Она-то знала Бериана более спокойным, чем того, что увидела на экране. Особенно ее поразил разноцветный ирокез. — Неконтролируемая дикая ярость. В таком состоянии я был способен убить, покалечить. Мне давали специальные таблетки, чтобы подавлять мой гнев. Со временем, я научился это контролировать. Мне помогла мама, отец и старший брат справиться с этим. Без контроля зверь снова сорвется, а я этого не хочу. Иногда именно мелочь играет очень важную роль.

— А если бы мы встретились именно тогда?

Бериан запнулся. Он не знал, что ответить, а потом все-таки решился:

— Я бы убил бы их, разорвал бы на части и сжег, наблюдая, как горит огонь, а от их тел остался бы пепел, — сказал и отвернулся. Марина прекрасно поняла, о ком он говорил, и снова обняла его за талию сзади и прижалась щекой к спине. — Есть черта, которую не стоит переходить. Переступить легко, а вот остановиться очень тяжело. Именно в этом состоит наша главная сила. В отказе от соблазна. Пускай другие считают это глупостью и маразмом, но именно поэтому мы одна из самых сильных рас. И именно поэтому, — повернулся к ней и взял лицо в руки, — наши браки не распадаются из-за ревности, обиды и измены.

— Значит, ты правда девственник? — хихикнула, ее эта мысль умилила.

— Да.

— А неуверенности нет?

Бериан закусил губу, снова вывернувшись из объятий девушки.

— Нет, плотские утехи не самое главное в жизни и когда ты умеешь посмотреть на мир другими глазами, он оживает ярчайшими красками. Это называется посмотреть глазами ребенка. Мир не успел ему надоесть и каждый день не похож на другой. Насытившись же жизнью, мир теряет краски, и ты теряешь вместе с ним радость. Он надоедает, и ты ищешь что-то новое, но уже никогда не найдешь, потому что все попробовал и перепробовал. Посмотри на мир глазами ребенка, и никто не сможет тебя разуверить, что мир не прекрасен. И ты увидишь в старом что-то новое.

— А мне обязательно идти в школу? — нахмурилась Марина, заметив в его руке знакомую бумагу.

— Это нужно, школа научит тебя контролировать эмоции и способности. И тебе понравиться общество наших подростков. Они классные.

— Не сомневаюсь, — она обняла его за шею и снова захотела поцеловать, но он не дался. Девушку откровенно насмешило его поведение.

— Бериан, нужна твоя помощь, — донесся голос Насмешника из наушника.

— В чем? — вздохнул вампир.