Королевские клетки - Илья Ганин

— Собранные припасы направить полкам и гарнизонам Нашим, для хранения и использования по разумению командиров, в счет росписей снабжения

…

Да будет Слово Наше нерушимо

Ричард.

Писано 1 октября, собственной рукой.

Печати Коронная и Большая приложены

******************************

Не для оглашения,

Коллегиумам судей Короны Ативернской,

Циркулярно

Мы, Король Ричард, первый этого имени, к вящей славе и государства Нашего укреплению, судьям и приставам Нашим доводим, что вестно нам учинилось о ненадлежащем рвении части дворянства Нашего к не созванному надлежащим образом Уитенагемоту.

Судьям Нашим и приставам таковое рвение, согласно уложению "О дворянских ленах", почитать нарушением оммажа и прочих клятв, накладывать это решение и последствия такового безотсрочно, с правом аппелляции к Королевскому Суду.

Лицам же, в отношении коих факты такового рвения будут надлежащим образом доказаны, в праве Суда Королевской Скамьи, а также Суда Равных отказать.

Даны Нами указания полкам и гарнизонам в исполнении таковых решений оказать помощь, в потребных пределах.

Да будет Слово Наше нерушимо

Ричард.

Писано 1 октября, собственной рукой.

Печати Коронная и Большая приложены

*******************************

Эрику Эрквигу, ярлу вирманскому

Порт Альтвер

Досточтимый и могущественный ярл!

Да будет корабль твой крепок, ветер попутным, а добыча от врагов наших общих богатой!

Мы, король Ативерны Ричард, первый этого имени, обращаемся к тебе и через тебя к тингу Вирмы.

Зная, что Слово свое дал ты отцу Нашему, говорим Вам, могучие ярлы: Слово отца Нашего, данное от имени Ативерны, крепко.

Готовы Мы слово это произнести и ответить за него дыханием своим, как того требует обычай Вирмы.

Дабы не испытывал ты неудобств и беспокойства, этой грамотой подтверждаем: что даем Мы тебе право беспошлинного входа и выхода без сборов портовых своим кораблем во всех портах Ативерны, в любое и каждое время, когда тебе будет в том нужда.

Также подтверждаем, что имеешь ты право привести с собой до четырех иных кораблей, без портового сбора, и выйти с ними.

Да будет Слово Наше нерушимо

Ричард.

Писано 1 октября, собственной рукой.

Печати Коронная и Большая приложены

*******************************

— Джесс, найди синоним к слову "Могучий"?

— Сильный.

— Спасибо, а то я сам не догадался.

— Всесильный, всемогущий, здоровенный…

— О! Всевластный!

Державный Властитель, Солнце Степей, Хранитель Троп, Вода Источников, повелитель сотен тысяч и надежда Ханганата, опора народа и источник справедливости, Властелин Пустыни…

— Пора, Ваше Величество.

— Пошли. Может, потом еще что-то придумаю. Или спишу. Кстати, Ваше Сиятельство? Помада Ваша — отвратительна.

— Польщен вниманием Вашего Величества к моей скромной персоне, тщился выразить этим цветом всю глубину моей преданности Короне…

— Такой гадостью — и выразить?

— Где я тебе другую возьму? Я копье искал.

— Лучше бы ты камердинера мне нашел! Копье-то добыл?

— А то… Все, начали.

Король и его коннетабль попытались изобразить на обветренных физиономиях "Благосклонное внимание к подданым" и шагнули в бальную залу.

— БАРОН ДОМЬЕР!

— Встаньте, барон, Мы приветствуем Вас.

— Ваше Королевское Величество! Всемерно… э-э-э… Не имею слов выразить радость и…

Джесс завидовал способности Рика вежливо улыбаться и кивать. Чем дальше, тем больше. Для Лорна, пятого по величине города Ативерны, официальный визит Короля был событием. Нет, Событием!!! А уж внезапный!

— Дозвольте представить Вам мою дочь…

К пятой, примерно, дочери очередного дворянина, Рик, не меняя выражения лица сказал себе под нос:

— Джесс, у них что, тут вообще сыновья не рождаются?

— Надо было жениться, Ваше Величество. Тогда ты бы видел в-основном матерей.

— Граф Вит с супругой!

— Встаньте, граф. Встаньте, графиня. Мы рады приветствовать вас…

Все когда-то кончается. К одиннадцати ночи Его Величество изволили отбыть в покои, избранные им в Ратуше. Там он содрал туфли, камзол, чулки и с наслаждением смыл, наконец, с лица пудру.

— Сиятельство!

— Да, Ваше Величество?

— Если ты мне скажешь, что твои фуражиры не купят тут меда — я тебя казню.

— Купят, купят. Что-ж мы, зря в Лорн пришли?

Джесс тоже содрал с себя столичный наряд. На самом деле, оба этих наряда устарели года на четыре — но тут как раз смотрелись писком моды. В конце-концов, они не дамы. На Ричарда ушили один из парадных камзолов Джеррисона. Как успели.

— Ты не мог сюда из столицы привезти что-нибудь посвежее?!

— Когда я это сюда вез — два с половиною года назад — было вполне свежее. Где мне тут блистать со столичным шиком? Не стой, пожалуйста, у окна.

— А то что, сквозняк?

— Дождик. Из стрел или болтов.

Ответить король не успел. Гвардеец открыл дверь в комнату, и туда вкатился Самир Хаттаф.

— Нашел? — сразу спросил Ричард.

— Он, Ваше Величество, сам нашелся… — хранитель посторонился и в комнату скользнул человек.

Не высокий и не низкий, не богато и не бедно одетый — то-ли приказчик богатого купца, то ли небогатый дворянин. В темном суконном кафтане, мягких сапогах, он сразу встал на одно колено.

— Встаньте, лэйр. Мы ожидаем Вашей верной службы.

Человек, имени которого Его Величество не назвал, встал и коротко поклонился.

— Кто нажился на том, что на Королевской минимум три дома на метр-полтора сужают улицу?

— Купец Хувенагель, Ваше Королевское Величество. А из магистрата — советник Торм.

— Давно они с копьем жульничают?

— Лет пять, Ваше Королевское Величество.