Игра в самозванцев - Анна Бахтиярова

Сонливость растаяла вмиг. Выражение лица получилось, как минимум, обалдевшим, и девчонка торопливо замотала головой.

- Нет-нет. Не та чокнутая блондинка. Эта из Ордена. С громадной собакой. Сказала, вы виделись в доме, где работала Надин.

- Госпожа Дддрррр.... - мой язык отнялся напрочь.

Цветочные боги! Что тут забыла Ария?!

- Да, кажется, Дрозд, - закивала Несса. - Она ждет снаружи. В квартиру я ее не впустила без вашего разрешения. Тем более, с псом. Мало ли. Эта, конечно, Спутница. Но блондинка сначала тоже выглядела чинно. Без заскоков.

Несса смотрела вопросительно, а я лихорадочно соображала. Что делать?! Впустить или отказаться принять, сославшись на болезнь? Не может же дражайшая сестричка знать правду. Но тогда зачем являться к незнакомке?

Эх, если не приму, не узнаю и изведусь от любопытства.

- Ладно. Впусти. Пусть подождет в гостиной, а пса оставит в холле. Предложи чай. Или сок. Хотя, скорее всего, она откажется. Спутницам не положено трапезничать в чужих домах.

Как назло, вспомнилось, что Ария любит ананасовый сок. Я мысленно выругалась. Нужно забыть, кем эта женщина приходилась мне раньше, и вести себя с ней, как с посторонней. Только так я выдержу. И не сломаюсь.

Однако проще сказать, чем сделать. Я копалась в спальне минут пятнадцать, приводя в порядок припухшее лицо. Глупо, но хотелось предстать перед Арией во всеоружии - сногсшибательной красоткой Релией, знающей цену внешности и богатству. Одежду я выбрала дорогую: длинную юбку и топ, открывающий спину. Я нарочно подчеркнула разницу между нами. Зачем? Сама толком не знала.

Ария, скромно устроившаяся на краешке кресла, не упрекнула меня за долгое ожидание.

Наоборот, извинилась сама.

- Прошу прощения, госпожа Георгин, что явилась без приглашения. Обычно я так не поступаю. Но вы связаны с расследованием в "Белом тюльпане", а мне нужно поговорить с кем-то посвященным. У инспектора Тима сейчас море проблем. К тому же, я не слишком доверяю Службе безопасности.

Я вытаращила глаза. Она не доверяет ведомству, в которой большую часть жизни проработал папочка? Ну, дела!

- Зовите меня Релия, - проговорила вслух.

Что ж, разговор о расследовании меня устраивал. Если, конечно, он не предлог для чего-то иного.

- Я Ария, - представилась она.

Сегодня сестра выглядела хуже, чем при первой встрече. Бледнее и озабоченнее.

Печальнее.

- Так о чем разговор? - спросила я, присаживаясь на диван.

- О юноше, который провел у нас два дня. Сыне режиссера и убитой женщины.

- О Саймоне? - удивилась я.

Что такого натворил отпрыск Роэна и Лайлы? Я видела паренька пару раз. Он произвел впечатление затюканного маменькиного сынка.

- Дело в том... - сестричка запнулась. - Правила Ордена жесткие. В них нет исключений. Наши техники проверяют содержимое личных экранов каждого постояльца. Дистанционно. Были прецеденты, когда под видом нуждающихся в приюты заселялись противники организации и вредили изнутри. Загружали вредоносные программы в нашу сеть. Или пытались обокрасть. Проверка экранов - предосторожность. Никто не ожидал, что...

Я растерялась. Честно. Что такого техники обнаружили в экране парня? Вряд ли бы Ария прискакала из-за глупого порно.

- Что натворил Саймон? - спросила я, когда пауза затянулась.

Она тяжело вздохнула.

- Может, это ничего не значит, и я зря паникую. Но обычно чутье меня не подводит. Вот, сами взгляните, - она протянула мне свой экран. - Мы скачали фото и видео.

Я ожидала увидеть ничего не значащую ерунду (в самом деле, Саймон - всего лишь подросток), и охнула. С фотографии улыбалась Надин Лиса. Правда, смотрела не в камеру, а в сторону. Снимок сделали в "Белом тюльпане". В коридоре семнадцатого этажа.

Домработницу запечатлели и на втором фото. И на третьем. И на четвертом. Я листала дальше и дальше. Надин. Снова и снова. Возле лифта, в холле, на улице, в продуктовом магазине. В разной одежде. В разные дни. Похоже, она не знала, что превратилась в объект продолжительной фотосессии. Все снимки выглядели дилетантскими. Или их делали впопыхах, боясь, что застукают.

- То же самое с видео, - пояснила Ария. - Саймон следил за домработницей. Долго. На некоторых записях ранняя весна, на других - разгар лета. Выглядит подозрительно, согласны? Однако я не хочу сломать Саймону жизнь, если все это окажется мальчишеской влюбленностью. Мне известно, как топорно иногда действуют сотрудники Службы безопасности.

Топорно...

Перед глазами встал отчим. В последнюю ночь, когда отдавал приказ о моем убийстве. О "тихом" убийстве. Он действовал не топорно. Продуманно.

- Вы правы, - я заставила сознание вернуться в пентхаус. - Это подозрительно. Снимков на целую галерею хватит.

- Думаете, мальчик способен на преступление? - спросила Ария нервно.

- За Саймона не поручусь, я его не знаю. Но на преступления способны многие люди. Даже те, от кого ожидаешь меньше всего.

Прозвучало чересчур эмоционально, и Ария удивленно покосилась на меня.

- Если хотите, я сама свяжусь с инспектором Тимом, - предложила я поспешно.

- Да. Если вас не затруднит, - обрадовалась она и достала из сумки карту с копиями файлов Саймона. - Буду очень признательна. Я предпочитаю держаться от ведомства подальше. Но, кажется, это я уже говорила. Что ж, спасибо за помощь. Я - жуткая трусиха, боюсь навредить другим людям. Но ведь виновные должны отвечать за грехи, правда?

Ария встала с кресла с вымученной улыбкой, не подозревая, какой ураган поднялся в моей душе. Она сама-то ответила за грех? Пожалуй, да. Вдовство в столь юном возрасте - точно не подарок свыше.

- До свидания, Релия.

Та, которую я когда-то звала сестрой, направилась к выходу, но пошатнулась и оперлась о стену.

- Вы в порядке? - я помогла ей сесть на диван.

Вряд ли она притворялась. Мертвецкий цвет лица подделать трудно, особенно если ты - Спутница и не пользуешься косметикой.

- Кажется, нет. Простите. Последние дни выдались непростыми.

- Что-то случилось? - спросила я без нажима. Как человек, который проявляет вежливость.

Ария неопределенно пожала плечами, мол, с кем не бывает, но вдруг призналась.

- Вчера пришли дурные вести из родного Дола. О смерти человека, с которым я не общалась много лет. Так странно. Понимаете, он давно для меня умер. А теперь... я думала, что должна испытать некие эмоции. Но я ничего не чувствую и...

Она запнулась и провела рукой по взмокшему лбу.

- О, боги! Извините! Обычно я себя так не веду. Сама не знаю, почему это вырвалось.