Трон Знания. Книга 3 - Такаббир Эль Кебади

— По-вашему, это не посягательство на даму Адэра Карро?

— Перед спектаклем состоится вечер «Милых бесед». Виконт Фандези в присутствии сотен дворян попросит меня одобрить брак с вами. Я дам ему своё согласие. Потом вы обратитесь к Адэру. Он не будет прилюдно препятствовать счастью молодых. После вашего контемпа с виконтом никто ничего не заподозрит. Всё пройдёт красиво и пристойно.

— Моё мнение вас не интересует?

— Нет. Я обращаюсь к вам как к тайному советнику. Тайные советники заталкивают свое мнение куда поглубже и действуют в интересах своей страны.

— Если я откажусь, вы отклоните мою просьбу о помощи.

— При всём уважении к Адэру Карро…

— Так выкажите уважение Адэру Карро: позвольте его тайному советнику сказать, что он думает.

— Я слушаю.

— Я хочу напомнить вам, что через несколько недолгих лет Адэр Карро будет у власти, о которой вы даже не смеете мечтать. Он обязательно вспомнит, что произошло вчера, что произошло сегодня. Он вспомнит, кто в тяжёлое для него время остался ему другом. Будет ли он поддерживать вас потом, если вы не поддержите его сейчас?

Толан поднялся:

— Мое предложение остается в силе до начала спектакля. — Взял пальто и, не дожидаясь, пока Малика сделает реверанс, покинул комнату.

Через час Макидор принёс соболиное манто:

— Малика, померяйте.

Продолжая сидеть в кресле, она посмотрела на тёмно-коричневый, почти чёрный мех:

— Откуда это?

— Купил. Почему вы сразу не сказали, что ваша накидка испорчена?

— Забыла.

— А если бы правитель не вспомнил и не прислал слугу, в чём бы вы пошли во дворец?

— Макидор! Ты всегда ездишь с правителем?

— Если предстоят церемонии — всегда.

— Сколько раз ты был в Росьяре?

Макидор поднял глаза к потолку, пошевелил губами.

— Немного, — ответил он после паузы. — Четыре бала у наследного принца, четыре у короля, плюс приемы, иногда опера. Умножьте на десять лет. Немного.

— Ты это называешь — немного? — удивилась Малика.

— Это же Росьяр, — промолвил Макидор тоном, каким обычно объясняют малышу разницу между камешком, который он взял в рот, и леденцом. — Кроме оперы здесь ничего нет. Города, поля и виноградники. Наследный принц и сам больше времени проводит в Тезаре или в Партикураме. А ещё он зачастил в Залтану. Там нет наследника по мужской линии, зато у короля есть дочь Леесса. Я не видел, но говорят, прелестное дитя. В этом году ей исполняется шестнадцать. Видимо, Толан…

— Расскажи мне о вечере «Милых бесед», — перебила Малика.

— Только то, что слышал от слуг, — предупредил Макидор.

Малика улыбнулась:

— Конечно, от слуг. Расскажи.

Макидор сел в кресло, в котором час назад сидел Толан:

— Этикет простой: там поклониться, там присесть, вовремя уступить место. Перед тем, как подойти к отпрыскам правителей, надо попросить разрешения.

— Я должна стоять за плечом Адэра.

— Да, конечно. Если бы вы были дочерью короля или герцога…

— Продолжай.

Макидор потёр узкие ладони:

— Правило трёх шагов соблюдается только по отношению к Толану. Господа приходят с дамой или без неё. Свободные дамы приходят с подругами. Никаких бестолковых игр. Все пьют, болтают. Дворянам разрешено подавать прошения.

— Какие прошения?

Макидор пожал острыми плечами, обтянутыми сиреневой рубашкой:

— Разные. Кому-то приспичило жениться. Кто-то хочет развестись. Некоторые просят денег или просят кого-то наказать.

— Разве это решает не король?

— Судьбами своих придворных и их семей распоряжается Толан. В Росьяре так. И в Тезаре так. — Макидор на секунду задумался. — Везде так.

Малика посмотрела в окно. Значит, Фандези по приказу принца подаст прошение о браке. Сам бы он не решился посягнуть на даму Адэра. Ему бы даже в голову не пришло. Вот она и окунулась в дворцовые интриги, о которых читала в романах и не верила, что такое бывает на самом деле.

— Что ещё?

— Да вроде бы всё. — Макидор глянул на часы. — Пора одеваться.

— Я никуда не иду.

Костюмер нервно поправил на тощей шее шёлковый платок:

— Правитель передал, чтобы вы были готовы…

— Он приехал?

— Нет, но должен быть с минуты на минуту.

Малика перебралась в кровать:

— Скажешь ему, что я заболела.

— Ему не понравится.

— Я заболела, — произнесла Малика по слогам и закуталась в одеяло.

Адэр заглянул к ней за полчаса до выезда:

— Не передумала?

— Нет.

Адэр прошёлся по спальне, постоял возле кровати.

— Ждёшь, что я буду тебя просить?

— Нет.

— Правильно делаешь. Не люблю капризных женщин.

Через полчаса Малика подошла к окну. Проводила взглядом автомобиль, уносящий Адэра во дворец. Вызвала своих охранителей. Быстро объяснила, что ей надо. Мебо побежал в аптеку, Драго отправился в магазин бижутерии. Малика послала служанку за Макидором. Села перед зеркалом. Она больше никогда не будет дамой за чьим-то плечом.

***

Предоставленный гостиницей автомобиль затормозил перед лестницей, устланной на этот раз тёмно-синей ковровой дорожкой. Вечером резко похолодало, и всё вокруг — кустарники, ступени, стены, ворсинки дорожки — были усеяны блестящими кристалликами льда. Лепестки синих роз, стоящих в вазах, отливали матовым оттенком и в свете фонарей казались восковыми.

Малика выбралась из салона. К ней подскочил дворцовый слуга и низко склонился.

— У вас есть приглашение на вечер «Милых бесед»? — спросил он, глядя себе под ноги.

— Я тайный советник Грасс-Дэмора. На милые беседы я прихожу без приглашения, — сказала Малика и поднялась по ковровой дорожке.

Слуги в ливреях открыли перед ней дверь. Она направилась в гардероб, успев заметить, как встретивший её слуга побежал к лестнице, ведущей на второй этаж.

Малика вытащила из внутреннего кармашка манто круглые стекляшки, нанизанные на длинную мягкую леску, отдала манто прислуге и, сжимая в руке бусы, проследовала в смотровую комнату.

Из зеркала на нее смотрела женщина на грани потери сознания. Малике было страшно. Очень страшно. То, что она задумала, было безумием, и если она проиграет, Адэр перестанет ей доверять. Но её пугало не это. Она боялась представить, какой позор ожидает правителя Грасс-Дэмора в случае её провала.