Спящий красавец - Кира Страйк

- Вот, хорошая мысль, иди и поставь греться кипяток, - тут же отбрыкалась от задания ведьмочка.

Я, старалась не обращать на них внимание, не отвлекаться, но, всё-таки, приоткрыла глаз.

Маг, улыбнувшись, молча пошёл в дом. Фетка, то ли уставшая от долгой напряжённой возни с непонятной ей сушёной растительностью, то ли просто расстроенная, явно пребывала не в духе.

- И плед мне ещё один прихвати, - добавила она вслед уходящему Солу, - или подушку. Или не знаю.

Маг вопросительно замер на пороге.

- И тортика, - продолжила вреднючка, - и не спорь со мной.

Мы с Белиалом переглянулись.

- Чего это она? - шёпотом, не открывая второй глаз, не желая окончательно терять контакт с магическим полем, спросила я.

- Да они уже пол часа тут препираются. Ну как препираются... - неопределённо прокомментировал ситуацию профессор, так же стараясь говорить негромко.

Мои брови недоумённо полезли вверх. Вообще, такие капризы были абсолютно не свойственны нашей крепкой девчонке.

Сол развернулся и пошёл назад. Уселся рядом с Феткой, укрыл её пледом и обнял, руками и  ногами придвигая к себе. Ведьмочка тут же замолчала, свернулась клубочком, уткнулась ему в плечо и... тихонько захлюпала носом. Мы все аж обалдели от неожиданности. Никто никогда не видел, чтобы она плакала.

- Ну, ты чего, - нежно ворковал светлый, гладя свою подругу по жгучим волосам, прижимая и тихонько качая, - устала?

Фетка кивала головой, целовала его ладошку и расстроенно тихонько бурчала что-то в ответ, а я любовалась ими и думала. О том, как странно иногда поворачивает судьба, сливая воедино противоположности. И о том, какие они красивые и трогательные - белый маг и чёрная ведьма. И о том, как с нами, женщинами, и всеми прилагающимися к нам противоречиями, порой, непросто. В душе защемило и я разулыбалась - в голову пришло воспоминание о том, как Кот однажды посвятил мне на эту тему стих. Сейчас попробую воспроизвести.

Привет, любимый. Остывает  ужин, Давно накрыто. А чего поник? Всё хорошо? Устал? — Бывало хуже. — Подмигиваешь? Ну тебя, шутник. Ты знаешь, я сегодня у подружек Чаёвничая хвасталась тобой. Мол, днём и ночью думаю о муже. — А правда? — Правда-правда, дорогой, У них супруги - просто обормоты, А машкин вовсе похотливый хорь. И то ли дело мой красавец ! — Что ты... — Мне лучше видно. С женщиной не спорь, Откуда только моду взял такую? Что ни скажи, так чуть ли не до ссор. Я, понимаешь, нежности воркую, А он... — Давно молчу... — ...Наперекор, То сух, как пень, то холоден, как рыба. Признаться, я так больше не могу! Порой  элементарного "спасибо" Не вытянуть. Ты слушаешь? — Угу... — Так вот, теперь миндальничать  не буду! Ах вот что?!   Веселишься?!!  Хорошо: Иди ты к чёрту! — Ладно. — Стой, зануда! Ты с самой свадьбы, как уже пришёл.))

-----------------------------

------------------------------

- Наш стойкий солдатик просто очень устал, - сказала я Белиалу, - раньше она всё время была одна, а теперь у неё появилось надёжное плечо. И возможность хоть иногда побыть девочкой. Вот и позволила себе расслабиться - прорвало годами копившееся напряжение. Это пройдёт. Она у нас крепкая.

А про себя подумалось, что причина её обострившегося нервного состояния, скорее всего ещё и в том, что она осознаёт  приближение момента, когда ей, при всём её пацифизме, придётся открыто выступить против своего племени. И не просто вот той партизанщиной, которой мы до сих пор занимались, а силой. Нет, прямого столкновения, как такового, она не боится. И никогда не боялась. Но мы до сих пор никого никогда не убивали. А вот как дальше будет складываться ситуация - никому не известно. По крайней мере, меня тоже посещали эти безрадостные размышления. 

Я вздохнула и снова закрыла глаза, возвращаясь к прерванному занятию. В этот момент на нас с Сорганом налетели два лохматых вихря - вернулись наши кошки.

- Видимо, сегодня больше не судьба спокойно покайфовать в халявной энергии, - заявила я величеству, падая на плед и обнимаясь с Рыськой, и продолжила уже в её адрес, - и где вы столько времени шастали?

Прохладная шерсть приятно щекотала лицо. Кошка, по-хозяйски обняв меня передними лапами, взялась вылизывать мои волосы. Я засмеялась - этот номер у неё никогда не получался. Дома Рыська частенько по вечерам залезала к нам на кровать и пыталась по очереди отмыть на её взгляд, видимо, недомытых нас, настойчиво проявляя прямо-таки материнскую заботу.  Но, если с Костиной стриженой шевелюрой всё было просто, мои длинные косы застревали и путались в зазубринках шершавого кошачьего языка. Она начинала жевать, чихать, и пытаться уже лапами освободиться от прилипших и забивших рот волос. Но всё равно не оставляла регулярных попыток произвести со мной ритуал омовения.

Пока мы с ней барахтались, Снежный валялся со своим хозяином. И тут Соргана "прорвало":

- Я вспомнил!