Пятая содержанка Рассела Бэдфорда - Диана Соул

Кристофф с отрядом гвардейцев шел впереди, будто живой щит, вот только понимания, откуда последует нападение, не было.

Я прижимала ко рту плотную ткань рукава и старалась не вдыхать едкий дым пожара. Расселу рядом со мной тоже приходилось нелегко, его чуткое обоняние в этой ситуации стало скорее проблемой, чем преимуществом.

Мы пробирались через сад, и каждый треск горящих сучьев казался мне нападением из засады.

– Это самая идиотская тактика: заявиться вот так в открытую ловить преступника, – бурчала я в ткань платья. – Хуже только было бы прихватить с собой оркестр. Мы как на ладони. Интересно, Алмур может вырубить нас по щелчку пальцев, если захочет? Вызовет мигрень… или инсульт…

– Ты становишься похожа на Томпсон, – донесся голос Рассела. – Она тоже вечно недовольна обстоятельствами.

– А ты считаешь наши обстоятельства достаточными для моего удовольствия?

Я хапнула слишком много воздуха и закашлялась.

В ответ Бэдфорд протянул мне свой белоснежный платок.

– Вот, держи, это лучшее, что я сейчас могу предложить, – отозвался он. – Впрочем, мы не совсем беззащитны, Кристофф тоже умеет ставить щиты, чтобы защитить нас и отряд. Ему пришлось поднапрячься.

– Не зря конфеты ел, – буркнула я, наблюдая мерцание ментальной магии Рэкшора над нами, и переступила через тлеющую палку.

Впереди в клубах дыма виднелись очертания особняка Вильгельма; и внутреннее ощущение того, что мы идем в западню, только усилилось. Особенно когда вышли на открытую площадку перед лестницей.

Алмур ведь всегда был на шаг впереди, так с чего мы решили, что вообще в состоянии его поймать?

Почему стали уверены, что позиции «зайчик и охотник» поменялись?

– Да уж… отряд быстрого реагирования из нас так себе, – пробормотала я. – В нашем мире нас бы уже давно снял снайпер.

Стоило только это произнести, как раздался выстрел.

Единичный хлопок – и идущий впереди Кристофф стал оседать на землю как подкошенный. Его ментальный щит моргнул и растворился, будто не бывало.

Шуша, которую он вел под руку, резко выкрутилась и рванула вперед к лестнице.

Один из гвардейцев кинулся за ней и даже успел поймать, так что та упала, не добежав до ступеней несколько шагов.

Неудачная попытка встать обернулась провалом, мужчина навалился на нее всем телом, больно прикладывая головой о мрамор.

– Нет!!! – В отчаянном возгласе я услышала свой голос, и следом раздался еще один выстрел.

Тело гвардейца над Шушей обмякло, и я бросилась вперед вместе с Расселом, не зная, к кому бежать: к Кристоффу или к девчонке.

Но к ней и без меня было кому спешить.

Из-за колонны вышел Алмур с револьвером в руках.

Он обвел взглядом оставшихся и щелкнул пальцами.

Гвардейцы, будто кегли, стали падать на землю, усеянную пеплом.

– Остановись, – услышала я голос Рассела. – Не убивай их! Алмур, эти люди всего лишь выполняют приказ.

Они лишь солдаты…

Бэдфорд в молниеносном прыжке обогнал меня и зачем-то прикрыл собой, хотя я нутром ощущала: ко мне Алмур не испытывал никакой ненависти.

Я склонилась над Кристоффом, который сейчас лежал на спине, будто его не ранило, а он просто прилег полюбоваться небом. Как Болконский из «Войны и мира». Его глаза были открыты и направлены в пустоту.

Опасаясь самого страшного, я принялась прощупывать пульс. Слабая ниточка биения дрожала под моими пальцами, а кровавое пятно расплывалось по белоснежной копне волос и рубашке в области правого плеча.

Я осторожно коснулась блондина, пытаясь осознать характер раны, чтобы хоть как-то помочь. Мне было неясно, задето ли легкое, но уже лишь то, что рана оказалась сквозной, давало понять – пуля прошла навылет.

– Нужно было делать бронежилеты, – донесся до меня голос Алмура. – Вы поспешили, понадеявшись на силу магии.

– Алмур! – Рассел стоял в полный рост, загораживая меня и брата, пока модист спускался с лестницы.

Он шел медленно, но не оттого, что не спешил, а потому, что прихрамывал на левую ногу.

Пришлось присмотреться, чтобы понять: дела у модиста тоже были не очень, каким-то образом еще до нашего появления он умудрился получить травмы.

– Шушанна, – выдохнул он, наконец добираясь до оборотницы, только та даже не шевельнулась. – Шу… ша…

Он позвал ее, и в нотках голоса проскользнуло отчаяние.

Так же, как и я, он коснулся ее шеи в поисках живой нити пульса, но, судя по суетливым нервным движениям, дело было плохо.

По телу девчонки пробежали эпилептические судороги, она будто пыталась дышать, но давалось ей это с трудом.

– Она пока жива, – произнес Рассел. – Ее сердце еще бьется. Но мне очень жаль… Боюсь, подобную травму головы не вылечит ни один маг.

В этом самом «жаль» я услышала скорый финал жизни девушки.

– Ни рурка тебе не жаль, – голос Алмура приобрел железные нотки. – Ты всегда ее ненавидел.

– Ты знаешь, что это неправда, – отозвался Рассел. – Может, именно поэтому я все еще в сознании, так же как и Анна, тогда как остальных ты вырубил, едва избавился от Кристоффа.

– Не избавился, нужно было брать автомат… – Алмур присел на край ступеней, придвинул Шушу к себе, положив ее голову на свои колени. – Мне так жаль, милая… Я пытался тебя вызволить, но у меня не вышло! Я все испортил… все, к чему мы так долго шли, зря.

– Что ты сделал? – выкрикнула я, поднимаясь в полный рост. – Как пожар в саду мог помочь в ее спасении?