Василиски тоже маги - Виктория Скляр

Когда она поняла, что попалась, то решила действовать опрометчиво и метнула в меня магией, а потом побежала, решив выбить мной дверь и скрыться в коридоре.

Но я ведь старше и мудрее в разы. С легкостью блокировав атаку Саго, я в секунду трансформировала свои ноги в мощный и толстый хвост и поймала им девчонку за ворот кофты, подняв над полом и приблизив к своему лицу.

– Воровать у друзей брата неприлично и глупо, а ты мне глупой не показалась.

– Пусти, змеюка, я маме на тебя пожалуюсь, – попыталась вырваться Саго, но у нее ничего не вышло.

– И? Расскажешь, что искала в моих вещах? – улыбнулась я.

– Отвали, отпусти, иначе закричу.

– Закричишь и я скажу все Хадору.

– Стукачка!

– Воровка, – не осталась я в долгу. – Что найти-то хотела, горе-воришка?

Саго еще минуту вырывалась, а потом сдалась и начала говорить:

– Хотела книгу по магии найти.

– Зачем?

– Не скажу.

– Как хочешь. Книг по магии у меня с собой нет, все в голове держу. И если хочешь улучшить свою атаку, то нужно правильно подсчитывать свои силы и силы противника, но раз тебе это неинтересно, то ладно, иди спать.

Я поняла, зачем приходила Саго и забросила наживку, осталось только подождать, когда клюнет рыбка. А она клюнет. Я в ее возрасте такой же была, но ничего, переросла, вроде бы. Хотя вредность ничуть не уменьшилась.

Но прежде, чем Саго смогла хоть что-то предпринять, в дверь постучали.

– Ава, можно? – спросил Хадор.

– Братец, а ты че это к василиску по ночам ходишь в гости? Маме рас-с-с-скажу…

– А ну стоять, мелкая.

– Да ладно, я не такая уж и маленькая, знаю уже откуда дети берутся. Тили-тили-тесто…

– Я кому-то сейчас язык оторву и Создатель мне спасибо скажет.

Я с весельем наблюдала за тем, как Хадор гонял сестру по комнате, а та напевала: «Тили-тили-тесто..,»

Но вскоре братец поймал Саго и перевернул ее вверх ногами.

– Говорил же, что поймаю.

– -Аваната, спаси меня от этого изверга! МАМА!!!

– Да тише ты, не ори так.

– Поставь ты ребенка на ноги, чего пристал к ней. Она просто так любовь свою показывает, а ты черствый и жестокий. Ай-яй-яй таким быть, – пожурила я тифлинга и он, закатив глаза, поставил Саго на пол.

– Спасибо, василиск, - тут же спряталась за мою спину девчонка. – А по поводу заклинаний, я к тебе потом поговорить зайду. Хорошо?

– Буду ждать. Топай спать, – когда Саго оставила нас с Хадором наедине, то это продлилось недолго. Потому что буквально через минуту к нам присоединился Теасел, который словно шпион прокрался в комнату и чуть не подпрыгнул на месте, когда увидел тифлинга.

– Твою хвостатую, ты чего так пугаешь? – схватился за сердце дракон.

– А ты чего крадешься, будто за тобой кто-то следит?

– Твоя мать меня пугает. Такое чувство, что она на дух драконов не переносит и меня конкретно. Я ей улыбочки и комплименты, а она даже бровью не повела.

– Ибо не фиг лезть куда не просят, – фыркнула я. – Ладно, давайте письма просматривать, пока кто-нибудь еще не решил меня навестить.

– А что понадобилось моей сестре от тебя? И почему у тебя хвост вместо ног?

– Женские штучки, тебе не понять. Читай, а не спрашивай. Возможно, именно в этих письмах мы и найдем разгадку имени нанимателя и что-то о его планах.

Мы не спали целую ночь. Глаза начали слипать уже к четырем утра. К этому времени я уже переоделась в пижаму и скрестив ноги, сидела на полу, внимательно просматривая бумаги.

Писем хоть было и не так много, однако, Йотин оказался хитрым и наложил на них скрывающие чары, которые мы и взламывали несколько часов кряду. Пока из двадцати пяти мы смогли прочесть всего десять. И ничего выдающегося в тексте не было. Обычная переписка хозяина черного рынка с покупателя. Да, это было мерзко, низко и отвратительно, но к нанимателю Йотина нас пока не нисколько не приблизило. То есть вообще! Это даже немного обидно, учитывая, сколько всего нам пришлось пережить, чтобы заполучить эти дурацкие и пока совершенно бесполезные клочки пожелтевшей бумаги.

– У меня уже голова болит и сил практически нет, – пожаловался Теасел.

Дракон единственный, кто знал как правильно снимать чары с писем, поэтому он занимался этим, а мы с Хадором читали.

– Ава, а ты точно нужную корреспонденцию взяла?

– Вообще-то у нас впереди еще пятнадцать писем, поэтому не расслабля-а-а-аемся, – зевнула я и потерла глаза.

В них словно песка насыпали.

– В общем, давайте закончим после сна, иначе я точно не восставлю силы. Я спать, а вы делайте, что хотите, – Теасел бросил нас с Хадором вдвоем, а сам зевая и пошатываясь, покинул мою спальню.

– Дракон прав. Сегодня мы уже ничего не сможем найти, нужно немного отдохнуть. Есть вероятность, что нам еще придется встретиться с Йотином, силы нам понадобятся.

– В таком случае иди спать, а я пока еще немного почитаю. Я чувствую, что разгадка где-то рядом, просто мы ее не замечаем.

– Нет, Ава. Ложись спать. Сама или мне тебя заставить? – Хадор был настроен серьезно, это ярко читалось в его глазах и по тому, как яростно метался из стороны в сторону его извивающийся и гибкий хвост.

– Слушай, а почему у Саго хвоста нет?

– Она пошла в отца, а я в мать. Отсюда и цвет глаз и хвост. А что?

– Просто удивилась. А Кувана ничего не рассказывала о твоем отце? Никаких зацепок?

И стоило мне спросить об этом, как и без того мрачный тифлинг закрылся от меня эмоционально и магически, отстранившись. Его хвост обвился вокруг ноги парня, а кисточка сильно дрожала от переизбытка чувств.

– Не стоит лезть в это. Отец никогда не интересовался моим существованием и искать его я не собираюсь. Я люблю мать и сестру и доволен своей жизнью.

– Но…

– Хватит, Ава. Ложись спать, – сказал, как отрезал тифлинг и молча покинул мою спальню, оставив меня краснеть от собственной упорности.

Пусть Хадор и не хотел знать, кто его отец, однако, я все же считала, что где-то в глубине души он стремится к правде. К тому же, встретившись с отцом, он сможет избавиться от ран, что испещрили его сердце и душу. Он мог скрывать это от остальных, но я слишком хорошо знала эти чувства и понимала тифлинга как никто другой. Возможно, именно это и связывало нас, а, может, я просто снова пыталась отыскать отговорки, которые помогли бы мне понять собственные чувства.

Столько «возможно» и «может», от которых жизнь нисколько не облегчалась. Вопросы, словно камни, давили мне на душу, сдавливая грудь и заставляя задыхаться от этой тяжести. И не узнав правду, я никогда не избавлюсь от этого груза.