Алые сердца - Тун Хуа

Стояли чудесные дни четвертого месяца. Порхали бабочки, в вышине носились ласточки, расцветали цветы, зеленела трава – сама природа словно улыбалась людям, чувствуя, что настало время ожить. Пекин в это время еще не терзали песчаные бури, и лазурное, прозрачное небо казалось нарисованным акварелью. Легкий ветерок весело бродяжничал в небесах, порой забредая в леса, где он забавлялся, играя свежей листвой, и тогда можно было услышать его нежный шуршащий смех. Совсем недавно проклюнувшиеся листочки, подсвеченные лучами солнца, сияли, будто изумрудные, и их свет словно бы освещал душу, заставлял загораться глаза любого, кто смотрел на них.

Это был сезон сирени. Маленькие цветочки глубокого фиолетового оттенка густо усыпали ветви, и их аромат разносился далеко-далеко. С бамбуковой корзиной в руках я выходила срывать цветки сирени, чтобы затем высушить их и использовать как приправу; кроме того, если насыпать их в воду, принимая ванну, можно было неплохо увлажнить кожу и избавиться от зуда. Однако цветочки у сирени очень мелкие, а собирать можно лишь те, что только-только расцвели, – не полностью раскрывшиеся или уже увядающие цветки не годились, – и поэтому в то утро я стояла, едва набрав половину корзины, в то время как поясницу уже ломило, а мой лоб покрылся бисеринками пота.

Как раз когда я вытащила платок, чтобы утереть лоб, ко мне, сияя улыбками, подошли десятый и четырнадцатый принцы. Я поспешно поклонилась, приветствуя их. Оба взглянули на сирень в моей корзинке, и десятый брат произнес:

– Тебе обязательно делать это самой? Разве нельзя просто отправить евнухов собирать цветы? У тебя уже все лицо обгорело.

– Отправишь их собирать – и они, не разбирая, где хороший, а где плохой цветок, засунут их все в одну корзину, – со смехом ответила я. – На них нельзя положиться.

– К несчастью, тебя не проведешь – у самой уловок предостаточно, – насмешливо бросил четырнадцатый принц.

Я лишь улыбнулась в ответ. Какое-то время мы молчали, и я, поняв, что они не собираются уходить, спросила:

– Сегодня у вас нет никаких дел? Неужели вы желаете посмотреть, как я собираю цветы?

– Мы искали тебя, – ответил десятый принц. – Юйтань сказала, что ты ушла собирать сирень, и мы отправились сюда, подумав, что тут ее немало.

– Эти несколько кустов своими руками посадила императрица Сяочжуан, – заметил четырнадцатый принц, глядя на сирень за моей спиной.

– Ого-о, – протянула я и обернулась. Сама Бумбу-тай Борджигин! Легендарная женщина, что была родом из степей и стала супругой императора династии Цин Хунтайцзи, о которой у меня составилось довольно унылое впечатление в духе «Сирень по-прежнему, смеясь, встречает вешний ветер, когда людей уж сдуло ветрами времен»^[60]. На время забыв о ней, я спросила:

– Искали меня? По какому делу?

Четырнадцатый повернулся к десятому и воскликнул:

– Что я говорил! Она совсем забыла.

– Она отлично помнит о днях рождения других и лишь о своем забыла, – кивнул десятый принц.

Услышав их слова, я вдруг вспомнила, что через три дня у меня и вправду день рождения. Жоси в этот день исполнится восемнадцать, а Чжан Сяо – тридцать. Совпадение – Жоси и Чжан Сяо родились в один и тот же день. Впрочем, кто знает, может ли это совпадение быть причиной, по которой я попала сюда?

В одно мгновение почувствовав себя старой, я не удержалась и съязвила:

– Какая девушка терпеливо хранит в памяти день своего рождения? Он лишь напоминает о том, что мы становимся старее еще на год.

– А нам будто не напоминает о том же, – засмеялся четырнадцатый принц, обращаясь к десятому.