Новый мир. Трансформация - Анна Урусова

– Плохо, очень плохо.

Хлодвиге с досадой ударил себя по бедру.

– Этого стоило ожидать. Сложно поверить в такое явное явление Богов… – Антонио пожал плечами и замолчал, но я чувствовала, что в его словах был и вопрос. Который я оставлю без ответа.

– Удивительно, что она вообще так долго держалась. Или ты боишься, что Лучианна настроит церковь против нас? Так она, вроде бы, хоть и недовольна, но и уходить не собирается. – Женевьева смерила брата недовольным взглядом.

– Лучианна не предаст нас. Я боюсь, что более фанатичные последователи Солнца сочтут Свету лжепророком.

– Не переживай, не сочтут. Вчерашний неудачливый летун проповедует сейчас на площади Роз, и слушают его с большим воодушевлением, чем нытьё Возносящего. – Хлодвиге усмехнулся. – Я вот переживаю о том, что церковники могут захотеть принять чуть большее участие в возвращении магии. Или, того хуже, поднять бунт. А это страшнее, чем бунт аристократии.

– Не поднимут. Сам же говоришь, что Алонсо проповедует на площади, и его слушают. – Интересно, Антонио вправду так думает или уговаривает сам себя, предвкушая возможное столкновение с Лучианной?

Они появились неожиданно – я даже не успела понять, что произошло. Вот Антонио замолкает и оборачивается к Женевьеве за поддержкой. Вот подруга неопределённо улыбается, и мне кажется, что я вижу, как она колеблется между любовью к брату и неприязнью к его возлюбленной. Вот Хлодвиге шагает, чуть наклонив голову вперёд и нахмурившись. Вот Шива гордо вышагивает у моих ног, задрав и распушив хвост. Вокруг нас благоухает живая изгородь, покрытая крупными сиреневыми цветами, названия которых я до сих пор не знаю.

И вот я оказываюсь на земле, и перед моими глазами только поразительно чистое голубое небо и сияющий солнечный диск на нём. От удара из моих лёгких вышибло воздух, и несколько страшных мгновений казалось, что я больше никогда не смогу вдохнуть, и что все звуки мира умерли вместе с моим дыханием.

А потом я вдохнула.

И в уши ворвались звон мечей, потрескивание молний, отборная ругань, которую я понимала через раз, и воинственный крик Шивы.

Первое, что я увидела, вскочив, – стоящий на одном колене Хлодвиге, вскинувший вверх руку с зажатым в ней коротким мечом. Незнакомый мужчина, чей удар Хлодвиге только что отразил, мгновенно сориентировался и, не в силах сразу вернуть меч, с размаху пнул моего любовника в грудь. Я в ужасе прижала руки ко рту, не в силах пошевелиться: перед глазами уже стояла картина заколотого Хлодвиге, лежащего в луже собственной крови.

Но я ошибалась. Хлодвиге как-то хитро подался вперёд и вбок, ударил плечом в опорную ногу врага и, не дожидаясь, пока тот упадёт, вспорол клинком его живот от паха до грудины. От тошнотворного зрелища кишок и прочих органов, вываливающихся из раны, меня отвлёк отчаянный вой Шивы.

Я резко развернулась на звук и, не раздумывая, ударила чистой энергией по ублюдку, держащему за шкирку моего кота-хранителя.

Видимо, какой-то образ, навеянный земным кино, в моей голове всё-таки был. Потому что ублюдок попросту взорвался изнутри, усеяв Шиву, меня и приличный кусок брусчатки измельчённым человеческим мясом.

Других врагов с этой стороны не было.

Я обернулась назад, туда, где должны были всё ещё сражаться мои друзья. Но и там всё уже закончилось. Растрёпанная Женевьева, в первый раз в жизни напомнившая мне фурию, а не Венеру, колдовала над рассечённой головой Антонио.

Хлодвиге, с ног до головы покрытый кровью, но, судя по его уверенным движениям, чужой, деловито осматривал трупы.

Я осела на мостовую, не в силах сделать ни шагу.

– Ты в порядке? Помочь подняться?

–Ты знаешь, кто это? – Я подняла голову, и наткнулась на непривычно холодный и жёсткий взгляд Хлодвиге.

– Отребье с городского дна. Но не это важно, на самом деле. – Хлодвиге бережно помог мне подняться. Потом наклонился и потрепал по голове Шиву, больше похожего на ведьминого прислужника из худших земных ужастиков. – В порядке, ушастый? Ты молодец, я видел, как ты с первым разобрался. Так вот, Света, важно лишь то, что они не собирались тебя убивать. Целью были мы. Понимаешь, что это значит?

– Меня хотели оставить без поддержки?

– Скорее всего. Я думаю, это значит, – тут Хлодвиге перешёл на шёпот, и окончание его фразы я скорее угадала, чем услышала, – что заказчик, кем бы он ни был, поверил в твою связь с Богами.