Новый мир. Трансформация - Анна Урусова

Хлодвиге молчал.

Тогда я принялась изучать содержимое полки, сплошь заставленной огромными книгами в изукрашенных деревянных переплётах.

– Я не разбираюсь в богах, Светлана. Но я считаю, что это самое лучшее решение проблемы с ящерами, которое в принципе можно придумать.

Не совсем то, чего я ожидала. Но лучше, чем то, чего я боялась.

– Прекрасно. В полночь жду тебя на берегу моря у дворца Совета, ближе к Башне правды. На всякий случай возьми с собой несколько заряженных гранталловых вещей.

В библиотеке я провела весь день. Личные записи прошлых дожей и догаресс, отчёты о заседаниях Большого Совета, жалобы жителей и решения Совета Сорока – всё это было очень интересно, но, увы, отправлялось обратно на полки. Позже, я прочитаю всё это позже.

Искомое нашлось только к вечеру. Это был наспех сделанный на обрывке пергамента набросок: огромный овал в центре, двойное кольцо стен, выстроенные внутри них лестницы и коридоры. Оказывается, комнаты, в которых содержат пленников, находятся точно над кораблём, а пыточные застенки – в подвале, вырытом под ним.

Прекрасно, я могу ударить в самый центр крыши, и направить энергию по стенам. Уничтожить подвал будет немного сложнее и, возможно, рискованно для корабля. Жаль, жаль. Перспектива разнести в мелкую крошку место, в котором я пережила чуть ли не самые отвратительные моменты в моей жизни, очень сильно грела мне душу.

Вечером я приказала слугам принести ужин в комнату и не беспокоить меня до утра. Судя по тому благоговению, с которым начавший седеть мужчина и совсем юная девушка взирали на меня, приказание будет выполнено…

Но, на всякий случай, я сделала несколько приготовлений. Если кто-то решит заглянуть в мою спальню этой ночью, его ждёт незабываемое зрелище.

Я пришла к морю чуть раньше, чем Хлодвиге: оценить обстановку следовало в одиночестве.

К счастью, этой ночью море было спокойным. Лишь лёгкая рябь пробегала по тёмной зеркальной поверхности. Я села на крупный камень, и, подобрав парочку камней поменьше, принялась бездумно крутить их в руках. С какими спецэффектами лучше разрушить башню?

– Я опоздал, прости. – Хлодвиге улёгся на камни у моих ног, аккуратно стянул правую туфлю, провёл пальцами по щиколотке. – Есть ли у нас ещё немного времени, моя повелительница? Я понимаю, что не заслужил сегодня права касаться даже ваших прекрасных ножек, но, быть может, я могу исправиться?

– К ножкам можешь прикоснуться. А вот право на всё остальное ещё придётся заслужить. – Я проследила за тем, как Хлодвиге встаёт передо мной на колени, и закрыла глаза. Смотреть не хотелось – только чувствовать.

Чуткие пальцы скользили по щиколоткам, губы нежно касались ступней… Точно так же, как когда-то это делал Балдассаро.

Всё удовольствие пропало. Я лениво двинула ногой, пнув раба в грудь, и не ожидавший этого Хлодвиге потерял равновесие, покачнулся и упал. Глядя на то, как он лежит на боку, силясь сообразить, что произошло, я внезапно чётко поняла, чего хочу сейчас.

– На спину.

Уверенная в выполнении приказа, я принялась неторопливо разоблачаться. Раб вынудил меня вспомнить предателя, и будет наказан за это.

Гранталловая цепь вытянулась и перекочевала на запястья Хлодвиге, стягивая их за спиной; кольцо переползло на гениталии, заставляя их налиться кровью и затвердеть. Кажется, раб даже охнул от боли.

На доли секунды я вспомнила прошлый раз, умелые и явно добровольные ласки Хлодвиге, и засомневалась, не перегибаю ли я палку.

– Сейчас я собираюсь получить удовольствие с помощью твоего рта. Твоя задача – своевременно соображать, где должен быть твой язык. Расплата за ошибку – боль.

Я заняла удобное положение и принялась медленно двигаться, привыкая к новым ощущениям…

Спустя полчаса я валялась на песочке, лениво размышляя о том, почему раньше не делала ничего подобного. Гранталл вернулся на свои места, и мне было немного жаль Хлодвиге, проявившего чудеса послушания и умения чувствовать свою Богиню.

– Обнажись и встань поближе к морю. Так, чтобы Луны были примерно над тобой.

Фигура у Хлодвиге, конечно, не так близка к Давиду и Аполлону, как хотелось бы, но на фоне моря и спутников его силуэт выглядел очень и очень интересно.

– Повернись ко мне боком. Можешь доставить себе немного удовольствия, но не затягивай процесс надолго. Я хотела бы ещё поспать этой ночью.

Я наблюдала за тем, как движется рука раба, как его профиль чернеет на фоне неба и спутники висят над ним, словно нимб. Вот он замер и как-то быстро и несмело оглянулся на меня. Я медленно наклонила голову. Ещё пара резких движений, и сегодняшняя ночь доминирования закончилась. Пришла пора переходить к ночи огня.

– На сегодня достаточно. Одевайся, и будь готов к любым неожиданностям. Я начинаю рушить башню. Потом поможешь мне одеться.

Я вошла в море, улеглась так, чтобы вода касалась как можно большей части моей головы, и чуть не задохнулась от восторга. В первый раз я была слишком оглушена и напугана, чтобы в полной мере оценить то могущество, которое хранили океанские воды. Но теперь… На создание вокруг Башни нужной области понадобилась даже не мысль – отголосок желания.

Никогда ещё я не испытывала такого экстаза. Казалось, я могу уничтожить Террину и создать на её месте новую планету. Создать новых, идеальных существ, которые заселят этот мир. И зажечь над ними новые звёзды.

Или, что будет полезнее, сбить с орбиты эти чёртовы оранжевые спутники.

К счастью, эту мысль я додумывала уже на берегу. Хлодвиге, одним движением вытащивший меня из воды, сидел рядом и, кажется, озабоченно рассматривал моё лицо.

– Мне показалось, что пространство вокруг меня напряглось, как днём. Я решил, что это может быть как-то связано с тобой. Надеюсь, это не прервало твоё колдовство? Я очень внимательно смотрел на Башню, но ничего не увидел.

– Нет. Всё хорошо. Скоро начнётся.

Я поёжилась, понимая, что ещё мгновение, и у Террины больше не было бы спутников, а у меня – мозгов.

Тем временем вокруг башни сгустилось золотистое сияние – моя магия начала действовать.

Сначала сияние набирало силу, становясь гуще плотнее – материальнее. Когда башня перестала быть видна, скрытая в коконе света, появился звук. Низкий, концентрированный, он отдавался в мостовой, домах и деревьях. Я сама чувствовала его кожей, костями, и даже кончиками волос.

Несколько долгих минут звук и сияние просто существовали, пробуждая город.

Когда во всех домах, которые были мне видны, загорелись огни, я приказала магии измениться.

Сияние сформировалось в гигантскую фигуру ангела, обнимающего башню. А звук стал голосом, монотонно повторяющим: «Посягнувшим нет прощения. Посягнувшие да будут наказаны».

Эту часть представления я не стала затягивать: уничтожить башню следовало до того, как к ней сбегутся люди.