Спаситель по найму - Алексей Фомичев

В принципе ничего особенного Вильдерг не спрашивал. Однако обер-колонель ответил не сразу. Этот «почтенный» вряд ли упустит случай узнать как можно больше. И не о степняках, а об армии. Количество сил у границы, какие части стягивают в преддверии вторжения, места сосредоточения, предпринимаемые меры в тылу. Такие сведения дорого стоят, и кочевники отвалят за них хорошую сумму.

Вильдерг не враг стране, по крайней мере не явный. Но свою выгоду не упустит.

И обер-колонель весьма осторожно рассказывал о ситуации, тщательно дозируя информацию.

За весь разговор наемники не произнесли ни слова, но слушали очень внимательно. Правда, перевозчик ничего особенного не сказал, да и Вернер не баловал откровениями собеседника.

А когда Вильдерг ушел, вновь усладив слух изысканными благодарностями и поздравлениями, Герман повернулся к обер-колонелю:

– Он у вас на крючке?

– Не совсем, – протянул старший офицер. – Но в сотрудничестве не отказывает. Торговцы и перевозчики – хорошие источники информации. Мы многое узнаем от них.

– Часто отправляете с караванами своих людей? – спросил Кир.

Вернер вдруг замялся.

– Это секретная информация.

– Что?

– Извините, – тут же опомнился Вернер. – Я что-то устал, голова плохо соображает. Нет, мы отправляем нечасто. А тайный департамент вербует осведомителей и агентов из числа работников, охранников, помощников купцов.

– Значит, практика посылки своих людей есть, – довольно кивнул Кир. – С Вильдергом людей отправляли?

– Да, два раза.

– Ты хочешь… – догадался Герман, – поехать с ним?

– Лучший вариант! Сразу решаем проблему проезда через Степь, безопасности пути и хорошей легенды.

– А он не сдаст? – спросил Герман Вернера.

Но за того ответил Кир:

– Пусть попробует! Семью под нож, его самого на медленном огне изжарят! А прежде я ему яйца отрежу и заставлю сожрать!

Обер-колонель выслушал эту тираду с каменным лицом. Судя по виду, Киру он поверил. И Вильдергу лучше поверить тоже. Во избежание страшной перспективы.

– Я переговорю с ним, – вставил Вернер. – Он даст согласие. И молчать будет. Это не в его интересах.

– Точно, – хмыкнул Герман и покосился на друга.

Кирилла иногда заносит, но в целом он прав: предательство прощать нельзя!

Выбранные ротмистрами солдаты явились, как и было приказано, к конюшне у штаба батальона. Здесь их и нашли наемники.

Герман кивнул Бертому и с любопытством посмотрел на капрала Мирта. Среднего роста, мускулистый, с длинными руками и широкими кистями. Лицо обожжено солнцем и ветром, глаза чуть прищурены. Капрал был в обычной полевой форме, из оружия только сабля и кинжал.

– Вы знаете, кто мы? – спросил Герман.

Солдаты кивнули.

– Вам уже сказали, что за задание и какие награды ждут?

Опять два кивка.

– А теперь забудьте об этом! Наша главная задача – добраться живыми до края Степи. Остальное не так важно. Мы поедем с караваном Вильдерга, вы его должны знать.

– Знаем, господин советник, – ответил Бертом.

– Отставить советника! – скомандовал Ветров. – Мое имя Герман, моего друга зовут Кирилл. Обращайтесь к нам по именам, никому не надо знать, кто мы и откуда.

– Ясно. Я хотел сказать, что караваны не ходят до конца Степи.

– Я знаю… Стоп! Что ты сказал?

– Караваны доходят только до оазиса Белый, – пояснил сержант. – Дальше им хода нет. Степняки запрещают. Вернее, поселенцы.

– Так степняки или поселенцы? – уточнил Кир. – И почему?

По словам солдат, караваны торговцев и перевозчиков действительно доходили только до оазиса Белый. За ним начиналась запретная земля. Степняки внимательно следили за табу и строго наказывали тех, кто хотел проникнуть туда.

Точной причины такого запрета толком никто не знал, но торговцы полагали, что все дело в элементарном желании степняков не допустить любые контакты Хартемена с побережьем. Ясно, что кочевники и поселенцы торговали с живущими у моря. Они перепродавали привезенные оттуда вещи, но говорили об этом весьма неохотно. Так же ясно, что и товары Хартемена попадали на побережье. Видимо, по завышенной цене.

Прямая выгода от такого положения дел видна невооруженным глазом. А так как Хартемен не имел возможности проложить дорогу силой, все мирились с запретами.

– Сколько от оазиса Белый до конца Степи? – спросил Кир.

– Приблизительно девяносто лиг, – ответил Бертом. – Но это неточно.

– Может, чуть меньше, – вставил Мирт. – Я один раз был там. Во второй год службы. Командование посылало трех солдат с караваном перевозчиков под видом охраны. Нас тогда на границе не знали, купцы не возражали. По словам одного парня, сына бека кочевья, они доходили до границы Степи. Там была какая-то огромная стена, перегораживающая дорогу. К стене не пошли. Почему – не сказал.

Наемники переглянулись. Это что-то новенькое.

– Великая побережная стена, что ли? – хмыкнул Кир. – Восьмое чудо света!

– Очень может быть, – не поддержал веселья друга Герман, – защита от степняков. Построили когда-то…

– Брось. С китайской-то до сих пор не разобрались, то ли афера, то ли подделка поздних веков. Вон, кто-то додумался сказать, что ее вообще в середине двадцатого века построили. А здесь-то откуда такая стена?

– А? Да хрен с ней! – махнул рукой Герман и повернулся к солдатам: – Словом, вы поняли, что от вас требуется. На сборы вам час. Сами решайте, что брать и сколько. И ждите нас в казарме. Мы уточним, когда уходит караван. Ясно? Идите!

Бертом и Мирт отдали честь и поспешили к себе. Герман посмотрел им вслед и спросил Кира:

– Как думаешь, не подведут?

– Поживем – увидим, – пожал плечами тот. – Во всяком случае, они похожи на опытных солдат. Да и Вернер с ротмистрами врать не станут. В конце концов, их задача проста – помочь нам миновать Степь. Дальше уж сами.

– Сначала доживем до этого «дальше», – вздохнул Герман. – Потом и говорить будем. Пошли. Надо решить вопрос с караваном.