Кардонийская рулетка - Вадим Панов

— Что скажешь?

— О чем?

— О тормозах.

— Ты сам в свои слова веришь? — печально осведомился Онигеро.

— Нет, не верю, — буркнул Дагомаро. — Но хочу услышать мнение профессионала. Аргументируй.

— Тебе известно мое мнение.

Корпорация «Онигеро» была исторически связана с транспортом: верфи, морские и воздушные перевозки, железные дороги, производство паровингов, локомотивов, паротягов и бронетягов… Сенатор любил повторять, что его семья обожает все, что движется, и все, что к движущемуся прилагается. И грузовой вокзал Унигарта, к примеру, на тридцать процентов принадлежал расстроенному Питеру.

— Неисправные тормоза ни при чем, — продолжил Онигеро. — Эшелоны сбрасывают скорость в пяти лигах отсюда, на специальном стоп-разъезде. Там машинист должен был понять, что машина неисправна и поднять Философский Кристалл.

Мера простая и действенная: извлеченный из уксуса Кристалл перестает выделять тепло, котел остывает, паровая машина останавливается — элементарная физика, с которой даже сломанные тормоза неспособны справиться.

— Эшелон разогнали? — негромко спросил Дагомаро.

— Эшелон разогнали, — подтвердил Онигеро.

Они не походили друг на друга не только внешне, но и внутренне. Полный Питер — сибарит, буквально источающий запах роскоши и чувственных наслаждений. Одна фраза… Нет — одно лишь слово из его уст, один только звук мурлыкающего голоса, и становилось понятно, что Онигеро не привык отказывать себе в удовольствиях. Чего нельзя было сказать о подчеркнуто аскетичном Дагомаро. Они не походили ни в чем, но дружили уже пятьдесят лет и понимали друг друга с полуслова.

— Свидетели в один голос твердят, что вагоны пылали, а этого не может быть, поскольку в хопперах совсем не используется дерево. И еще все слышали взрывы. Вагоны взрывались до того, как стали врезаться в локомотивы.

— Ты уже доказал, что это диверсия, — вздохнул Дагомаро. — К чему продолжать?

— Уточняю: вагоны обработали горючим алхимическим составом и заложили в них взрывчатку.

— Возможно. — Консул кивнул на группу криминалистов. — Поэтому я и притащил сюда своих экспертов.

— Можно подумать, они тебе нужны.

Дагомаро усмехнулся, признавая правоту друга, и уверенно сообщил:

— Вагоны обработали фоговой смесью «Алдар 2», производной от «Алдара», разработанной Гатовым для новых огнеметов. Она активизируется алхимическим путем и дает долгое, ровное пламя.

— Были взрывы, — тихо напомнил Питер.

— Полагаю, в каждом вагоне преступники разместили взрывное устройство на основе нитробола. Только он может привести к таким разрушениям.

Консул обвел рукой унылый пейзаж.

— Твои эксперты приехали, потому что на твоих заводах делают лучшие боевые смеси, — выделив голосом «твои» и «твоих», произнес сенатор. — И у тебя лучшие специалисты по взрывчатым веществам.

— К чему ты клонишь?

— Канонерки тоже сожгли, — хмуро произнес Онигеро. — Понимаешь? Канонерки тоже сожгли.

И Винчер догадался, о чем говорит старый друг:

— Нас подставляют?

— Тебя, — уточнил Онигеро.

— Нас, — не согласился Дагомаро. — Весь Ушер.

— Нас, через тебя. Ты сейчас консул, тебе первый удар. — Сенатор зло оглядел развороченный вокзал и продолжил: — Компания приказала землеройкам сорвать переговоры. Махим нанял террористов и снабдил их твоим оружием. А обвинять в преступлениях будут нас.

— Кто?

— Газеты. — Онигеро покачал головой. — Винчер, иногда я удивляюсь твоей наивности. Все газеты Унигарта и Приоты воют под дудку прогрессистов и завтра скажут, что это мы разнесли вокзал.

— Разнесли собственный вокзал, чтобы сорвать переговоры, которые сами предложили? — Дагомаро качнул головой. — Это слишком даже для прогрессистов.

— Как раз для них — не слишком, — отрезал сенатор. — Ты постоянно повторяешь, что Приота неспособна с нами воевать, но молчишь о том, что Ушер полностью зависит от приотского продовольствия. Землеройкам не нужно сражаться — достаточно прекратить поставки.

— И они разнесли вокзал, чтобы напомнить об этом?

— Вполне возможно, — развел руками Питер.

Мужчины посмотрели друг на друга и вдруг одновременно, как это принято на Ушере — и среди бедняков, и среди богачей, — прикоснулись к бородам. Жесты были разные: Винчер погладил свою длинную бороду, проведя ладонью почти до живота, Питер же просто ухватился за подбородок. Жесты были разные, но их смысл был ясен любому островитянину: мужчины в затруднении. Сибарит и аскет, сенатор и консул, миллионер и миллионер, они стояли среди груд расплавленного, перекрученного железа и смотрели друг на друга, поглаживая бороды. Они знали, что нужно принимать решение.

— Приоту поддерживает Компания. — Онигеро тяжело вздохнул. — Тебе тяжело это слышать, но нам нужны равноценные союзники. Иначе не устоим.

— Потеряем изрядно, — глухо отозвался Дагомаро. Его глаза запылали. — Каатианцы захотят доли в предприятиях и потребуют пустить банки на наш рынок.

— Потеряем часть, — уточнил сенатор. — Не все.

— Если отрезать собаке лапу, это тоже будет называться «потеряла часть».

— У ящерицы отрастает новый хвост, — криво усмехнулся Онигеро. — Мы умеем вести дела, Винчер, и постепенно выправим ситуацию. Пусть они приходят, пусть берут доли, пусть приводят банки — мы все вернем. Мы сможем обмануть кого угодно, кроме галанитов. Значит, договариваться мы должны с кем угодно, только не с галанитами. — И тут же, не дав консулу ответить, продолжил: — Когда ты встречаешься с каатианцами?

— Сегодня ужинаю с дер Саандером, — неохотно ответил Дагомаро.

— Попроси их о помощи, — неожиданно горячо произнес Онигеро. Слишком горячо для всегда всем довольного сибарита. — Попроси каатианцев или лингийцев — Помпилио не зря приехал, он ждет, чем закончится твоя встреча с дер Саандером, и наверняка имеет полномочия говорить с нами от лица Линги. Договорись с кем-нибудь, Винчер, у нас нет выхода.

— Выход есть всегда, — мрачно отозвался консул.

— Война не выход, а определение бенефициара, — вздохнул сенатор. — С Приотой мы справимся, но Компания нам не по зубам.

— Наша единственная проблема — сферопорт, — жестко усмехнулся Дагомаро и поднял взгляд чуть вверх, прочь от разгромленного вокзала, к причальным мачтам, у которых величественно покачивались гигантские цеппели. — Если мы заберем Унигарт, мы победим.

— Святая Марта! — Онигеро в ужасе округлил глаза. — Винчер, ты все-таки собрался воевать?

— Нет, — твердо ответил консул. — Но я готов к любому развитию событий. И я знаю, что буду делать.

— Это «Арамалия»? — спросила Кира, внимательно разглядывая изящный цеппель.