Моя понимать - Константин Костинов

Нет, Речник точно сошел с ума!

Каменотес покачал головой. Он вместе с частью своих верных людей пришел во дворец. Пивовар и остальные верные остались в безопасном месте. До сего момента заговорщики не отрицали ум Речника и опасались некой хитрой ловушки. Но теперь!

Что будет делать человек, которого собираются лишить власти? Призывать верных ему людей, вербовать новых сторонников, крепить оборону… А что делает Речник?! Он вызвал в кабинет всех тех, кто находился во дворце, и взял с каждого расписку в том, что тот не будет участвовать в беспорядках и мятежах! Глупец! Кто в таких делах вспомнит о каком-то обещании, пусть даже письменном?

Каменотес по привычке сунулся было в кабинет Речника, но тут выяснилось, что в кабинете что-то сгорело – запах дыма чувствовался даже из-за плотно запертых дверей, – поэтому вождь (бывший вождь, мысленно усмехнулся Каменотес) находился в другом кабинете, гораздо более маленьком и тесном.

– Ну что… – начал хуманс, открывая дверь.

– Ты пришел дать мне расписку? – перебил его Речник.

Каменотес сбился:

– Какую расписку?

Он что, серьезно?!

– Расписку о неучастии в беспорядках и мятежах. Пора прекращать это революционное шатание и наводить порядок.

– Ты ничего не забыл?

– Ах да. И еще устанавливать законность.

– Я об ультиматуме!

– Каком еще ультиматуме? – непонимающе поднял брови тролль.

Каменотесу показалось, что его собеседник сошел с ума.

– Ты что, забыл? Забыл то, что от тебя требовали?

– А, это… Нет.

– Не забыл?

– Нет – это мой ответ на ваше требование. Ничего я делать не собираюсь. Пиши расписку.

Речник сунул лист бумаги опешившему Каменотесу.

– Вот тебе расписка! Вот тебе расписка!

Клочки разорванной бумаги разлетелись по кабинету.

– Я еще вернусь! – повернулся Каменотес, выбегая.

Хлопнула дверь, качнулся шкаф, запахло штукатуркой.

– Возвращайся, возвращайся… Я готов.

Товарищ Речник прошел пару шагов туда-сюда по кабинету.

– Гражданин Артур! – позвал он.

Дверцы шкафа, который вовсе не был шкафом, а прикрывал вход в другую комнату, раскрылись. Наклонившись, оттуда вышел высокий человек, которого можно было бы спутать с покойным королем, не будь он гораздо старше.

– Что скажете?

Кисточка хвоста высокого гражданина нервно метнулась.

– Последний точно не оборотень.

Будущий тесть-свекор господина Шарля нервничал, и заметно. Он чувствовал, что во дворце готовится что-то, от чего лучше держаться подальше, поэтому проклинал тот день, когда согласился помочь этому длинному мерзавцу.

– Не оборотень…

Оборотнями Речник и Артур начали называть тех, кто не был тем, кем выглядит.

– Значит, – подытожил тролль, – только двое.

Артур кивнул. Эльфийка из охраны Речника оказалась хумансом, а также гном из дворцовой обслуги тоже был хумансом.

Нашествие хумансов-оборотней какое-то…

– Спасибо вам, гражданин Артур. Какое вознаграждение хотите за вашу помощь?

Будущий тесть господина Шарля хотел только одного: чтобы его отпустили домой и никому не говорили о его участии в разоблачении оборотней.

– Пришельцы из других миров?! Да вы с ума сошли!

Дон Мильер расхохотался так искренне, как может смеяться только человек, услышавший совершенно ясную глупость.

– Вы еще скажите, что наши друзья др…др… тррррр.

Это не пленник запнулся, это Димкина интуиция попыталась перевести непонятное слово, но почему-то дала сбой.

– Не скажу, – спокойно дождался окончания смеха господин Шарль. – Потому что я точно знаю, кто они и откуда. А теперь и ты расскажешь нам об этом.

– А если не скажу, – черный эльф откровенно забавлялся, – то что?