Зарождение - Дмитрий Чвилев

К сожалению, все это были цветочки, а ягодки наклюнулись ночью. Повторилась недавняя сцена, правда, на этот раз, в более жестоких тонах.

Собираясь отойти ко сну, я обнаружил в своей комнате маленькую девочку, испуганно забившуюся под одеяло. На вид ребенку было всего лет двенадцать-тринадцать.

— Все, что мой Король прикажет… — дрожащим голосом произнесла она, откинув одеяло и вставая с кровати. В ужасе закрыв глаза, девочка неумело попыталась стянуть с себя ночнушку. Сквозь крепко зажмуренные веки ребенка постепенно начали просачиваться слезы.

— Замри, — я подошел к шкафу и принялся в нем рыться. — Да где же это?

Ребенок испуганно замер.

— Только не плеткой, господин! — не сдержав слезы, тихо произнесла она. — Я буду послушной.

— Да тьфу ты! Никаких плеток, что ты! Я халат искал! Тебя укрыть. Чтобы в ночнушке не бегала тут, — ошеломленный услышанным, я подошел к кровати.

Девочка, распахнув глаза, подалась назад, едва сдерживая страх и дрожа всем телом. В тишине комнаты ее тихие всхлипы раздавались особенно звонко.

— Ну будет тебе, будет… Хватит плакать. Я же не зверь какой. Не бойся. Ничего с тобой не случится, — укутав одеялом, я обнял ребенка и прижал к себе.

— Все хорошо… Никто не будет тебя обижать. Это же Ирван тебя послал? — я начал успокаивающе поглаживать девочку по голове.

Она неуверенно кивнула, постепенно затихая и прекращая всхлипывать.

— Подари ей зайца плюшевого, чтобы успокоилась окончательно. На память о злобном стр-рашном короле, похитившем ее под покровом ночи в свою опочивальню, — посоветовал внутренний собеседник.

— Кнопка, хочешь подарок? Королевский, хороший?

— Я достаю из широких штанин… — радостно заржал Каин. — Королевский подарок. Хороший.

— Заткнись, грязный извращенец! — зашипел в ответ я, поднимаясь и открывая шкаф. — Не до шуток сейчас.

— Вот, смотри, какая игрушка. Я дарю его тебе, а взамен пообещай вырасти умной и хорошей красавицей. И маму слушайся. Он теперь твой, — девочке был торжественно вручен плюшевый заяц.

Глаза кнопки восхищенно заблестели, а игрушку ребенок тут же крепко прижал к себе, словно опасаясь, что ее сейчас отнимут. Продолжив успокаивающие речи, я вновь принялся поглаживать девочку по голове.

— А теперь гладь ниже, еще ниже! — вновь захихикал внутренний голос. — Развивай успех, педофил!

Я лишь оскорбленно фыркнул.

Вскоре ребенок уже не трясся от страха, а доверчиво льнул ко мне, не выпуская из рук зайца.

— Халата я не нашел, поэтому замотайся поплотнее в одеяло. Пойдем, тебе пора домой.

Выйдя в коридор, я, перестав сдерживаться, злобно заорал:

— Ирван! Ирван, твою мать! Выходи, скотина!

Девочка испуганно вздрогнула, но, видя, что я злюсь не на нее, успокоилась. На шум, зевая, из соседней комнаты выполз Василий, а следом за ним — Фенрир с Утгардом.

— Шикарно! — обрадовался я. — Вы тоже подойдете. Значит так. Ребенка — отвести домой. Ирвана — найти и хорошенько намять бока.

— Это — дядя Вася. Не бойся его, он добрый. Он тебя проводит, — указывая на вожака пальцем, сказал я девочке.

«Дядя Вася» хмыкнул, но спорить не стал. Попросту подхватив ребенка на руки, он понес ее, прислушиваясь к торопливым словам девчушки.

— Так. А вы. Найдите мне эту сволочь. Ирвана. И дайте ему понять, что он был не прав… — я окинул взглядом стоящих передо мной вервольфов и кровожадно оскалился. — Хотя нет. Не надо его бить. Хорошенько отшлепайте его. Как маленького. Чтобы он на задницу завтра весь день присесть не мог. Может, тогда до него дойдет.

Оборотни переглянулись и глумливо заухмылялись.

— Будет сделано, шеф, — хором ответили они.

На этой радостной ноте я удалился спать, предвкушая, как завтра будет мучиться управляющий.

* * *

Видимо, даже мой хорошо развитый мозг не мог справиться с таким объемом информации, что был получен от Каина — я снова проспал почти целых двое суток. Тело трещало, словно на нем танцевало стадо слонов, но голова на удивление была чистой и ясной. Жрать хотелось неимоверно.

— Сир, если вы очнулись и в крепком здравии, то нам надо выдвигаться, — во время завтрака подошел ко мне Ирван. — На сегодня назначено общее вече.

Вид у управляющего был на удивление невозмутимый — неужели выкрутился и избежал наказания?

— Добро. Энергию надо восполнить, поэтому сейчас третья смена блюд и выезжаем. Собирай пока людей.

На общее вече решили ехать своим ходом — я был еще слишком слаб, чтобы воспользоваться камнем перемещения. На ухабах в повозке уже не трясло, а плавно покачивало. Новые амортизаторы были превосходными. «Кузов» средства передвижения тоже был доработан. Теперь, как и положено для всякого порядочного дворянина, повозка стала крытой, с мягкими тканевыми сидениями изнутри, занавешиваемыми окнами на дверях и двумя большими багажниками на крыше и позади.

Кейт осталась в замке, сославшись на неотложные дела. Мол, играйтесь в правителей, мальчики, а я кой-чем поважнее займусь. Подумаешь — больно надо.

Макс с Бладом поехали в повозке попроще, мы с управляющим — в модернизированной.

По дороге Ирван посвящал меня в произошедшие за время моего сна события. Слушал я его, честно говоря, вполуха, вяло переругиваясь с Каином по поводу того, как нам теперь жить дальше.

— …еще одна из женщин под видом посудомойки попыталась устроиться в замок, чтобы совершить на вас покушение, но была замечена одним из тайных агентов и схвачена доблестным капитаном стражи.

— У меня есть капитан стражи? — удивился я. — И тайные агенты? Подожди, что?! Покушение?! Ты хочешь сказать — она собиралась меня убить?

— Сир, Ранмир с Пирром вернулись, удачно завершив ваше задание. Я взял на себя смелость назначить их на должности, чтобы они не сидели без дела.

— Дай угадаю, капитан стражи — Ранмир? А Пирр тогда кто?

— Сотрудник тайной канцелярии.

— У меня есть тайная канцелярия? — изумился я. — Но Пирр — бесхитростный парень, как он руководить-то будет?

— Кто говорит про руковождение? Я сказал — сотрудник, а не начальник.

— Подожди, если он сотрудник, тогда кто руководит канцелярией?

— Я, разумеется, — слегка поклонился Ирван. — И можете не бояться, сир, под моим началом парень быстро перестанет быть бесхитростным. Пока он полезен именно таким, каким есть — слуги еще воспринимают его, как одного из них, и делятся всей своей сокровенной информацией, что только играет мне на руку.

— Опасный тип, — прокомментировал Каин. — Если он пойдет против нас, придется его устранить.

Словно услышав это, Ирван еще раз поклонился: