Дилвиш Проклятый - Роджер Желязны

— Дрянь! — возмутился он. — Всегда однииздевки, всегда уворачиваешься от прямого ответа!

— Ты наблюдателен. Да, мне доставляет удовольствиедумать, что я единственная в своем роде обладаю этим знанием — и никогда неделюсь им.

Странные звуки приближались и становились все громче.

— Ты только взгляни! Туман рассеялся! Он прочертил ужешестой круг!

Барэн усмехнулся.

— Так и есть. Но он уже едва может пошевелить рукой.Сомневаюсь, что ему удастся вписать еще один. Вероятно даже, что он уйдет подпесок прежде, чем они доберутся до него. Похоже, что сейчас он тонет быстрее.

— Снова этот проклятый туман! И мы никогда не узнаем…

Приближающиеся звуки участились, и вскоре они увидели, какбагровое чудище с разноцветными глазами и ногами, вывернутыми в разные стороны,проковыляло мимо в направлении комнаты, которую они только что оставили.

— Не входи туда! — в отчаянии закричала Семирамана языке мабрагоринг. Затем она порывисто повернулась к Барэну. — Остановиего! Я не отвечаю за последствия, если Туалуа будет потревожен демоном! Еслиэто место сорвется с якоря…

— Стоять! — заорал Барэн.

Но демон, сжимая в лапе подозрительный предмет и отправляяего прямо в рот-щель, из которой раздавались смешки, перебрался через навознуюкучу и устремился к краю Ямы.

Мгновение спустя свободное пространство перед нимразверзлось со звуком рвущейся материи, и на этом месте образовалась чернаябездна. Рабы кинулись прочь. Демон замер, испугавшись.

В черном провале что-то зашевелилось, и появилась огромнаябледная рука. Демон поспешил ретироваться, но Рука оказалась проворнее. Резкоедвижение вперед — и горло чудовища оказалось в тисках, в следующее мгновениеего туловище болталось в воздухе. Затем Рука переместилась, а вместе с нею ичерная бездна, перетащив извивающийся захлебывающийся трофей через навознуюкучу, далее через комнату к выходу и через всю галерею.

Она приблизилась к Барэну и Семираме и швырнула демона кногам создателя. Затем Рука скрылась в черноте провала, вновь раздался звукрвущейся материи, и все застыло в немой неподвижности.

Семирама ахнула — предмет, который сжимал демон, былчеловеческой ногой, которую тот продолжал сосать.

— Он снова был у узников! — закричала она. —Я узнала татуировку! Это был Джоаб, колдун — толстяк с Востока.

Барэн пнул стушевавшегося демона в зад.

— Держись подальше от этой комнаты! Не приближайся кЯме! — кричал он на языке мабрагоринг, указывая рукой вдольгалереи. — Если ты вновь нарушишь запрет, вся сила гнева Руки падет натебя!

Он пнул демона еще сильнее, и тот растянулся на полу,издавая стоны и еще крепче сжимая ногу.

— Ты понял меня?

— Да, — прохрипел людоед на том же языке.

— Тогда запомни, что я сказал и убирайся с моих глаз!

Демон бросился в направлении откуда пришел.

— Но как же узники… — вновь напомнила Семирама.

— А что узники? — равнодушно откликнулся Барэн.

— Не следовало позволять ему хозяйничать там, как всобственной кладовой.

— Почему бы и нет?

— Джеллерак пожелает видеть их всех целыми иневредимыми, чтобы вынести свой приговор.

— Сомневаюсь. Не такие они важные особы. К тому же онокажется в большом затруднении, желая в решительный момент предать их худшейучасти, чем эта.

— И все-таки… в конце концов они по праву его узники, ане наши.

Барэн пожал плечами.

— Не думаю, что кто-то спросит с нас за это. А если испросит, я возьму всю ответственность на себя. — Он замолчал, о чем-торазмышляя, затем добавил: — Я совсем не уверен, что он вернется. А что тыдумаешь по этому поводу?

Она повернулась и вновь засмотрелась на мрачный пейзаж заокном.

— Не знаю, что и сказать. К тому же я не уверена, чтомне это небезразлично, даже если бы я знала ответ — в этом случае.

— Чем же этот случай отличается от любого другого?

— Еще не время делать выводы. Бывало, когда онотсутствовал гораздо дольше, чем на этот раз.

— Мы оба знаем, что что-то случилось с ним в Арктике.

— С ним случались передряги и похуже. Я знаю этонаверняка. Не забывай, я была здесь в те давние времена.

— А если все-таки предположить, что он никогда невернется?

— Этот вопрос остается открытым, во всяком случае, покаТуалуа не придет в себя.

Глаза Барэна сверкнули как молния, затем замерцали словно ухищника.

— Предположим твой подопечный уже завтра будет здоров?

— Тогда и спрашивай.

Барэн недовольно фыркнул, резко развернулся и надменнойпоступью зашагал в том же направлении, в котором скрылся демон. Семирама, глядяему вслед, медленно загибала пальцы, пока не досчитала до шести. Затемостановилась. В ее глазах блестели слезы…

* * *

Простиравшийся ландшафт был покрыт невысокими холмами,которые весело зеленели, уже украшенные богатой весенней растительностью.Мелиаш сидел на пригорке спиной к его склону, перед ним в руку длиной стоялволшебный эбеновый жезл, один конец которого уходил в землю. Он глядел поверхнего, туда, где, окрашенный восходящим солнцем, туман стелился по зачарованнойместности, вновь и вновь преображая ее пейзаж. Мелиаш был широкоплеч, с шапкойрыжеватых волос. Его одежда, с преобладанием оранжевых цветов, была необычнобогата для времени и места, которые он выбрал для себя. На грудь спускаласьзолотая цепь с ярким голубым камнем под цвет его глаз. Позади него двое слугходили по лагерю, занятые приготовлением утренней трапезы. Неторопливым движениемМелиаш наклонился вперед и коснулся кончиками пальцев волшебного жезла. Междутем взгляд его был по-прежнему устремлен вдаль. Когда в туманной мгле началивозникать вихревые потоки и волны теней накатывали одна на другую, онсосредоточил внимание на этих явлениях. Постепенно он застыл как изваяние ивесь превратился в слух. Немного погодя он тихо заговорил, потом замолчал ивыждал некоторое время. Он повторил процедуру несколько раз, прежде чемподняться и отправиться назад в лагерь.

— Приготовьте еще одно место для завтрака, —приказал он слугам, — и позаботьтесь, чтобы пищи хватило еще на несколькоперсон, держите ее подогретой. Похоже, предстоит нескучный денек.