Дороти должна умереть - Даниэль Пейдж

На ум сразу же пришел самый очевидный ответ: Дороти.

— Разумеется, я говорю о себе, — закончил Волшебник, хитро подмигивая, словно отлично знал: это совсем не то, что я ожидала услышать. — Как твое имя, дитя?

— Астрид, — быстро выпалила я. Быть может, слишком быстро. Этот человек хитер, а мне не хочется выдать себя.

Конечно же, я знала историю Волшебника. Он прилетел в Страну Оз на воздушном шаре, в отсутствие Озмы провозгласил себя правителем, но на самом деле никаким волшебником не был, просто знал множество всяческих фокусов. И уж конечно, мне известно, что он якобы покинул Страну Оз примерно в то же время, что и Дороти, собираясь вернуться в родной мир. В мой мир.

Некоторые части этой истории, что и говорить, не так уж и правдивы. Начнем с того, что Волшебник все еще здесь, в Оз. Но почему-то ни Герт, ни Гламора, ни остальные ни разу о нем не упомянули. Улетал ли Волшебник отсюда? Знает ли Орден, что он здесь?

Волшебник отвернулся от меня, переключив внимание на картину. Он наклонился ближе, словно изучал манеру письма, а потом отступил на шаг и провел пальцами по краю позолоченной рамы.

— Ты здесь кое-что пропустила, Астрид. — Он поднял вверх указательный палец, на котором не было ни пылинки. — В следующий раз будь внимательнее. Тебе повезло, что это заметил именно я. Другие жители дворца расстроились бы, увидев то, чего тут быть не должно.

— Этого больше не повторится, сэр, — ответила я и двинулась к двери, хотя в глубине души желала остаться.

Казалось, Волшебник пытался предупредить меня о чем-то, а это, возможно, означает, что ему можно доверять. Или хотя бы узнать от него что-нибудь важное.

— Давно ли ты работаешь во дворце, Астрид? — поинтересовался Волшебник, заметив, что я колеблюсь.

— Уже несколько лет, — произнесла я после небольшой заминки, прикинув, что ответ получился достаточно расплывчатым, а потому, возможно, не вызовет сомнений.

— И что ты думаешь о своей работе? О принцессе?

— Ах, это прекрасно, сэр, — проворковала я. — Я так счастлива, что работаю на столь мудрую, красивую и добрую Дороти.

— О да, — ответил Волшебник. — Дороти определенно знает способы, как заставить своих слуг улыбаться. В конце концов, стоит только поднять шум, и вас приговорят к официальному исправлению поведения, которое приведет в исполнение сам Страшила.

Я не знала, как правильно реагировать. Волшебник, казалось, заставлял критично высказываться о Дороти. Но он уже поймал меня на колдовстве, и как-то не хочется давать ему лишний козырь, если он не на моей стороне, хотя он старательно на это намекал. Однако тот факт, что Глинда и Дороти ненавидят Волшебника, еще не означает, что он хороший.

— Страшила просто замечательный! — наконец заметила я. — Если бы не он, не было бы стольких достижений в области магических технологий, благодаря которым Страна Оз стала такой, как сейчас.

— Конечно, — согласился Волшебник, грустно улыбаясь и поигрывая бутоньеркой в петлице пиджака. — Что бы стало со Страной Оз, если бы не великие эксперименты Страшилы? Вороны с человеческими ушами, люди с велосипедом вместо тела — мы живем в восхитительном мире, не так ли? Он чем-то напоминает мне тот мир, откуда я сам родом. — Произнеся это, он поднял на меня взгляд, наблюдая за моей реакцией.

Я постаралась держаться и в ответ произнесла только:

— Да, сэр.

— Я слышал, — задумчиво произнес Волшебник, — что Страшила сейчас работает над величайшим экспериментом…

Я оживилась. Вот такая информация пригодилась бы Ордену. Однако стоит быть осторожнее и не показать чрезмерной заинтересованности.

— В своей лаборатории, сэр? — как бы между прочим спросила я.

— Именно, — подтвердил Волшебник. — День и ночь сидит в своей секретной лаборатории. Не спит. Трудится, наверное, стирая пальцы в… эм-м, не уверен, есть ли у Страшилы кровь. Но суть ты уловила.

— Он стольким жертвует! — с энтузиазмом закивала я, пытаясь не подавиться напускной искренностью.

Лицо Волшебника озарилось.

— Тот, кто жертвует чем-то одним, всегда теряет что-то еще, — сказал он, внимательно наблюдая за мной. — Слышала когда-нибудь это выражение, Астрид?

— Нет, сэр, — покачала я головой.

— Ах, еще услышишь, моя дорогая. Еще услышишь.

Что, черт побери, он имеет в виду? Но прежде чем я успела что-либо спросить, Волшебник поправил свой цилиндр и ушел. Пока я возвращалась к себе в комнату, сердце бешено колотилось. Что Волшебник пытался мне сказать? У него есть догадки по поводу того, кто я и что здесь делаю? Это похоже на попытку сложить пазл в пять тысяч кусочков без опорной картинки на коробке.

Озма. Волшебник. Дворец полон невероятных чудаков, которых я никак не могу понять. Кому здесь можно доверять? Вселенная словно сама решила дать ответ. Открыв дверь, я обнаружила Пита, сидящего у меня на кровати.

30

Я отскочила, ахнув от неожиданности. Все эти дни я задумывалась над тем, а существует ли Пит вообще, и вот он как ни в чем не бывало сидит у меня на кровати — словно так всегда и было. Пришлось напомнить себе, что кровать-то не моя, а Астрид. То есть пришел он к ней, не ко мне. Но почему? Хотелось просто кинуться к Питу и крепко его обнять, сказать ему: «Это я, Эми, я в порядке». Рассказать о Момби и об Ордене, о Бабушке Герт и ее смерти. Рассказать о том, зачем пришла сюда, о своей миссии. Но я не могла этого сделать.

Закрыв за собой дверь — а вдруг кто-нибудь будет проходить мимо? — я попыталась собраться с мыслями.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я максимально уклончивым тоном. Не хочу показаться чересчур удивленной этим визитом. Все же я понятия не имею, почему он пришел в комнату Астрид. А вдруг они друзья?

Меня поразила мысль: а что, если они встречаются? Вот неудобно-то получится. Пит поднялся с кровати. Лицо его озарила широкая улыбка, и, шагнув ближе, парень крепко-крепко прижал меня к себе сильными руками. Я не обняла его в ответ, но и не стала сопротивляться.

— Ты справилась! — воскликнул он, голос звучал сдавленно. — Ты здесь.

Каждая мышца тела сжалась от напряжения. Я высвободилась из объятий Пита и отстранилась.

— Конечно, здесь. Это же моя комната.

— Я пришел так быстро, как только смог. Порой мне сложно бывает ненадолго ускользнуть.

Не представляю, что за игру затеял Пит. Да, он был добр ко мне. Да, я считала его своим другом. Но в то же время все ответы парня