Запретная любовь - Виктор Баженов

— Полковник? — недоверчиво спросил Грев. — Юнга в звании полковника?

К адмиралу стали подтягиваться остальные пираты, настороженно поглядывая то на него, то на Стесси, явно не зная, на чью в данной ситуации сторону встать. С одной стороны, они были преданы своей королеве, но с другой стороны, рядом с ней стоял чужак, от которого, по словам Грева, ее надо было спасать.

Чуя назревающий скандал, эльфа запустила руку в складки платья и зашуршала в кармане фантиком. Обнюхивавший новую обстановку кот тут же оказался возле ее ног и начал тереться головой об хозяйку, пытаясь просунуть свою усатую морду ей под мышку.

Внезапно замерцала голограмма с диаграммами, высветив непонятную надпись на виртуальном экране, и в рубке раздался чей-то незнакомый мужской голос.

— Кажется, нас Семицветик вызывает на связь, — пробормотала Стесси.

— С каких это пор охранно-таможенные службы Семицветика перестали говорить на интерлингве? — нахмурился Грев.

— Возможно, я ошибаюсь, — профессор начал протирать свои вспотевшие очки, — но мне кажется, что я узнаю отдельные слова. — Милочка, это случайно не древнеэпсанский?

Эльфа молча кивнула головой, вслушиваясь в незнакомую для всех речь.

— Повторяю запрос. Немедленно передайте свой идентификационный код. Разведывательные катера данной модификации не посещали Радугу уже более ста восьми тысяч лет, — на чистейшем русском языке вещал голос.

— Есть! — не удержалась Лилиан. — Все-таки катер! Я так и знала!

— Джим, переведи, — потребовала Стесси.

— Я древнеэпсанский не очень, — растерялся юнга. — Меня ему специально не обучали.

— Тьфу! — не удержался Грев. — А еще в капитаны метит. Языка родного не знает. Чего там от нас хотят? — спросил он эльфу.

— Опознавательные коды запрашивают, — пояснила Лилиан.

— Но почему на древнеэпсанском? — нахмурилась Стесси. — На Семицветике все говорят на интерлингве. Вы уверены, что нас не в вашу Эпсанию занесло?

— До зоны Бэтланда отсюда восемьдесят тысяч световых лет! — категорично заявила Нола. — Мы в пятидесяти палочках от Семицветика. Это я вам точно говорю!

— Ну и кто отвечать будет? — растерянно спросил профессор.

— Отвечу, конечно, я, — откликнулась Лилиан. — Только я кодов не знаю.

— Неопознанный корабль. В связи с отсутствием ответа на истинном языке объявляю…

— Подождите! — поспешила откликнуться Лилиан. — Я говорю на истинном языке, но, к сожалению, опознавательных кодов не знаю.

— Я говорю с капитаном?

— Нет, с пассажиркой.

— Кто, кроме вас, на катере владеет истинным языком и где в данный момент капитан?

— Кроме меня, только капитан владеет истинным языком, но он не совсем здоров…

— Общая тревога! Зараженный корабль! Объявляю карантин первой степени и беру управление на себя. Посадка по аварийному лучу в автоматическом режиме! Просьба к пассажирам и членам экипажа чумного корабля: во избежание недоразумений до особого распоряжения никаких активных действий не предпринимать. Вам будет оказана вся необходимая помощь.

— Чего он говорит? — тревожно спросила Стесси.

— Говорит, что нам окажут помощь. Считает, что мы больные.

— Да уж, — покосилась на храпящего Ура девушка, — больных здесь хватает. Но ты ему скажи, что помощь требуется только одному. С остальными мы и сами справимся.

Корабль слегка тряхнуло.

— Поздно говорить, — покачала головой Лилиан. Вид у эльфы был встревоженный. — Управление кораблем перехвачено. С этого момента мы на карантине.

Картина на призрачном дисплее подтвердила ее слова. Было видно, как контур корабля, возникший на экране, окружил мерцающий кокон, и по светящемуся лучу его потянуло к планете, находящейся от него на расстоянии пятидесяти астрономических единиц.

— Нет, что за дела? — возмутилась Нола. — Как они смеют захватывать мой корабль?

— Смеют! — сообщил на древнеэпсанском чей-то мелодичный голос, и в рубке управления появилось новое действующее лицо.

— А вот и дух бедного Йорика явился, — пробормотал Джим, глядя на голограмму суровой, но очень симпатичной девушки, облаченной в военную форму. Белоснежный китель с явно офицерскими погонами, отороченный золотым позументом, очень выгодно подчеркивал скрывающуюся под ним грудь.

— И наконец заговорил, — оживился профессор.

— Еще бы понять, о чем заговорил, — буркнул Гиви.

— Судя по ее виду, о чем-то очень нехорошем, — пробормотала Стесси.

Чутье ее не подвело. Голограмма поправила на своих роскошных волосах фуражку и с разворота въехала ногой в челюсть Ноле, сделав классическую вертушку. Гнома улетела в переборку, уже закованная в наручники, на лету меняя свой соблазнительный наряд на арестантскую робу.

— Э! Чё она мою подружку обижает? — возмутился Гиви.

Дух бедного Йорика подошел к гному и начал что-то внушать ему на мелодичном, но очень непонятном языке, делая вид, что стучит призрачным кулачком по его голове. Внезапно эльфа сложилась пополам и разразилась прямо-таки гомерическим хохотом. Фантик, тоже прекрасно знавший древнеэпсанский, рухнул рядом и не по-кошачьи заржал, дрыгая в воздухе всеми четырьмя лапами.

— Может быть, нам кто-нибудь объяснит, чего она от него хочет? — мрачно спросил у них Джим.

— Она говорит, — задыхаясь от смеха, выдавила из себя Лилиан, — что если этот недомерок еще раз по пьяни сунет свои грязные лапы в ее девственное нутро, то она с ним сделает такое, чего ни в одном его гребаном порнофильме не увидишь! А будет упорствовать, то выбросит в открытый космос без скафандра вместе с его глючными программами! Еще говорит, что он придурок и платы с бодуна паяет так, что припой во все стороны летит, все голосовые датчики ей, бедной, повредил. Такого наворочал, что она вторую неделю до капитана достучаться не может. Как глухонемая, жестами изъясняется.

— Поклеп! — возмутился Гиви. — И вообще, порнофильмы не запрещены законом!

Девушка в военной форме опять начала что-то вещать, а задыхающаяся от смеха Лилиан — синхронно переводить.

— Она только что еще более страшную кару тебе придумала. Поселит эту долбаную программу в твою каюту, чтобы она там тебе круглые сутки мозги выносила!

Несмотря на трагичность ситуации, разбирать начало и остальных. Наемники отворачивались в сторону, пряча ухмылки, Фиолетовый покусывал губы, чтобы в голос не заржать, и даже Стесси не могла сдержать улыбки. Только Грев не давил «ха-ха», кидая задумчивые взгляды на штурмана. Похоже, Фиолетовый не врал. Ни Блад, ни его команда не подозревали, каким чудом им посчастливилось владеть. И скорее всего, эта девица в офицерских погонах настоящая, а не наносная программа доставшегося Бладу чудесного корабля.