Принц Тор - Василий Сахаров

Батареи пучково-лучевых «Химер» и шрапнельные орудия «Вера» послали навстречу назойливым преследователям тучи свинцовых шариков и пучки высокоэнергичных протонов. Незрелищно, но зато эффективно.

Один «Сапсан» разлетелся на кусочки. За ним второй, а следом третий. «Забияку» поддержали транспорты, и, когда истребители потеряли полтора десятка товарищей, они отвернули.

«Хух-х! – Я выдохнул. – Пронесло!»

Да, мы выскочили, а вот «аргонавтам» пришлось нелегко. Ветераны 2-й бригады линейных кораблей вояками были превосходными, и ради своего любимого отца-командира Андрея Харфагера они могли выступить против любого противника. Поэтому линейные крейсера сражались, словно в реальном бою, жестко и не отступая. Однако ребята Гамильтона тоже профессионалы, и «аргонавты» понимали, что они делают, ради чего рискуют и кого спасают, так что рубилово на орбите вышло жестокое. Тяжелые болванки из разгонных орудий «Орк» вылетали одна за другой. Термоядерные ракеты «Гур», высокоскоростные торпеды, пучки высокоэнергичных энергий, шрапнель, снаряды и лазеры. В ход пошло все, и «аргонавты» имели шанс на победу, ведь их больше и они находились в более выгодной позиции. Но на стороне 2-й бригады, без «Владимира Скороходова», который так и не смог выбраться на орбиту, были истребители и наземные батареи ПКО. И все, что могли сделать «аргонавты», – задержать мятежников, повредить их корабли и отступить.

В общем, все очевидно. Хочешь выжить? Тогда дерись или выкидывай белый флаг. Однако для меня схватка на орбите Ярги осталась позади, и я был доволен тем, что моему фрегату не приходится участвовать в сражении, в коем нам даже «Пелена» не помогла. А мне погибать не хотелось. Хм! Даже ради императора, за лечение которого взялся квалифицированный медтехник Пабло Бриан. Поэтому я следил за выводами нашей БИУС, которая анализировала происходящий бой, и одновременно с этим голосом дублировал данные, сохранял спокойствие и думал.

– Линейный крейсер «Эдмунд Розенберг» получил повреждения. Прямое попадание в ходовой мостик! Корабль выходит из боя!

«Отлично! Первый успех парней Гамильтона», – отметил я.

– Эсминец «Сак» принял на себя основной удар противокорабельных ракет наземного базирования. Шесть попаданий. Эсминец разваливается.

«Жаль Эрмана с его ребятами. – Я вспомнил добродушное лицо командира эсминца «Сак». – Достойные люди… Были».

– Потери истребителей «Сапсан» – семнадцать единиц, в основном от зенитной артиллерии «Елизара Кларка».

«Если выживем и вернемся, надо будет узнать, откуда у Харфагеров поддержка истребителей. Впрочем, это не моя забота, а императора. Пусть сам со своими подданными и старшими детьми разбирается».

– «Иоганн Красс» получил две ракеты в правый борт. Корабль выходит из боя и посылает сигнал «мэйдэй». Он сдается».

«Еще один «аргонавт» минус. Жаль».

– Линейный крейсер «Юрко Димитров» потерял ход.

«Очень хорошо. У Гамильтона остается единственный серьезный противник».

– Крейсер «Джунгар» получил несколько попаданий в двигательный отсек и потерял ход. Сдается.

«Итак, у Догоняя три корабля».

– Линейный крейсер «Елизар Кларк» сдается. Повреждений нет.

«Капитан первого ранга Саблин по какой-то причине решил покинуть эскадру «Арго». Плохо».

– Линейный крейсер «Марий Шунт» отступает. Корабли эскадры «Арго» вышли на курс «Забияки» и начинают разгон.

«Вот и конец боя. Теперь бы еще уйти спокойно».

Было я хотел поговорить с Гамильтоном. Однако не успел, так как пришел вызов из медотсека и я услышал голос Бриана, который был очень взволнован:

– Тор, это Пабло! У нас проблема! Требуется твое вмешательство! Срочно!

Я покинул кресло, кивнул командиру «Забияки» – ты за старшего, и выскочил в коридор. Медотсек находился неподалеку. Поэтому на месте я оказался спустя минуту. И что же я здесь увидел?

Тесное помещение медотсека было заполнено людьми. В углу Пабло Бриан, в руке которого пистолет, а с ним два абордажира из группы Дымова. Рядом с саркофагом, в котором «отдыхал» Серый Лев, находился насупленный Александр Маноцкий, а из-за его спины выглядывал настороженный Алекс Кроуфорд. А напротив моих людей, потрясая штурмовым автоматом, широко расставив ноги, стоял разгневанный командир имперских телохранителей Эд Ракитин, который орал, словно потерпевший, и явно был неадекватен:

– Повтори! Повтори, что ты сказал, крыса! Ты хоть понимаешь, что ты мелешь своим языком?! Идиот! Я тебя сейчас пристрелю! Скотина! Тупорез малолетний! Ничего не понимаешь! Говнюк! И зачем я поддался на уговоры Гамильтона?!

– Что здесь происходит?! – Я остановился за спиной командира ОТ.

Ракитин, этот преданный Серому Льву, словно пес, суровый вояка, резко обернулся. После чего он смерил меня презрительным взглядом и сказал:

– Строгов, у тебя не медтехник, а недоучившийся баран. Он не может вылечить императора.

– Это так? – Я посмотрел на Бриана.

Пабло покачал головой:

– Я этого не говорил. Просто меня не так поняли.

– Ах ты, шнырь! Все мы поняли! – Начальник ОТ вновь повернулся к Пабло, быстро передернул затвор штурмового «Марлина» и прокричал: – Завалю!

Капитан был готов выстрелить, а я не мог этого допустить. Он, конечно, личность легендарная, особа, приближенная к императору, большой авторитет и так далее, но все это в прошлом. Сейчас Ракитин на моем корабле, и только я могу здесь стрелять. Поэтому я действовал по наитию.

Шаг вперед – и мой кулак опустился на затылок главного имперского бодигарда, который пошатнулся. Один из бойцов Дымова в этот момент выхватил из ослабевших рук Ракитина оружие, а я обхватил горло неубиваемого капитана левым локтем и слегка его придушил. Маноцкий и Кроуфорд по-прежнему оставались в стороне, а рядовых телохранителей в помещение медотсека не пропустил внешний пост, так что помочь начальнику ОТ было некому. И как только потерявший сознание Ракитин осел на пол, я снова обратился к Пабло:

– Докладывай.

Бриан прошел к пульту управления регенератором, который был подключен к саркофагу, проверил показания на мониторе и выдохнул:

– У императора прионная вирусная инфекция Т-21.

– Мне это ни о чем не говорит. – Я поморщился. – Давай подробнее.

Пабло помедлил, собрался с мыслями и продолжил:

– Прионы – это белки с третичной структурой, аномалия, которая не содержит нуклеиновых кислот. Они поражают головной мозг и нервные ткани млекопитающих. При этом прионы не являются живыми, это мертвые белки. Однако они размножаются за счет живых и здоровых клеток. То есть тот человек, который подстроил болезнь императора, подсадил ему в голову сразу несколько колоний прионов класса Т-21, и Серый Лев впал в кому. Вылечить его можно, но сделать это будет весьма трудно. Прионы чрезвычайно устойчивы к лекарствам, химическим и физическим агентам, они накапливаются в пораженной ткани головного мозга, и уничтожить их даже с регенератором весьма проблематично. Я с этим справлюсь. Однако есть проблема, про которую я сказал Ракитину.