Туман войны - Алексей Бобл

Дважды я ощутил сильный холод, остальные поверхности были комнатной температуры. Отойдя в дальний угол лаборатории, коснулся двери, над которой Руди Новак когда-то оставил свою закладку с вирусом. Там раньше мигал маячок и вел отсчет таймер.

Ладонь обожгло, дверь налилась красным. Я отдернул руку, содрав кожу, но удалось это не сразу — боль пронзила тело.

Отпечатки пальцев остались на двери, после чего она исчезла. Комната за ней преобразилась, мягкий белый свет лился с потолка. Закусив губу, я вытащил медпакет, залепил кровоточащую ладонь тампоном и начал бинтовать, преодолевая нервную дрожь после болевого шока.

— Почему так долго? — раздался голос за спиной.

Я оглянулся. В лаборатории стоял Али и, хмурясь, рассматривал стены.

— Что здесь случилось? — Он был сильно озадачен.

— Нет времени объяснять. — Я шагнул навстречу и поднял окровавленную руку. — Помоги завязать узел.

Разматывая бинт, Али глянул поверх моего плеча в открывшийся проем.

— Там все в порядке, все как прежде, — успокоил я. — Это стенд № 7?

— Да.

— Что теперь?

— Мы уйдем как договаривались. Я буду последним, дам тебе код, закроешь стенд навсегда.

— Это будет означать отключение сервера в реальности?

Он кивнул.

— Али, прежде чем твои люди начнут покидать симулятор, давай договоримся.

Иранец вопросительно взглянул на меня:

— Хочешь уйти с нами? Но…

— Ты неправильно понял. Мне нужна технология, твоя технология перевода сознания в цифру.

Али покачал головой, давая понять, что не собирается идти на сделку.

— Тогда, — я пожал плечами, — вы останетесь здесь.

— Мы убьем вас.

— Вы или «Аутком». — Я усмехнулся. — Какая разница? Армии «Ворнета» нужна технология, которая поможет победить ИскИн.

Мне уже было ясно, что Али работал именно в этой лаборатории. Иначе как бы он так легко все провернул, не зная особенностей объекта, созданного «Трайбеком»?

— Решай, Али. Когда я сдержу свое слово, будем в расчете.

— Намекаешь…

— Да-да, я был в Анклаве не гостем, а пленником. Теперь обратная ситуация. Я готов принять людей в Крепости, отключив системы безопасности в коридоре, пропустить беженцев.

Он задумался. Зуммер полевого телефона в коридоре заверещал вновь.

— Ну же, давай, Али, решай, спасешь семью!

— Когда мои люди покинут виртуальную платформу, я дам тебе, что ты просишь, — произнес иранец.

Я кивнул, Али мог обмануть меня, пожертвовав собой, но торг потерял всякий смысл, потому что «Аутком» высадил десант на территории Крепости — где-то далеко вверху раздались слабые хлопки выстрелов.

Али отстранил меня от проема рукой, сам тоже отступил к мерцающей радужными разводами стене и, мне показалось, щелкнул пальцами. Миг — и в лаборатории появился Фархад, знакомый мальчуган, напоивший меня в Анклаве водой. Еще миг — и рядом с Фархадом возник мужчина лет тридцати с автоматом Калашникова в руках.

Люди появлялись один за другим, Али говорил им, чтобы заходили в открытую комнату, его слушались неукоснительно, молча выполняли указания, делали шаг мимо меня и исчезали, медленно таяли, словно морозные узоры на стекле.

Скорость прибывающих была выше, чем протекала переброска. Вскоре людей в лаборатории скопилось прилично, некоторым пришлось потесниться, выйти в коридор, откуда тут же долетело:

— Брось автомат! Бросай, я сказал!

Это Чухрай, чего орет?

Я стал протискиваться в коридор, когда услышал ответные крики мужчин-иранцев на фарси.

Они едва не устроили беспорядочную пальбу, пришлось успокаивать всех, а Чухраю приказать вернуться к лестнице, где была его позиция.

В очередной раз зазвенел телефон. Я снял трубку.

— Дэни, мы отходим на второй этаж раньше положенного, — доложил Кэп. — Нас атакуют не просто штурмовики, тут…

Связь прервалась. Я взглянул на трубку, будто в ней была причина обрыва соединения. Опустился на одно колено, надавил кнопку вызова, послав сигнал по второй линии.

— Отвлекаешь, командир, — без промедлений ответил Франц. — Едва держимся.

Длинная очередь заглушила его ругань, адресованную штурмовикам.

— Бросайте позицию, Франц! — крикнул я. — Отходите на запасную!

— Есть!

Я вернул трубку в гнездо на аппарате и стал протискиваться обратно к Али. Прошло несколько долгих и очень напряженных минут, прежде чем предпоследний беженец из Анклава исчез у меня на глазах.

— Твоя очередь, Али. — Я оглянулся на коридор.

Выстрелы на верхних этажах стали отчетливей и громче.

Он взял мою руку и вложил в ладонь черное плоское устройство.

— Еще один, — удивился я: корпус устройства напоминал навигатор, правда, более толстый и увесистый. — Зачем?

— Там все, что тебя интересует.

Али направился в комнату, обернулся в проеме:

— Я обещал помочь. Вам не стоит возвращаться на базу, уходите в Анклав.

— Но…

— Сделай как я говорю.

Он шагнул внутрь комнаты и растаял.

Я достал из кармана завибрировавший навигатор и прочел инструкцию. Надавил единственную кнопку под экраном, швырнул устройство в комнату и рванулся к выходу из лаборатории.

За спиной мелькнула вспышка. Яркий свет растекся по лаборатории, поглощая оборудование, шкафы и стены, почти догнал меня. В отчаянном рывке я выскользнул в коридор через начавшую зарастать прореху в стене. Врезался в стену напротив и оглянулся.

Пришлось закрыться рукой, чтобы не ослепнуть, — белые спицы рвущегося из лаборатории света пронзили пространство вокруг и погасли. Стена рядом со щитом стала прежней, но вряд ли за ней хоть что-нибудь сохранилось. И это меня порадовало: Кило-7.2 не получит лабораторию «Трайбека».

Переброска беженцев завершена, штурмующие группы проникли в Крепость, но теперь у меня развязаны руки — сыграем по новым правилам.