Другая жизнь - Илья Павлов

– Как раз в основном нет. Информационную, конечно, тоже, но главное – влиятельную.

– Не понял.

– Мы должны знать, что творится в наших отделениях в других городках, а также в самих тех городках и в других городках. И это разные вещи. У нас – и вообще. Правильно я понимаю такие вещи?

Хин покивал головой, Весло с Магоном переглянулись. Я старался вникнуть в разговор.

– Далее. Нам надо, чтобы кто-то мог проталкивать нужные нам идеи в этих городках.

– А поподробнее? – Хин потянулся к чайнику. Весло опередил его, разлил по кружкам. – Я уже ваш чай пью, как родной.

– Это правильно. Подробнее… Опять-таки, первое. Кто-то должен рассказывать, какие мы хорошие. Это про банк. Второе, кто-то должен узнавать, что творится в умах, что нужно власти, баронам, купцам, простым людям.

– Ого как… Это надо очень образованных людей искать, которые смогут снимать подобную информацию. – Хин помотал головой.

– Необязательно, – встрял в разговор Магон, – главное – правильно поставить вопросы и задачи, и исполнительный человек все что нужно напишет. Ну, грамотный, конечно.

– Это точно. – Весло по привычке держал кружку двумя руками. – У нас, помню, даже деревенских увальней учили, как правильно информацию собрать.

– Вот. И второе… то есть уже третье. Как в случае с первым фрондерским городком, как там его….

– Средний Кронн. Фрондерские – они все Средние.

– Да, Кронн. Хорошо тут, после ярмарки и караванов, наемников было полно, а случись что – как быстро сможем собрать? То есть нужно, чтобы человечек мог в случае необходимости собрать людей, прикупить оружие или там еще что. Соответственно, думайте, как таких людей искать, привлекать и прочее. Какие мысли есть?

В дверь стукнули, вошел Немой. Во как, я и не заметил, что его нет рядом с командиром… Внизу у лестницы, наверное, сидел. Старшой повернулся к нему.

– Что? Человек ко мне? От барона? Не от нашего? Сейчас выйду. – Повернулся к нам. – Я быстро. Думайте.

Старшой вышел. Я посмотрел на своих. Хин скорчил задумчивую рожу, Магон ухмылялся, Весло, откинувшись на спинку, смотрел на торчащую в потолочной балке арбалетную стрелу. На ней висели какие-то амулетики.

– Мы не слишком сильно зарываемся? – Я снова разлил по кружкам. – Я, конечно, Старшому доверяю, но тут уже прямо-таки…

– А деваться некуда, – Магон улыбнулся еще шире, – мы залезли слишком высоко. Теперь или мы тут удержимся – а это можно только так, как Старшой говорит, – или нас быстро съедят. Другие, у кого этих вопросов не возникнет. А что до объемов и людей, это все ерунда. Начинаешь с одной улицы в маленьком городке, вдвоем с напарником, а через пару лет глядь – у тебя уже несколько городков и людей как грязи.

Хин насупился, глядя на Магона. Он все еще не мог простить себе, что, зная про него как «ночного» авторитета, не смог вычислить его настоящий облик.

– Твоим людям только бы грабить и воровать… – Хин в упор смотрел на бывшего противника.

– Вы не правы, уважаемый. Две трети из этих людей просто не смогли применить свои силы в другом, более пристойном деле, вот и приткнулись к «ночным». А мы им дадим нескучную и хорошо оплачиваемую жизнь. Многие согласятся.

– Ну-ну.

– Это точно. – Весло принял сторону Магона. – Вспомните, в Егерском тоже было много таких, кого спокойно за громилу можно было принять. А ничего, служили.

Теперь уже заржал я.

– Ну-ка, Весло, расскажи поподробнее про свое детство. Мы, оказывается, не все про тебя знаем.

– Не, у меня все проще было. Не замечен.

Вернулся Старшой, выслушал доводы Магона.

– Хорошо… значит, так. Хин с Веслом выстраивают всю легальную схему. Магон с Веслом – тоже, но скрытую часть. Весло смотрит и тут, и там, чтобы не порезать друг друга.

– Нужна легенда для людей. Дело какое-нибудь, лучше купеческое.

– А что не особо выгодно, но везде есть?

– Продукты. Вино. Но это большая работа.

– Это хлопотно, а надо, чтобы ближе к нам. Есть! Оружейная лавка. Открываем везде оружейные лавки. И наемники, и оружие сразу, если срочно надо. И денежки. Сами сможем сдавать, и между городками возить кому что надо. – Старшой помахал руками, как будто перемешивая что-то в большом котле.

– Хорошая мысль, – Хин хлопнул ладонью по столу, – удачная.

Магон с Веслом тоже покивали. Я сидел с открытым ртом. Банк, оружие… вывозите, боги. Сейчас я общее настроение испорчу.

– Я тоже кое-что хочу сказать, – и все обернулись ко мне. – Во-первых, – я загнул палец, повторяя Старшого, – не мы одни такие умные, и значит, нас тоже уже пасут. В связи с этим, второе: кто из нас работает на Секретную службу корроннского герцога, и если таких еще нет, то как нам их вычислить, когда они скоро уже здесь появятся.

– Да, про это мы как-то не подумали… – Весло даже привстал.

Старшой беззаботно махнул рукой:

– Ерунда; опять-таки, во-первых, – и он загнул палец на руке у меня, – Секретная служба, как я знаю, интересуется только явными врагами Корронны. Ну то есть они интересуются всеми, но противоборствуют только конкретным силам. А во-вторых, – он снова загнул мой палец, пришлось опустить ладонь на стол, – Секретная служба очень не любит Банк Корронны, и тут мы им как раз в жилу. Пусть смотрят, не страшно. А вот вычислить их, конечно, хотелось бы. И этим тоже занимайтесь.

– Охренеть: в столице – Секретная служба старого герцога, а у нас – молодого! Или ты барон, Старшой?

– Я командир толпы бездельников, которым лишь бы не работать, а зубы об ложки точить. Нет, если кто-то не хочет – может обратно по дорогам начать шастать.

– Ладно, не кипятись, Старшой. Ты же знаешь, я это любя, – почесал я голову по привычке.

– Знаю, поэтому на тебя и не обижаюсь. Тебе, кстати, персональное задание. Пойдем в Южный порт.

– Далеко, пешкодралом-то.

– Тогда поплывем. Дойдем напрямки до моря и наймем какую-нибудь посудину. Заодно помоетесь.

25 утеля 323 года. Полдень. Дамба. Старшой

– Немой, я хотел бы тебя попросить, чтобы ты остался здесь. С ней.

– …

– Я знаю, но я очень тебя прошу. Непонятно, сколько продлится наше путешествие на юг, а здесь много чего может случиться.

– …

– Спасибо.

Ну вот, хоть здесь договорился…

Посмотрел на портрет. Ее портрет. Барон Коннх прислал художника, о котором мы говорили. Человек оказался творческим и пытливым. Посидел несколько вечеров в таверне, разглядывал ее, потом долго расспрашивал, что я хочу увидеть. Получилось здо́рово. На портрете она стояла на фоне открытого окна, и казалось, что это не рисунок, а настоящая живая женщина с еле заметной улыбкой стоит в проеме стены и смотрит на тебя. Эффект был поразительным. Многие вздрагивали, когда первый раз видели портрет на стене.