Другая жизнь - Илья Павлов

30 утеля 323 года. Дамба. Хозяйка

Положила голову ему на живот.

– Вы надолго уедете?

– Надеюсь, что нет. Туда и обратно.

Сумерки закрыли окно, желтые свечки на столе освещали почти всю комнату, не доставали только сюда, к кровати. Мой портрет висел на стене как второе окно. Как так можно было нарисовать?.. Говорят, что слухи про него дошли даже до графини. Пока Старшой тут живет, она, конечно, не придет в гости, а после – все возможно.

В кузнице внизу еще кто-то копошился, но еле слышно. Ночь наваливалась на городок. Было так приятно встретить ее здесь, с ним, головой на его животе.

– Ты только не впутывайся там ни во что.

– Постараюсь. Ты здесь тоже аккуратно.

– Здесь-то что…

– Ну мало ли. У меня какие-то предчувствия, слишком все гладко идет в последнее время. Я подумал…

– Что?

– Если вдруг случится какая-то непонятная бяка… хотя нет, не пугайся, это я просто нервничаю.

– Твои же остаются, – прижалась к нему всем телом. Боги, как же хорошо! – Скажи только Немому, чтобы везде за мной не ходил. Мне непривычно.

– Не скажу. Привыкай.

– Да мне даже в туалет не отойти спокойно.

– Не ври. Он ходит так, что его замечаешь только уже вечером, когда он заходит за тобой в дверь.

– Это точно. Поцелуй меня. Еще. Еще. Еще…

2 выха 323 года. Вечер. Дамба. Рынн

Кузнец, по сути дела сообщаю.

Всем руководит все тот же командир отряда наемников, пришедших в город три года назад. По нашим данным, в Центральном банке он имеет корроннскую долю, а в службе охраны банка и почты – полное руководство.

Все руководство филиалами банка также идет через него, так как во главу угла поставлен не финансовый вопрос, а вопрос построения надежной кредитно-охранной системы.

Отряд контролирует уже около сотни фрондерских городков и разорившихся баронских вотчин. Само наличие конторы Центрального банка стало символом благополучия городка, а вывешенный на воротах красно-бело-васильковый флаг практически полностью защищает от посторонних посягательств со стороны любых сил.

В политические разборки и драки баронов отряд не влезает. Соблюдается полный нейтралитет, но жестко пресекаются любые попытки нападок на имущество или интересы банка. Кроме того, через своих агентов влияния, купцов, охрану и прочее активно декларируется полная отмена рабства и вассальной зависимости, необсуждаемая свобода торговли и перемещения товаров, а также резкое неприятие денежного или иного мошенничества и обмана.

Охрана банка всеми возможными способами борется против касты «ночных». В первую очередь, лишая их людских и денежных поступлений.

В дополнение к уже упомянутой почте Старшой приказал там, где позволяют деньги, вместе с конторой банка строить постоялые дворы для клиентов, а также охраняемые общие склады. Только одно это позволило купцам резко снизить затраты на охрану товара.

Можно прогнозировать, что при существующей динамике событий Центральный банк займет в Северной, Центральной и Восточной провинциях главенствующее положение в ближайшие два года. В Центральной провинции банк проводит очень осторожную политику, стараясь не конфликтовать с банком Корронны. А на юге ему активно мешает Южное товарищество купцов.

Среди сил, которые активно поддерживают Центральный банк, замечены гильдия торговцев оружием, а также, как ни странно, почти все оставшиеся свободные отряды наемников. Кроме того, на службу в охрану и, это важно, в руководство филиалов банков около года назад по невыясненным причинам пришло большое количество ветеранов основных полков (Контулукского гвардейского, Егерского особого и Морского). Причем пришли не только обычные ветераны, но и благородное офицерство, так называемая «ветеранская сотня». Без одобрения или прямого приказа их Совета это невозможно представить.

Кроме этого, активно расходится слух, что командир отряда сам благородных кровей и просто не афиширует свое происхождение.

Также смею добавить, что кроме активного построения невиданной до сего момента охранно-денежной сети Старший в этом году приказал всем отделениям банка строить в своих городках школы для детей и содержать на свои средства учителей для бесплатного обучения грамоте, счету, истории и литературе.

К противникам отряда можно причислить все церковные монастыри, патриархальных баронов и «ночные» сообщества.

Успех всего мероприятия, на мой взгляд, обуславливается не только незаурядной личностью командира, но и тем, что вокруг него собрались люди, которые не только преданы ему душой и телом, но и сами являются профессионалами в различных областях военного и бытового дела.

Спешу также заметить, что, судя по высказываниям командира, он является сторонником единой центральной власти корроннского герцога. Отношения к существующим противоборствующим кланам не проявлял.

Считаю, что необходимо в ближайшее же время попытаться войти в доверие к Старшему или, по крайней мере, не допустить, чтобы на него могли влиять наши противники.

Жду дальнейших указаний.

Вторая особа по-прежнему состоит в тех же отношениях с первой, но не вовлечена в дела банка и охраны. По вашему указанию надзор за ней установлен.

15 зимнего угря 323 года. Вечер. Юг. Сержант

Шли довольно хорошим маршем. Вскоре свернули с Южного тракта на дорогу, которая вела напрямую к морю, к Узанту. К нему ходили реже, чем по тракту в Южный порт, так как приходилось потом плыть, пробираясь в речных дельтах и между Южными островами. Да и до кондрекоров тут было поближе, что не всем нравилось. Вот и поворот на замок Корр. Ветераны оглядывались на меня, я делал вид, что не замечаю этих взглядов. Но шрамы чесались как свежие. Чтобы отвлечься, стал гонять отряд просто по-зверски. Тридцать пять обученных бойцов в одном месте – это большая сила для нашего времени. Местные городки и так столбенели при виде такого отряда. От паники спасала красно-бело-васильковая эмблема. Ее уже знали и уважали. Тихой сапой Центральный банк и почта, конечно, завоевали авторитет. Да что говорить, все купцы были кровно заинтересованы в нашем процветании. Торговать стало удобно, отпали страхи в перевозке денег. Мелкий купчишка из какого-нибудь Нижне-с-боку-продувайска мог спокойно доехать в любой город и купить, что ему было надо. Грабить караван с товаром, но без денег было накладно. Товар же надо было куда-то сбыть. А с помощью почты всем становилось известно, что такой-то караван обчистили и то-то унесли. И докажи потом, откуда это у тебя появилось.

Купцам нравились и полная гарантия сохранности вклада, и быстрота операций, и кредиты на доверии. Проколов было мало: один раз смухлюешь – и все, иди работать лопатой, никто больше к деньгам не подпустит.

Сложнее было с благородными. Не всем нравилось главенство купцов и мастеровых, но деваться было некуда. Их светлости были хозяевами замков, городки находились под их вассальным покровительством и охраной, но все же не являлись их собственностью, как в прежние времена. Многие даже пытались отжать наши отделения в своих городках в свою же пользу, но недовольство купцов, а значит – и утекание денег, быстро отрезвляло. Пару раз дело дошло и до стычек. В одном случае пришлось набирать отряд и осаждать замок зарвавшегося барона. Старшой, как всегда, еще и схитрил. Вечером, в наступившей темноте, велел в окружающем замок лесу разжечь сотню костров. Говорят, что со стен это смотрелось очень устрашающе. По армейскому распорядку большой костер – это двадцать – тридцать человек. Утром барон прислал парламентеров. Одно дело показать свою власть, а другое – потерять и ее, и замок, и жизнь.