Игры с богами - Юрий Иванович

Ну и следовало принимать какие-то меры или приступать к выяснениям «кто есть кто?». Поль быстро оглянулся, не подкрался ли кто со спины (хотя пока он пялился на рубщицу пиняссы, его могли раз сорок пристукнуть по затылку!), и попытался строго прикрикнуть на незнакомку. К сожалению, осипшее горло подвело, получился скорее хрип, чем властный вопрос:

– Ты кто такая? И что здесь делаешь?

И ему нисколько не показалось, что девица, ещё только полуобернув голову в его сторону, уже изготовилась к броску кинжала. Но сдержала своё движение в самом начале, пару мгновений разглядывала парня, а потом с улыбкой воскликнула:

– А! Ты, наверное, Поль Труммер?! Ты-то нам и нужен! – и не дожидаясь ответа, крикнула в сторону люка, ведущего в подпол: – Галли! Твой дружок припёрся! И меня пристрелить хочет! Спасай, пока ещё не поздно!

Из подпола послышался радостный визг, и, словно подброшенная снизу пружиной, наверх вылетела баронета Фойтинэ собственной персоной. К тому моменту Поль уже засунул пистолет в кобуру, поэтому обнял повисшую у него на груди подругу крепко-крепко. После чего он и прыгал, и кружился с ней, и целовался, и что-то глупое, совсем бессвязное бормотал. Настолько радость встречи выбила все остальные мысли из головы вместе с переживаниями и разными проблемами. Галлиарда вела себя точно так же: просто жутко радовалась и лепетала разные несвязные между собой междометия.

В себя они пришли только минут через пять. Да и то не по причине, что кончили радоваться. А по причине двух слишком хмурых взглядов, которые буравили их с обеих сторон. Это так требовали к себе законного внимания Ласка и Аза. Они обе не скрывали своего недовольства. Девочке казалось, что брат не обниматься должен с какой-то тёткой, а её представлять и расхваливать. Ну и маркиза Рейна, похоже, ожидала чего-то подобного от своей подруги.

Только стоящая за спиной малышки няня умудрялась сохранять на лице вежливое, полностью нейтральное выражение.

Первым вспомнил, что они здесь не одни, Поль. Поставил подругу рядом с малышкой и начал представление:

– Это Ласка, моя младшая сестра. Её десять лет, и она теперь будет жить со мной. А это Галлиарда, моя лучшая подруга, которая будет тебя любить так же крепко, как и я.

Баронета присела и без всяких церемоний или заигрываний просто сгребла девочку в объятия:

– Ласка! У тебя самое красивое имя в мире! И я тебя уже не просто люблю, я тебя обожаю!

Дитё тут же поплыло от искренности чувств, растаяло от жаркого объятия и предалось взаимности. Худенькие ручки тоже изо всей силы обняли свою новую не то маму, не то старшую сестру, не то лучшую подругу. И в течение минуты оба женских существа даже успели посекретничать между собой, что-то нашёптывая друг другу на ушко. То есть контакт состоялся и не мог не радовать Труммера своим положительным итогом.

Намного сложней и неадекватно прошли последующие знакомства. С няней получилось ещё как-то нейтрально:

– Это Элен Макиллайна, учительница. Она будет вести домашнее хозяйство, готовить и опекать Ласку. Также преподавать ей разные школьные предметы.

Судя по некоторым мимическим сокращениям на лице Элен, можно было заметить её некоторое недовольство и возмущение при словах «…вести домашнее хозяйство, готовить…». Что только подтверждало возникшие по пути с рынка опасения Поля: «Чувствую, что я ещё с этой няней намучаюсь!»

Но присела мадам Макиллайна в книксене учтиво и с уважением. Правда, слишком уж жеманно поджимая губы при этом. Словно хотела что-то сказать, да сдержалась.

Затем наступила очередь знакомиться ещё с одной гостьей. И Труммер решил предварить это знакомство благожелательной улыбкой и бесхитростным комплиментом:

– А это что за разудалая рубака? Вроде и симпатичная, а подходить к ней и знакомиться страшно. Вон как лихо кинжалом орудует. На плантациях научилась?

И опять ему показалось, что девушка собирается его тем самым кинжалом изрезать на ломти до самого позвоночника. Но сосредоточиться на ощущении неправильности как-то не удалось. Бойко, экспансивно заговорила Галлиарда:

– Ну как тебе не стыдно обижать мою лучшую подругу?! Маркиза Рейна по умолчанию никогда не работала на плантациях! Она только недавно прибыла в сектор из одного знаменитого королевства. К тому же она моя коллега по спорту, поэтому имеет великолепный, сильнейший удар, о котором даже я мечтать не смею. Зовут её Аза, и ты имеешь полное право расцеловать её за все совершённые ею невероятные подвиги. Достаточно сказать, что она меня вызволила из тюрьмы, пару раз спасла от смерти и даже сюда доставила невероятным, экзотическим способом!

– Правда?.. – протянул поражённый парень, разглядывая женщину перед собой уже совсем иначе. – Да за такое геройство не то что расцеловать, а…

Он попытался заключить гостью в объятия и чмокнуть её хотя бы в щёчку, но неожиданно получил такой сильный толчок ладошками в грудь, что, не упрись спиной о стенку, грохнулся бы на пятую точку. И сразу заработал словесную угрозу в свой адрес:

– Руки не вздумай больше ко мне протягивать! А то поломаю!

Этот неожиданный инцидент рассмешил Галли до слёз. При этом она категорически встала на сторону своей подруги:

– Так его! Правильно! Пусть с уважением и трепетом к тебе относится!

– Я что, без уважения? – не на шутку обиделся Поль. – Да и ты же сама заставила меня её целовать за какие-то там подвиги. Можно подумать, мне самому сильно хочется с каждой замухрышкой любезностями обмениваться!

Высказался и сам тут же понял, что сболтнул лишнее. Обстановка на кухне вдруг стала словно перед грозой. В воздухе запах готовящейся пищи перебил запах атмосферного электричества. Какую-то девицу а’перв не опасался и чувству опасности не внял, но понял, что следует извиниться. Что и сделал без промедления:

– Аза, извини. И не обращай на мои словосочетания внимания. Они без всякой попытки унизить вырываются. Мы вон с Галли какими прозвищами порой не перебрасываемся, и «замухрышка» среди них – это нечто ласкательное и даже личностно-интимное.

Обстановка всё ещё не разрядилась, но повисшую паузу оборвала своим ангельским голоском Ласка:

– По-о-оль, а что такое «личностно-интимное»?

Можно было отделаться незначительной отговоркой, но брат решил ответить с максимально возможной искренностью:

– Это когда некоторые отношения возникают только между двумя людьми. Это – их секрет, и влезать туда посторонним нельзя и неприлично. Ну и более широкое понятие этих слов ты изучишь позже, когда станешь уже взрослой девушкой, – и тут же постарался перевести разговор на другую тему, многозначительно поглядывая при этом то на остатки плода пиняссы, то на подругу: – Нам ещё много предстоит чем поделиться о себе и своих приключениях, но давайте сделаем это позже. Пока предлагаю завершить ударными темпами приготовление ужина и определиться, кто и где будет спать…

– Аза будет жить с нами, ей больше некуда податься, – тут же заявила баронета. – И мы уже заняли для нас большую спальню внизу.