Проклятое княжество - Георгий Смородинский

С добычей нам повезло, три редких предмета, каждый из которых кому-то подходил, семь древних костей, золото, алхимия и, наконец, символ Феаторы – то, ради чего мы сюда и пришли.

Любой удерживаемый неигровыми персонажами объект в игре считается захваченным, когда разбит его символ, который выпадает с убитого командира захваченного поселения. Я точно не помню, но, по-моему, символ нужно разбить на территории главного здания захваченной деревни, которым тут является дом местного старосты. Ну что же, хоть взять деревню под контроль не получится, да если честно, не очень-то и хотелось, но хотя бы можно вынести все из ее хранилища.

– Держи! – я кинул Риису редкий посох как раз для сто сорок пятого уровня, с двумя с половиной сотнями единиц интеллекта и пятидесятипроцентным увеличением урона от холода.

Маг ловко поймал брошенный ему девайс и, сжав обеими руками, бережно поднес переливающийся голубым светом посох к глазам. Лицо его осветилось неподдельным восторгом.

– Спасибо, дар! – проорал Риис, развернулся в сторону плотины и громко выматерился, потому что врагов уже не осталось.

Боевой дух Вашего отряда увеличивается на +3 единицы. В настоящий момент боевой дух Вашего отряда составляет +17 (увеличение наносимого физического и магического урона членами группы на 17 %).

– Если кому-то охота нырять – без проблем. – Я оглядел радующихся победе бойцов и кивнул в сторону реки. – Только быстро, мы потеряли уже уйму времени. Аритор и Хадежа, ко мне. Заберите подарки.

С босса выпал хороший танковый щит и латные перчатки с интеллектом, все на вырост, но не таскать же их в своем инвентаре, вдруг потом про них забуду. Я не знал, как распределяли добычу в кланах у игроков, поэтому делил ее так, как считал нужным.

– Так это… – Аритор скинул с себя доспех и теперь, будучи в одной рубахе и простых льняных штанах, указывал в сторону плотины, – там денег сколько и добра всякого. Мне минут десять-то и нужно. – Он посмотрел на меня и, дождавшись кивка, пошел в сторону реки.

У воды демон потянулся. Мне показалось, что рубаха не выдержит и лопнет на его мускулах. Он и до посвящения в танки-то был размером со вставшего на дыбы медведя, а уж после увеличения характеристик и получения навыков вообще стал с трудом проходить в обычные двери. Гигант обернулся к брату, и, тепло улыбнувшись, произнес:

– Айм, помнишь, как мы тут с тобой ныряли за… – и тут взгляд его остановился на Риисе, который уже налюбовался своим посохом и теперь, судя по его скучающему виду, совершенно не знал, чем себя занять. При последней фразе танка взгляд его оживился, но Аритор только махнул рукой и со словами: «Да ну вас всех» – нырнул под дружный смех соклановцев.

– Объясните мне одну вещь, Криан. – В сыне суккуба вновь проснулась любознательность.

– Чего тебе?

– Скелеты ведь мертвые?

– Ну?

– Им же дышать не нужно! Почему тогда они просто не вышли на берег, а утонули, словно обычные разумные? Я про тех, которых просто сбили с плотины стрелами.

– Игровая механика, – ляпнул я, погруженный в свои мысли.

– Что?

– Ничего. Я говорю, что так устроен мир. Кто тебе сказал, что им не нужно дышать? Они вообще должны в могильниках лежать, так ведь нет – выползли. Так что насчет дыхания я не уверен. Хотя, вполне может быть, что все это из-за текущей воды. Я слышал, что нежить ее не особо жалует.

– Дар, да что вы с ним разговариваете? Он еще в Уриате надоел всем своими вопросами, – к нам подошла раскрасневшаяся лучница. – Его даже из Хантары выгнали, – пожала плечами она. – Видно, и там у разумных тоже терпение закончилось.

– Грязная ложь! – возмутился Риис. – Мое обучение в Хантаре окончилось совсем по не связанным с моей любознательностью причинам.

– Ну да, – хмыкнула Сальта, – просто не нужно было там каждую вторую юбку задирать. Глядишь, и доучился бы тогда.

– Я существо тонкой душевной организации, между прочим, – маг изобразил оскорбленную невинность. – Это ты, как лосиха, можешь просто так по лесу сутками бегать, а я вот нет, – горестно вздохнул он, – мне вдохновение нужно…

– Что ты сказал, гаденыш? Я тебе сейчас такую вдохновению покажу!

Сальта рванулась было к Риису, но тот благоразумно ушел прыжком метров на двадцать в сторону, крикнул что-то про сумасшедших баб и добавил, что будет нас ждать в деревне.

– Погоди, – я, с трудом сдерживая смех, придержал за плечо девчонку, готовую рвануть следом за убегающим магом, и, развернув ее лицом к себе, протянул вынутый из инвентаря редкий лук на сто шестидесятый уровень. – Ты пока не сможешь из него стрелять, но скоро научишься, – пожал плечами я. – Это лук Даэрона. Думаю, оружие твоего врага должно стать твоим.

– Спасибо, – сразу позабыв про мага, ошарашенно произнесла Сальта, крепко сжимая рукоять мощного составного лука. – Но, Криан… у меня лук отца, я не знаю.

– Лук отца сохрани как память о нем, – покачал головой я и, подмигнув девушке, отправился к берегу реки, где росла гора вытащенных из утонувших мобов предметов.

– Где тут дом старосты? – обернулся я к идущему справа от меня Айму. – Сальта, Реена! Перестаньте его кормить! Он и так жрет, как десяток лошадей!

– Он еще молодой совсем, – улыбнулась идущая около Мрака лучница. – Ему кушать много надо, он же еще растет. Уж поверьте дочери охотника.