Несчастливы вместе - Карина Пьянкова

Приходилось признать, что Кан умел сделать процесс поцелуя увлекательным. Явно сказывался большой и насыщенный опыт. Если сперва я отчаянно отбивалась, то через минуту уже расслабилась и решила просто насладиться процессом. Тем более что для меня этот злосчастный поцелуй ничего не значил. Насчет него — не могла сказать с полной уверенностью.

Унялся Кан Му Ён не скоро. И… когда он прекратил, я сперва даже ощутила некоторое разочарование и уже после отшатнулась.

— И что? — первым делом спросил он у меня, отдышавшись.

Вопрос был задан с явной надеждой на положительный ответ. Но я не собиралась так его радовать.

— Неплохо для трансвестита, — невозмутимо ответила я, чувствуя, как все еще горят губы. Приятное ощущение, которое я практически забыла. Да, Кан определенно умел целоваться…

Услышав не те слова, на которые рассчитывал, мужчина закатил глаза, поморщившись.

— Лиллен… Ну нельзя же быть настолько… — На этом фразу он благоразумно оборвал, хотя явно на язык рвалась какая-то гадость.

Ну хотя бы сумел удержаться в последний момент. Большинство мужчин после таких фокусов честно высказывали мне свое мнение. Нелицеприятное, признаться.

— Ну?.. — потребовала продолжения я, хитро поглядывая на отца своего ребенка. Каким же эпитетом он меня обласкает? Вдруг услышу что-то новое?

Смотрел на меня мужчина несчастным осуждающим взглядом. Как будто я его только что смертельно обидела и продолжаю это делать и дальше.

— …настолько собой… — с честью выкрутился мерзавец, заправляя мне за ухо лезущую на лицо прядь.

Жест вышел настолько… интимным, что я даже смутилась. Вот поцелуй не вывел меня из душевного равновесия, что самое смешное.

— Кан, это тебе не твои дурацкие сериалы, так что не слишком старайся, — краснея, прошипела я, отодвигаясь. Но мужчина снова притянул меня назад, поближе к себе.

— Так я и не играю, — с улыбкой сообщил он мне. И кажется, паразит был ужасно доволен собой. — Я совершенно серьезен. Совершенно. Все еще думаешь, что я не мужчина?

Ну… Я теперь уже была не настолько уверена в этой своей точке зрения, но и считать человека, которого связало со мной пророчество, этаким альфа-самцом не собиралась. Пусть и список его побед на любовном фронте к этому располагал.

Вернувшаяся вовремя Ким Ми Сон растерянно разглядывала наши физиономии. И под ее испытующим взглядом я с каждой секундой краснела все больше. Как нашкодившая школьница, которую учительница застала с парнем в пустующем классе, честное слово. Словно то, что мы поцеловались с Каном, может быть чем-то непристойным и заслуживающим смущения после того, как я уже от него забеременела.

— Договариваетесь? — чуть растерянно спросила шаманка.

— Нет! — решительно заявила я.

— Как видишь, договариваемся, — куда более уверенно ответил Кан, как-то особенно по-хозяйски целуя меня в висок. За что тут же получил удар локтем в бок и взвыл.

— Л… Лиллен, у меня же они сломаны! — простонал мужчина, сгибаясь пополам от боли. И тут же взвыл повторно.

Вот же черт… И правда ведь сломаны.

— Прости… Не хотела. Забыла… — принялась путано извиняться я, помогая актеру подняться и перебраться на диван.

Ведь и правда не хотела. Точней, не хотела делать настолько больно.

— Садистка… — страдальчески простонал он, позволяя вокруг себя квохтать. — Ты ведь так ребенка сиротой оставишь…

— Ну, может, я того и добиваюсь, — устало вздохнула я, сама не веря в правдивость собственных слов. — Ми Сон, есть что-нибудь обезболивающее? А то и правда загнется.

Девушка к нам предусмотрительно не лезла, позволив самим разобраться с нашими сложными взаимоотношениями.

— Сейчас травок заварю, поможет, — кивнула она. — Получше этой вашей химии. Дедушка сказал, что пророчество у нас действительно есть. Там указано время и место рождения родителей. А ребенок может родиться когда угодно. Единственное условие — он должен быть вашим первенцем.

— Вот почему они еще и меня пытались угробить… — вздохнув, пробормотала я. — Даже если моя девочка не появится на свет, любое другое чадо тоже обычным не будет. И так может продолжаться до смерти одного из родителей.

«Папочка» поднял голову на подушке и спросил:

— А меня-то зачем тогда убивать?

Действительно, его-то чего ради отправлять на тот свет вместе со мной? Достаточно убить одну только меня — и дело сделано. Рожать будет уже некому, стало быть, проблема будет решена.

— А потому что, как выяснилось, есть в самом конце пророчества замечательная строчка, — с усмешкой объяснила Ким Ми Сон. — Ни у кого не выйдет убить мать и ребенка, пока жив отец.

Стекло, которое упало прямо передо мной, но не на меня… Не на меня. Пожар, когда я только угарным газом надышалась… А до этого Кана сильно избили. Хорошо хоть не до смерти…

Я начала истерически хихикать, поняв всю абсурдность ситуации, а потом выдала:

— Кан, поздравляю, ты действительно крупно влип. Они от тебя не отстанут. Никогда.

Думала, что он испугается такой перспективы. А он просто разозлился. Что характерно, на меня.

— Как будто я позволил бы и безо всякого пророчества хоть кому-то тронуть тебя, пока жив. Ты — мать моего ребенка, в конце концов! — воскликнул Кан, порываясь подняться. Пострадавшие ребра, разумеется, тут же напомнили о себе — и страдалец, взвыв, снова упал на спину. И уже взвыл повторно.

— Аккуратней же нужно, калека! — зашипела я на него. — Ми Сон! Где там твои травы?

— Если бы не ты, я бы чувствовал себя нормально! Жестокая женщина! — простонал мужчина, не пытаясь больше шевелиться. Все-таки обучаем…

— Подай на меня в суд, — фыркнула я в ответ.

Ну надо же головой думать, прежде чем рыпаться.