Осенние руны - Марина Клингенберг

Кай шел, почти не останавливаясь, до самого вечера. Всякий признак цивилизации давно остался позади, пустынная, вымерзшая местность казалась бесконечной. Слева, правда, сплошной полосой тянулся лес Дир, но Кай и не думал туда входить. Он не понаслышке знал, что заблудиться там легче легкого, а ему предстояло достичь маленькой деревеньки Крипт, прежде чем скитаться в поисках далекого и загадочного Кристаллиона.

Идти было тяжело, холодно и одиноко. Однако чем чаще Кай спотыкался от усталости, тем больше зрели в нем решимость и упрямство. Он вспоминал, как лежал, плача, у обрыва, весь израненный и не в силах подняться. Хорош бы он был, если бы Ангелы увидели его в таком состоянии! Ведь он тогда почти потерял свою надежду. Но теперь он снова идет, готовый встретить любые испытания.

Перед взором Кая снова возник Миро, и мальчик перешел на бег. Вспоминать о навсегда потерянном друге было слишком больно.

Когда стемнело и дороги стало совсем не видно, Кай все-таки приблизился к лесу и сел под одно из деревьев. Это было очень страшно – сидеть одному, когда впереди темная пустота, а за спиной огромный дремучий лес.

Кошка почти сразу забралась к Каю на колени, и он сказал ей:

– Совсем не страшно.

Но Кай был уверен, что зверек ему не поверил, да и сам он сомневался в правдивости сказанного.

Весь следующий день прошел ровно так же, как и предыдущий. Кай почти не спал ночью и возобновил прерванный путь еще до рассвета. Должно быть, поэтому на него напала странная нервозность, заставляющая ежеминутно сверяться с картой. Кай всерьез испугался, что заблудится. Но к ночи он вышел прямиком к Крипту.

Возможно, тьма сыграла свое дело, однако Каю это место показалось куда угрюмее Глефида и Верлии. По пути через деревню ему встретилось несколько поздних прохожих. Они смерили юного путника неодобрительными, мрачными взглядами, а один высокий мужчина и вовсе бесцеремонно отшвырнул его в сторону, не собираясь ждать, пока ему уступят дорогу добровольно. Кай упал и, поднимаясь с холодной земли, с грустью думал о том, что тут ему друзей уж точно не найти.

После такого единодушного приема Кай не стал стучаться в дома и просить о ночлеге. Он просто выбрал особо яркий двор, два домика в котором уж очень призывно светились, и тихонько перелез через низкий забор. Одно из строений, судя по всему, было кузницей – там ярко плясало пламя, искры подлетали аж к распахнутой двери. Раздавались равномерные удары молотка.

Как раз когда Кай проходил мимо дверного проема, в нем показался огромного роста мужчина. Он заметил непрошеного гостя и так злобно посмотрел на него, что Кай попятился.

– Уходи, пока цел, – не стал выяснять причины появления чужака великан.

Кай собрался последовать его совету, но вдруг остановился. Здесь не могут знать, что он Проклятый. Он должен попытаться, иначе совсем ослабнет от холода – едва ли где поблизости можно будет найти такой теплый ночлег на улице. Здесь хотя бы будет греть исходящий от домика жар.

– Можно я останусь здесь?.. – начал было Кай, но его перебили все там же грубым тоном:

– Нет. Впрочем, если сейчас же не исчезнешь, останешься здесь навсегда, – голос мужчины стал угрожающим.

Кай вздохнул и послушно направился назад. Но ему все равно не хотелось уходить далеко от приветливо горящих окон, и он устроился под забором, завернувшись в плащ, прижимая к груди кошку и надеясь, что не пойдет дождь. Надежды его не то чтобы полностью оправдались, но произошедшее даже обрадовало Кая.

Примерно через час после того, как он погрузился в жалкое подобие дремы, с неба стали медленно опускаться снежинки. Последние зимы у Высокого Утеса выдавались совсем не снежные, и Кай на несколько минут замер от восторга.

Он поднялся на ноги и выставил вперед руки, позволяя снежинкам опускаться на ладони. Замерзшие капельки дождя будто бы светились в ночной темноте.

– Совсем как руны, – сказал Кай, улыбаясь. – Красиво, да?

Кошка в ответ на это жалобно мяукнула и попросилась на руки. Она, как и Кай, пришла издалека и совсем не была готова встретить такой холод поздним летом. Кай хотел погреть ее, но прежде, чем успел наклониться, его окликнули из-за ограды.

– С кем ты разговариваешь? – с прежней грубостью осведомился кузнец – увидев, что мальчик не удалился, он подошел к забору. В его руке угрожающе поблескивал какой-то металлический предмет.

– С кошкой.

– С кошкой?

– Ну да, – Кай поднял зверька на руки. – Здесь же больше никого нет.

– Ты не из Крипта?

– Нет.

– Хм-м… Ты все еще хочешь здесь переночевать?

– А можно? – робко поинтересовался Кай.

Мужчина с видимым усилием выдавил на лице некое подобие улыбки.

– Да-а, – протянул он. – Почему бы и нет… Заходи.

– Спасибо, – от души поблагодарил Кай и, видя, что через калитку его запускать все равно не собираются, снова перелез через ограду.

Кузнец молча направился обратно. Кай пошел за ним и пристроился у открытой двери – оттуда тянуло светом и теплом. А вот в большом доме рядом все огни давно погасли.

Кай покрепче прижал кошку к себе, и они вместе уснули под мерный стук молотка. Мальчика все еще тревожили плохие сны, но видения становились все призрачнее, все незаметнее. И вдруг их затмила совершенно иная иллюзия.

Каю приснилось, что Эдель учит его читать знаки, вырезанные на дереве в Золотой роще. Какой невозможный, но какой чудесный сон! – подумал Кай, все еще стоя рядом с Эделем, и от этого проснулся. Обнаружив себя темной ночью в чужом дворе далекого северного селения, он попенял на себя за то, что не сумел отнестись к видению с большим доверием.

Кай зевнул и потянулся. Удивительно, но он согрелся настолько, что ему стало даже жарко. Правда, беспокоиться об этом не приходилось – с неба все еще падал снег. Из открытых дверей тянуло жаром, но пламя там стало значительно тусклее, и стука больше не раздавалось. Кай было задался вопросом, ушел ли кузнец спать, но тут понял, что кошки рядом нет. Он вынужденно встал на ноги и, прижимаясь к стене, осторожно заглянул в домик. Это действительно была мастерская с очагом, чем-то вроде кровати у дальней стены и множеством непонятных Каю вещей. Никого и ничего живого там, однако, не наблюдалось. Никем не поддерживаемый огонь мирно догорал.

Громкий шорох отвлек Кая от созерцания пустого помещения. Он обернулся и заметил кошку: та притаилась чуть поодаль, она охотилась на какого-то мелкого грызуна.

Снова шорох. Кай вздрогнул. Ему стало ясно, что он ошибся – когда кошка охотится, она не издает ни малейшего звука. Вот почему тихий шорох так напугал его. Это был звук шагов!

Кай с замиранием сердца оглянулся на забор. Он был уверен, что увидит сверкающие во тьме глаза Проклятого… Нет. За оградой действительно кто-то стоял, но этот темный силуэт совсем не был похож на тот, что Кай увидел в Энделле. Вдобавок к этому, от большого дома тоже отделилась темная тень. Кай на всякий случай тихонько присел на прежнее место.