Не так страшен черт - Алексей Калугин

Я посмотрел в сторону Гамигина. Черт сидел на корточках возле багажника своей машины, наклонив голову почти к самой земле. Чем он там занимался, мне с моего места видно не было. Не видел я и Щепы. Скорее всего безумный программист дал деру, как только началась стрельба.

На улице завыли сирены, и во двор, мигая разноцветными огнями, словно новогодние елки, влетели две милицейские машины.

Прибывших милиционеров перехватил возле машин второй чекист.

– Все в порядке! – громким, бодрым голосом возвестил он, держа перед собой в вытянутой руке карточку агента НКГБ. – Ситуация под контролем!

– К нам поступило сообщение о выстрелах во дворе этого дома, – обратился к чекисту милиционер в серой форме с лейтенантскими погонами на плечах.

– Эту операцию проводит НКГБ, – конфиденциальным тоном сообщил ему чекист. – Поэтому в вашем присутствии здесь нет никакой необходимости.

Сказав это, он вытянул в сторону руку, не позволяя пройти во двор другому милиционеру.

– Я бы не советовал вам проявлять излишнее любопытство, – произнес он уже далеко не дружеским тоном. – Я думаю, ваше командование будет вполне удовлетворено тем ответом, который я вам дал.

Милиционеры еще какое-то время потоптались на месте. С одной стороны, им не хотелось терять лицо, с другой – каждый из них прекрасно понимал, что НКГБ не та организация, с которой можно начать выяснять отношения по поводу разграничения полномочий.

– Поехали! – махнул рукой лейтенант, и милиционеры с неохотой полезли назад в свои машины.

– А что за операцию вы здесь проводите? – с наивным видом поинтересовался я у чекиста, когда он вернул мне разрешение на оружие.

Чекист глянул на меня как на идиота и, ничего не ответив, направился в ту сторону, где возле «Хэлл-мобиля» сидел на корточках детектив Гамигин.

– Интересно, а «Скорую помощь» кто-нибудь догадался вызвать? – спросил я, следуя за ним и на ходу убирая «ерихон» в кобуру.

– Тут уж скорее нужна не «Скорая помощь», а труповозка, – заметил второй чекист, одновременно с нами подошедший к «Хэлл-мобилю».

Гамигин сидел на корточках рядом с лежавшим на спине Щепой. Глаза дэд-программиста были широко раскрыты и смотрели куда-то в темное ночное небо, на котором не было видно ни единой звезды. На губах его пузырилась кровавая пена.

– Тут уже ничем не поможешь, – взглянув на меня, сказал Гамигин. – Пуля пробила ему горло и раздробила шейный позвонок.

– Кто это? – взглядом указав на Щепу, спросил чекист, объяснявшийся недавно с милиционерами.

– Черт его знает! – быстро ответил я. – Какой-то пьянчуга, вышел вместе с нами из кафе и угодил под шальную пулю.

– Да? – Чекист подозрительно глянул на меня, после чего достал из кармана небольшую фотографию. – И вам даже его имя неизвестно?

– Откуда? – недоумевающе пожал плечами я.

Чекисты обменялись быстрыми взглядами.

– Это он, – сказал один из них.

Другой коротко кивнул.

– Целью вашей операции было задержание этого типа? – Я удивленно поднял бровь и покачал головой, делая вид, что не понимаю, зачем чекистам был нужен Щепа.

Чекисты как будто даже и не услышали моей идиотской реплики.

– И что теперь будем делать? – спросил один.

– Надо связаться с подполковником, – ответил ему другой.

– Надеюсь, мы можем быть свободны? – обратился я с вопросом сразу к обоим.

Чекисты снова переглянулись.

Я мог понять их растерянность. Им было поручено только следить за нами, и они рассчитывали спокойно провести ночь в своем новеньком «Даймлере-Бенце», поплевывая семечки и наблюдая по портативному телевизору прямую трансляцию футбольного матча Европейской лиги. Теперь же у них на руках были двое раненых и три трупа, с которыми нужно было что-то делать.

Пока агенты не знали, как им поступить, нам с Гамигином следовало как можно скорее убираться с места происшествия. Насколько я знал чекистов, состояние временной растерянности обычно довольно-таки скоро сменялось у них периодом необычайно бурной активности. А выход из любой нестандартной ситуации чекисты всегда видели только в одном – хватать всех, кто попадался под руку, с тем чтобы после, если возникнет такая необходимость, отделить волков от агнцев.

Чекисты пребывали в растерянности, и я – нет, не я, а мы с Гамигином должны были этим воспользоваться.

Похоже было, что детектив Гамигин также понимал, что затягивать процесс общения с агентами НКГБ до бесконечности не стоит. Поднявшись на ноги, черт, как будто даже с ленцой, огляделся по сторонам, после чего открыл дверцу своего автомобиля.

– Благодарю вас за помощь, господа, – учтиво, но с достоинством обратился он к чекистам. – Но сейчас нам пора ехать. Если у вас возникнет необходимость связаться со мной, вы можете обратиться в Генеральное консульство Ада.

Один из чекистов машинально взял протянутую Гамигином визитную карточку, быстро пробежал по ней взглядом, сунул визитку в карман.

– Я думаю, вам лучше будет задержаться, – произнес он медленно, растягивая слова, как будто сомневаясь в том, правильно ли поступает.

– В соответствии с Договором «два-двенадцать» все граждане Ада пользуются правом юридического иммунитета на территории Московии, – улыбнувшись, напомнил чекисту Гамигин. – Так что вы не имеете права задерживать меня.

– Я не собираюсь вас задерживать, – объяснил ситуацию чекист. – Я просто прошу вас остаться ненадолго, чтобы восстановить полную картину того, что здесь произошло.

– Нет, – решительно отказался черт.

– Но ваш друг…

– Он – гражданин Московии, и вы вправе поступать с ним так, как считаете нужным.

Вот тебе и на! Признаться, такого вероломства со стороны Гамигина я не ожидал. Черт собирался уехать один, оставив меня на расправу чекистам. Я приоткрыл рот, собираясь высказать все, что думал по этому поводу, но не нашел что сказать – любые слова казались пустыми и пресными.

Черт тем временем уселся на водительское сиденье «Хэлл-мобиля», положил одну руку на руль, а другую протянул к дверце, намереваясь захлопнуть ее.

– Одну секунду, – чекист, получивший от черта визитную карточу, придержал пальцами дверцу. – Если вы собираетесь уехать, то я вынужден просить вас оставить ту улику, которую вы забрали с места преступления.

– Что? – удивленно посмотрел на чекиста Гамигин.

Чекист взглядом указал на затасканную противогазную сумку, лежавшую на соседнем сиденье. Признаться, меня удивила наблюдательность чекиста – я сам не заметил, как и когда черт кинул сумку Щепы в машину. Теперь мне стало ясно, почему Гамигин собирался улизнуть с места происшествия, оставив меня с чекистами. Щепа был мертв, и теперь только то, что находилось в его сумке, возможно, могло помочь нам отыскать Красного Воробья. На месте Гамигина я, наверное, поступил бы точно так же. В конце концов, я сумею выкрутиться, а вот улики, оказавшиеся в руках агентов НКГБ, навсегда окажутся потерянными для нас.