Великий маг - Юрий Никитин

– Быстро, где храните базы данных?

Я ответить не успел, второй ответил весело:

– Не трусь, Волк, я сейчас все извлеку.

– Он может держать на отдельном диске, – возразилтот, кого назвали Волком. – И прятать где-нибудь в шкафу под бельем.

– Да?.. – откликнулся тот, что за компом. –Эти ламеры так делают первые два-три месяца. Потом ленятся даже бэкапнуть. Всена диске, сейчас увидишь…

Я ощутил, что человек за моей спиной поднимает пистолет.Оглянулся, огромное черное дуло показалось мне размером с пушечное. Смотритпрямо в лоб.

– Ну, тогда… – начал он. Вдруг в его глазах что-тоизменилось. Он чуть-чуть стрельнул ими в сторону, снова посмотрел на меня,слегка отступил, как будто я прямо щас с визгом прыгну и начну мочить всех встиле сунь-хунь-в-чай.

Я проследил за его взглядом. На диване, где я оставилноутбук с незаконченной сценой, все то же лицо на весь экран, шрамы на щеке,перебитый нос, пронзительно синие глаза и грубо разинутый рот. Волк сновавсмотрелся в экран, я видел, как палец его слегка ослабил давление на спусковуюскобу.

– Это что еще? – прорычал он. – Такогоэпизода не было!

– Это… – выдавил я через перехваченное судорогойгорло, – это… вторая часть…

Он покачал головой:

– Мозги не пудри, парень. Второй части не было.

– Через месяц… – ответил я с усилием, – онабыла бы…

– Через какой месяц? – переспросил он. – Ты очем?..

– Через месяц… – повторил я тупо. – Ещенеделю ловить баги, потом на «золото».

Он посмотрел на меня, снова на экран, тронул клавиши. Камераподнялась, сверху рыцари выглядели мелкими, зато виден замок, откуда ужевыслали навстречу помощь. А позади рыцарей, поотстав, тащится повозка. Изокошка выглянула немолодая женщина, свет алой зари пал на ее лицо. А перваячасть, что доступна для скачивания, заканчивается как раз тем, что королеву ещетолько захватывают в плен…

Я услышал удивленный свист. Террорист озадаченно покачалголовой.

– Это что же… Ты тут убираешь, сторожишь или же… немогу поверить!

– Вон там все мои документы, – проговорил ясдавленно, словно пальцы сжимали горло. – Можете проверить, кто здесьживет.

Второй быстро открыл ящик под компьютером, достал документыи швырнул Волку. Тот поймал на лету, быстро просмотрел паспорт, водительскиеправа, охотничий билет, везде мои фотографии, я видел, как моментально онпросканировал все и тут же ожег взглядом меня. Если у меня оказалась бы чужаяшкура, тотчас же слезла бы, исходя паром, никакие хирурги не спасли бы.

Его рука взметнулась в чисто русском жесте к затылку.

– А, черт!.. То-то смотрю, у сэра Четерлея прибавилосьшрамов на морде… Чем они думают?

Второй спросил раздраженно:

– Да в чем дело?

– Это не тот, – ответил Волк. – Ошибка.

– Да ты чо? Голован не мог ошибиться! Вот он, адрес!

Волк сказал резче:

– Нет! Это ошибка.

Я рухнул в кресло. Перед глазами шли синие круги, в черепееще звучал гаснущий звон. Я жадно дышал, воздух кипел в моем раскаленном горле.Тот, что сидел за моим компом, быстро выхватил пистолет.

– Ошибка или не ошибка, но нам дан ясный приказ…

Пистолет он выхватил быстро, но Волк оказался перед ниммолниеносно. Я увидел мелькнувшую через комнату серую тень, послышался звукудара. Пистолет с грохотом вылетел из рук, перекувыркнулся и точно лег в ладоньВолка. Я ошалело смотрел в потолок, где пролегла глубокая канавка. Даже неподумал бы, что это от пуль. Те должны ложиться друг от друга на расстоянии, аэто как будто след от удара гигантским топором с лезвием в полтора метра.

Старший швырнул этот странный пистолет-автомат обратно,террорист поймал, скривился.

– Это не тот, – повторил старший. – Это самВладимир Факельный, автор «Последней цитадели» и «Красных листьев»!.. Ты подумайсвоей дурной головой: станет он с такой фигней связываться?.. Он же писатель,понял?.. Помнишь, Барракуда принес первый диск, как мы все шалели? А теразборки, из-за которых его надо убрать, а хард забрать, – не его ранг.Тут либо ошибка, либо задействовано что-то вообще непонятное. Или кто-топытается свести личные счеты… Вернемся, доложим.

Второй возразил угрюмо:

– Мы не можем уйти, не выполнив. Это был приказ.

Волк прорычал:

– Ты знаешь, что такое не подчиниться моему приказу.

– Но мы все под Барракудой…

В его хмуром голосе звучала прямая угроза. Волк рыкнул:

– Ответственность беру на себя. Уходим.

Они попятились, второй бросил пару слов в верхнюю пуговицу,прислушался, а Волк сказал мне с почтением:

– Простите, Владимир… простите, отчества не помню!.. Яваш поклонник, жду с нетерпением продолжения «Последней цитадели». Вы неповерите, но я всю нашу часть заразил вашими идеями чести, благородства…Простите за недоразумение!

Они исчезли, я кое-как вылез из кресла и доковылял до окна.Из подъезда вышли только двое мужчин, по такой жаре – в шортах, раскрепощенные,с пустыми руками. Они прошли с десяток шагов по тротуару, их догнало такси, ониостановили, поторговались и сели. Еще спустя минуты три вышел еще один, этотизображал собирателя бутылок, при нем ветхий мешок, где явно все автоматы.

Я не стал смотреть, в какое авто сядет этот, повернулся всторону стола.

– Кристина! – сказал я, но телефон молчал. Яповторил еще дважды, телефон не включался, хотя зеленый огонек показывал, чтовсе в исправности.

Я прокашлялся, сказал еще раз: «Кристина», в коробочкещелкнуло, на этот раз мой хриплый голос опознали, пошла устанавливаться связь.

Только что избежал гибели, надо ликовать, но, странное дело,я чувствовал стыд, что обманул этих людей. Они оказались обо мне слишкомвысокого мнения. Не поверили, что я унижусь до такой работы, как участиенепосредственно в военных действиях.

Я еще не успел объяснить Кристине, что сейчас лучше ко мнене приходить, как двери потряс тяжелый удар. Я швырнул трубку, бросился вприхожую… и едва успел отпрыгнуть. Дверь рухнула вовнутрь комнаты. Из коридораворвались люди в серых комбинезонах, с респираторами на лицах, мгновеннопромчались мимо, а следом вошел полковник, если не ошибаюсь, полковник Ищенко.

Лицо его было как посыпанное пеплом, под глазами резчеобозначились темные круги. Он кивнул мне в сторону кабинета. Ноги меня держалислабо, я вошел следом и рухнул в кресло. Ищенко сел чуть наискось, знаком велелкому-то поверх моей головы что-то сделать, и через пару мгновений у меня в рукеуже была бутылка холодного пива.