Три руки для Скорпиона - Андрэ Нортон

Мы могли только продолжать лечить Рогера так, как начала Бина, и меняли примочки из листьев на его лице. Через некоторое время мы сняли повязку с руки Бины и увидели, что ее рука распухла. Кожа натянулась и стала блестящей. Мы с Там изготовили такую же примочку, как для Рогера, и наложили на руку сестры.

Лоларт и Золан появлялись и снова исчезали. Они присматривали за лошадьми и пони, принесли свежей воды, но далеко не уходили. Мы поели размоченного в воде зерна, взятого из Фросмора, но мужчинам даже этой постной комковатой каши мы предложить не могли.

Дважды Золан подходил и смотрел на Бину и Рогера, но ничего не говорил. Когда он подошел в третий раз, Там передала Бину моим заботам и стала разминать затекшие пальцы той руки, в которой она сжимала камень-талисман.

Она посмотрела на Золана.

— Тебе случалось видеть такое раньше? — хриплым голосом спросила она, кивком указав на Бину и Рогера.

— Да. В их раны попал какой-то яд, — медленно, словно собственные слова его пугали, выговорил Золан.

Я прикусила губу. Неужто из Потемок было вызвано что-то страшное и это вселилось в стаю хищных птиц?

— Для некоторых ядов есть противоядия, — заявила Там, с трудом поднявшись на ноги.

Я крепче обняла Бину. Да, некоторые яды можно побороть, но другие…

Я вдруг ощутила знакомое прикосновение посыла. Впервые за много часов я почувствовала прилив надежды. Те, кого мы так ждали, были близко.

Я обнимала Бину, а Там поравнялась с невысокой стенкой, которую мы воздвигли, перепрыгнула через нее. За ней побежал Древолаз. Тут и я услышала в ночной тишине топот копыт и звуки голосов. Они пришли!

Все смешалось — цвета, крики. Сильные надежные руки легли на мои плечи, и блаженное чувство защищенности, которое я всегда испытывала в присутствии отца, окутало меня, словно теплый плащ. А потом Дьюти и матушка склонились над Биной.

С моих плеч словно спала тяжкая ноша, ее взяли на себя другие. Мне хотелось смотреть, что будут делать матушка и Дьюти, чтобы спасти Бину, но со мной обошлись как с ребенком. Отец взял меня на руки, понес и уложил на разложенную на земле подстилку. Лежа на ней, я увидела, как точно так же отец взял на руки Там и уложил ее рядом со мной. Потом он наклонился, прикоснулся ладонью к моему лбу и ко лбу Там и ласково велел нам спать.

ТАМАРА

Мне редко снятся сны, гораздо чаще иные миры сознания посещает Силла. И все же я увидела себя перед дверью и поняла, что именно я должна миновать эту дверь и продолжить поиски. Я вошла в странное место — в такое, которое никогда не ведало мира. Обитавшую здесь Силу нельзя было назвать действенной; скорее, она проявляла себя в бурном чувстве отрицания. В этом царстве не было жизни, знакомой мне. От облетевших деревьев исходила гневная безнадежность. Мне не был виден источник страшноватого, болезненно-желтого света. У меня под ногами лежала слизь, от которой исходило зловоние, похожее на то, что я чувствовала в Потемках, когда неподалеку от меня происходило сражение чудовищ. Откуда-то доносились горькие стоны боли и тоски — еле слышные, словно свист ветра, хотя воздух был неподвижен.

Я понимала, что это — место гибели. И еще я понимала, что, оставаясь здесь, я погружаюсь в смерть при жизни, которая гораздо хуже бесповоротной смерти. И все же я не могла уйти.

Одно из корявых деревьев — совсем тоненькое — наклонилось, затряслось. Казалось, оно не то хочет вырвать из земли корни, не то собралось еще сильнее изогнуть и потерзать свои искореженные ветки. Мне стало больно. Это был призыв к действию. Это дерево и его муки наполнили меня чувством необходимости разрушить заклятие смертельного сна, сковавшего эту тоскливую страну.

Я прикоснулась рукой к ветвям дерева, попыталась удержать их, помочь им противостоять Силе, которая их терзала. Мои пальцы увязли в слизи. Пахнуло зловонием. Что-то прикоснулось к моим ногам. Я опустила глаза и увидела лиану. Она ползла словно змея и пыталась обвить мои лодыжки.

Лиана была неприятно скользкой. У меня возникло такое отвращение, что я громко вскрикнула, но все же продолжала бороться с тем Злом, что истязало дерево. Еще крепче сжав в пальцах ветки, я резко дернула за них. Я ощутила сильнейшее сопротивление. Ветка, за которую я держалась, выпрямилась. Высохшие, пожелтевшие листья зашевелились. Неожиданно, вглядевшись в эти оживающие ветки, я увидела перед собой… лицо Бины! Ее глаза были закрыты, лоб болезненно наморщен. Я поспешно потянула к себе еще одну ветку… и еще одну. Мои лодыжки цепко обвила непрерывно удлиняющаяся лиана, но я не смела тратить время на то, чтобы освободиться от нее. Лицо моей сестры посреди ветвей дерева исчезло, но дерево продолжало раскачиваться и протягивать ветки ко мне.

В следующее мгновение молодое деревце пропало. На его месте оказалась Бина. Ее глаза все еще были закрыты. Она прижимала здоровой рукой больную к груди. Вокруг нас с ней начал разрастаться жуткий лес, ветви и лианы потянулись к нам. Я закашлялась, у меня начали слезиться глаза. Воздух становился все более едким. Он разъедал кожу, будто кислота, обжигал горло.

Ветки заметались еще сильнее. На фоне сухой желтой листвы и серых стеблей лиан сверкнула красная вспышка, похожая на язык пламени. Древолаз! Он впился острыми зубами в ветки, вцепился когтями в лианы, пытавшиеся задушить нас в своих объятиях.

Я шагнула к Бине, а Древолаз все пытался прорваться ко мне через густые заросли. Я ожидала, что обхвачу руками воздух, что передо мной всего лишь дух моей сестры. Но — о счастье! — мои пальцы прикоснулись к ее коже. Она была из плоти и крови. И тогда я, пытаясь, как и Бина, стряхнуть с себя оковы темной Силы, мешавшей нашему дару в этой мрачной стране, прокричала:

— Во имя Величайшей!

Я крепко обнимала Бину левой рукой. Потом мне удалось высвободить правую. Я подняла ее, нацелила на то, что обитало среди деревьев, выставила указательный палец и крикнула:

Землей, водою,

Небом и огнем,

Бессмертным Духом,

Бренным телом,

Пространством, временем

Я заклинаю: пусть

В руке моей появится оружие!

Этих слов не было ни в одном из известных мне ритуалов, но я не удивилась, когда от моей ладони протянулся луч света в форме меча. Мои пальцы сомкнулись, и я ощутила, что сжимаю в них рукоять клинка. Мое тело тут же ответило на это, и я сделала выпад — так, как если бы в моей руке был стальной меч.

На мою атаку последовал ответ! Клинок, схлестнувшийся с моим, светился не так ярко, как оружие, врученное мне даром. Вражеский меч горел ржаво-красным светом. Вдоль краев лезвия пульсировали тонкие полоски кровавой дымки.

Я оттолкнула Бину назад, заслонила ее собой. Вновь появился Древолаз, прижался к ногам Бины. Он явно был готов защитить ее. Я увидела, что окровавленный клинок движется вперед и назад. Искал ли меня мой невидимый противник, или эти жесты были предупреждением, попыткой запутать меня?