Падение небес - Дмитрий Казаков

– Это кто ж такой?

– Новый консул…

– Нет, дурья башка – император.

– Откуда этот тип взялся?

– Ты герольда не слышал?

– Он летучих страховидл отогнал или кто другой?

– Чтоб ему провалиться, как нарядился-то…

– Да, а похож на старого императора, похож, точно вам говорю.

Во взглядах горожан, помимо удивления, были злость, раздражение и даже ненависть. Олена это не удивляло – людям плевать на всех правителей разом, если рушатся их дома и гибнут близкие.

– Ратушу можно пока не восстанавливать, – сказал он ари Налну, когда площадь осталась позади. – Первым делом – расчистить улицы от завалов, потом взяться за городские стены, ворота и мосты.

– Да, мессен, – кивнул канцлер.

Они побывали у Синих ворот, на которые свалился один из Древних, заглянули на Большой рынок, где медленно таяли порожденные колдовством сугробы. Осмотрели и трущобы у порта, где за группой всадников увязалась настоящая толпа зевак. В замок вернулись только к вечеру.

– Ты все запомнил? – спросил Олен, слезая с коня.

– Конечно, мессен, – ответил ари Налн. – Я должен напомнить вашему императорскому величеству, что скоро начнут прибывать главы городских гильдий…

Рендалл, мечтавший о том, чтобы немного отдохнуть, про себя выругался, а вслух сказал:

– Хорошо. Приглашай их в тронный зал.

– Что, утомился? – спросил Харальд, когда они вошли под своды главной башни. – Да, на троне сидеть – дело нелегкое. Вот мой отец какое-то время был правителем… – в глазах странника по мирам мелькнул отблеск давней боли. – А я никогда к этому не стремился, никогда не хотел…

Издавая негромкий лязг, Олен поднялся по лестнице, и обнаружил, что стражники у тронного зала тоже переоделись. Для них отыскали доспехи, совершенно непригодные для боя, но зато внушительные.

– Красавцы? – гордо улыбнулся Харальд. – Это я распорядился.

– Да уж помню, что не я, – проворчал Олен, не зная, что делать – то ли смеяться, то ли сердиться, то ли радоваться.

Если так дело пойдет, то скоро приказы за него будут отдавать все, кому не лень – ари Налн, Харальд, Саттия и Бенеш, десятники стражи. Но, с другой стороны, еще не было владыки, что за всем мог проследить сам.

– Ладно, – буркнул Рендалл, – только в следующий раз советуйся со мной.

И вновь, в который раз за последние два дня он оказался на троне, где ощутил на голове тяжесть черной короны с тремя рубинами, как бы надежно закрепленной на спинке престола. Вот только через двери зала теперь входили исключительно люди – осанистые, важные купцы, солидные мастеровые, корабельщики, оружейники, все те, кто обладал властью в городе.

Мелькнуло серьезное лицо Фрамина Макриго, затем Олен увидел высокую фигуру в белом и улыбнулся. Наверняка, ректор Школы Истинного Знания Кертол Дарагор не раз проклял себя за то, что вчера отказал в помощи наследнику престола.

Главы гильдий смотрели на Рендалла с удивлением и страхом, нервно кашляли и косились на соседей. Они, как и простые горожане, не очень понимали, что произошло в Безарионе.

– Слушайте меня, – сказал Олен, когда двери закрылись, и в зале наступила полная тишина. – Узурпатор, захвативший трон обманом, пал. Я, наследник крови Безария Основателя, сын Кратиона Пятого, волею богов вернул достояние предков. И ныне желаю…

Он произносил заранее обдуманную речь, после которой главы гильдий принесут ему присягу, а сам жадно вглядывался в лица собравшихся. У нового императора, что сидит на троне второй день, если только один шанс найти тех, на кого он сможет опереться, и этот шанс нужно использовать сейчас.

Потом будет поздно.

Купцы и мастеровые молча слушали, многие хмурились, иные, не самые сообразительные, оторопело моргали.

– Итак, я сказал, – завершил речь Олен. – Кто согласен признать меня истинным владыкой Безариона и империи, опускайтесь на колени и клянитесь в верности мне самому, и роду моему, всем моим потомкам…

Немного помявшись, встал на колени пузатый купец, находившийся ближе всех к трону. За ним последовали остальные, по залу раскатился легкий шелест и сдержанное кряхтение. Таких, кто решил бы в открытую выступить против нового правителя, между главами гильдий не нашлось.

– Клянитесь кровью своей и достоянием, честью и посмертием… – этот обет Олен добыл в памяти одного из пращуров, которому таким образом присягали воины молодой империи, сражавшейся сразу со всеми.

С альтаро и гоблинами, с орками и гномами.

Множество голосов, низких и высоких, сильных и слабых, уверенных и дрожащих, слились в один.

– Клянемся! Клянемся! Клянемся! – трижды повторили в завершение купцы и мастеровые, и в тронном зале стало тихо.

– Надеюсь, что вы никогда не пожалеете об этих словах, – сказал Олен. – Нам предстоит восстановить город, и каждый из вас должен внести вклад в это важное дело. Но оно подождет до завтра… Все вы можете идти, кроме… – он поднял руку, и брюхатый купец вздрогнул, поняв, что перст императора указал на него, – тебя.

Олен отобрал еще пятерых. Избранные остались на местах. Прочие, облегченно шушукаясь и бросая через плечо любопытные взгляды, заспешили к выходу. Высокие двери закрылись за ними.

– Назовитесь! – приказал Рендалл.

– Аштор Минога, – басом сообщил купец, – второй председатель морской гильдии Безариона…

– Фасетт Ратти, – буркнул рыжий здоровяк с угрюмым взглядом. – Старшина гильдии кузнецов.

– Возгат из Тига, распорядитель гильдии ювелиров…

Они назвали имена, все шестеро, после чего Олен глубоко вздохнул, точно перед прыжком в воду, и сказал:

– Поздравляю вас, мессены. С завтрашнего дня вам вместе с канцлером Редером ари Налном предстоит править городом.

Семь изумленных взглядов были ему ответом, только Харальд и стражники остались спокойны.

– Но, э… ваше императорское величество, – забормотал Аштор Минога, – вы же… хм, не знаете нас… это…

– Да, верно, – кивнул Олен. – Но я император, а значит – должен уметь разбираться в людях. И если я сегодня сделал неправильный выбор, и кто-то из вас предаст меня – значит, я недостоин занимать этот трон.

– Мессен, но я… – ари Налн, бледный, с трясущимися губами, неожиданно опустился на колено, – я постараюсь исполнить волю вашего императорского величества наилучшим образом.

– Завтра утром я отбываю на войну, – сказал Рендалл. – Надеюсь, что оставляю Безарион в надежных руках. Указ о создании Регентского совета будет готов сегодня же к вечеру, а завтра в полдень вам надлежит собраться в первый раз. Ари Налн, ты слышал меня?

В глазах рыжего кузнеца он увидел нечто похожее на восхищение, ювелир выглядел так, словно его ударили по голове бревном.