Тайна Изумрудного города. Шанс для шута - Александра Черчень

– Крупным, – опроверг домыслы студента препод. – Потому как обычно внимательно изучают именно то, что мелкое… а крупное ошибочно считают не особо важным.

Мы, как рыбы в сетях… поймались, запутались и пока еще не знаем, что будет потом.

Но уже попались.

Аспид осмотрел нас пронзительно-черными глазами и, усмехнувшись, сказал:

– Открывайте тетради. Будем что-нибудь писать!

Мы послушно открыли, все еще пребывая в некотором шоке от «радужных» перспектив.

Когда мы вышли наконец из аудитории, где нам преподавали такой в высшей степени оригинальный предмет, то были…. «немного» ошеломлены. Хотя, стану говорить откровенно, лично у меня было впечатление, словно дубинкой из-за угла огрели!

И не покидало ощущение привязанных ниточек. Или прямого коридора с нарисованными дверьми… иди куда хочешь, ты свободна, но в итоге можно двигаться только вперед. Туда, куда тебя ведут. Судя по хмурым ребятам, я была не одинока. Лепрекон нервно кусал губы и время от времени посматривал на меня.

Я отвечала ему такими же любопытными взглядами. Таридин мне нравился. Умный, хваткий, хитрый и с замечательно развитым чутьем на неприятности.

Но интереса ко мне раньше я не замечала, а стало быть, эта вспышка чем-то обусловлена. И мне очень интересно, чем же.

Махнула на прощание ребятам и свернула в один из полутемных коридоров в толще стены, ведущий к подвалам Западной башни, где и было логово артефакторов. На мой взгляд, в подвале – это зря… это ведь если что взорвется, то вся Западная свалится.

А лепрекон…

Дело однозначно не в том, что он внезапно прелесть неземную во мне разглядел.

И слава богу, что не разглядел! Мне Лейдира и Мастера с непонятным поведением хватает за глаза и за уши!

Кстати, о последнем… давненько не видела!

Несколько дней. И для меня это теперь «давно»?

Я озадаченно нахмурилась и прикусила губу, продолжая размышлять.

Мастер Хин. Странный, хищный, необычный… безопасный?

Безопасный ли?! Невзирая на его болезнь, он как-то странно себя ведет для безобидного мужчинки.

Да и вообще, «мужчинка» в его адрес звучит примерно так же, как и «болонка» в сторону волкодава…

Я им восхищаюсь? Несомненно.

Уважаю? Безусловно.

Он мне нравится? Да…

Мамочкина скалка!

Я даже остановилась посреди коридора, осознавая эту «замечательную» новость.

Приехали!

Он. Мне. Нравится.

Подайте веревку и мыло!

Нет, ну как такое могло случиться?! И почему?! Он же… ну, как бы импотент. Да, то есть не мужчина. А стало быть, и нравится мне вовсе не как мужчина, а как личность!

Возрадовавшись найденному логическому объяснению, я, воодушевленная, продолжила путь в подвалы гнома-учителя.

А то и правда, что за бред, чтобы Хин – и привлекал в интимном плане! Одно дело, что он болеет, а другое – что он Мастер Малахита! Один из самых влиятельных лиц в государстве, да как я вообще могла рассматривать его в таком контексте?!

Внутренний голос нерешительно намекнул, что после того, как это самое влиятельное лицо зажимало меня в раздевалке душевой, я могу думать что угодно. Ибо нечего!

И еще, судя по поведению наглючего блондинистого типа, от своих притязаний он отказываться не собирается. Еще у него дома говорил про «друзей».

М-да… весело ты живешь в Малахите, Мия.

Очень весело.

Так! Миямиль Гаилат, извольте выкинуть из головы такие возмутительные мысли и подумать о вещах куда более приземленных. В прямом смысле. Ибо я уже почти около дверей подземной аудитории, и за ней придется размышлять исключительно об артефактах, и без вариантов!

А Мастер Хин пусть катится на то кладбище души, из которого вылез!

Намного позже я вспомню эту фразу-проклятие, тогда, когда буду знать несоизмеримо больше, чем сейчас… Но в этот момент я резко толкнула дверь, заходя внутрь, и оставила по ту сторону все ненужные мне сейчас мысли.

Тот же вечер, «уютный» особнячок на улице Висельников.

Департамент дознания

Кабинетик был просторный. Кабинетик был пустынный.

В кабинетике, кроме стола, нескольких стульев и фикуса, собственно, больше ничего и не было.

Ну, кроме Лельера Хинсара и его теоретически подчиненного Хельжина Аспида, обмотанного любимой двухметровой зверушкой повышенной ядовитости под названием пустынный тайпан.

Змеюка и Лель крайне неприязненно косились друг на друга.

– Ну и зачем ты приволок эту гадость? – вопросил Хинсар и невольно передернулся.

Все же фениксы – это птички, какими бы могущественными они ни были.

А змейки птичек едят-с.

А временами особо крупные птички едят змеек. Феникс – птичка крупная.

Так что, видать, неприязнь тут была заложена на генном уровне.

– И чем тебе не нравится эта прелесть?! – риторически вопросил лепрекон, поглаживая тайпана по золотисто-песочной чешуе. – Смотри, какой у меня Валюша красавец!

– Валюша?!

– Валентайн! – гордо представил питомца Аспид.

– Ты извращенец, – припечатал приятеля Мастер и со вздохом подтянул к себе фикус.

– Кто бы говорил, – «любезно» отозвался его подчиненный и, с нездоровым любопытством оглядывая невиданную картинку «начальство и горшок», вкрадчиво поинтересовался: – Господин Хинсар, ранее не замечал в вас такой невиданной страсти к цветоводству!

– Я же говорю – извращенец, – хмыкнул синеглазый, сосредоточенно ощупывая нижний край керамического вазона с бормотанием: – Ну было же где-то здесь… забыл, что ли?!

– Ну и что у тебя там? – судя по выражению лица, аналитик был нешуточно заинтригован.

– Секрет, – уныло отозвался феникс и поставил горшок с фикусом обратно на пол. – Тайна великая! Оружие страшное!

– Паяц недоделанный. – Ответ брюнета был точен и прост.

– Очень даже доделанный, – хмыкнул Лельер и, выдвинув ящик стола, покрутил в руках шутовской колпак. – Как-никак, несколько лет на этой почетной должности!

– О да… – вздохнул лепрекон и решил корректно намекнуть о теме сегодняшней встречи. – Ты меня позвал только затем, чтобы продемонстрировать свою рабочую «фуражку» и «фикус массового поражения»?

– Нет, – спокойно ответил Хин, закинул колпак обратно, со стуком закрыл ящик и с тихим стоном потянулся. – Устал… а тебя позвал, чтобы ты поведал мне новую серию «Очевидного невероятного, или Как я ловлю Зеркальника».

– А никак! – досадливо рубанул ладонью воздух Хельжин, и даже змей его тихо зашипел, словно улавливая настроение хозяина. – Нет его! Как в воздухе растворился, словно и не жил никогда! Даже те ниточки, что я нащупал, в лучших традициях оборвались или как-то резко сменили качество и направленность. Анализ дает вообще идиотские результаты! Внесенная надежды ради переменная под именем «все же сдох, гад», пока лидирует по процентам вероятности!