Исцелённое сердце - Властелина Богатова

Зарислава вошла в горницу и неспешно направилась к лестнице. Сердце её не трепыхалась, как пойманная соколица в сети, но её глубоко удивило, как Пребран оказался в остроге. Его голос, немного хриплый, всё гудел в голове.

Войдя в покои, она с такой тщательностью замкнула за собой дверь, будто вот-вот ворвётся орда татей и начнёт ломиться внутрь.

— Что случилось, хозяйка? — всколыхнулась с лавки Малютка. — Беда ужели?

Зарислава покачала головой, опережая помощницу. Девка уже подумала не о том, но не рассказывать же ей о доловском княжиче.

— А что тогда? Худо опять? Может, трав навести.

Зарислава повернулась к Малютке, её слова привели в чувство. И в самом деле, нынче ей с утра нездоровилось. Проснулась до зари и ещё не успела открыть глаз, как почувствовала, что Марибор ушёл, оставив только обволакивающее тепло. Ушёл и даже не пробудил её. Тогда её скрутило, и она не помнила, как спустилась в горницу. Смутно представлялась ей Малютка, что бегала вокруг неё, поднося к лицу то воды, то пахучих трав, чтобы перебить дурноту. Странно, но впервые она испытывала глубокое спокойствие, словно кто-то шептал ей на ухо, что всё будет хорошо. Даже когда Зарислава узнала, что со степняками пришла Вагнара, она ощутила странное равнодушие, будто случилось что-то такое особенное, и сама Славунья накрыла её от зла своим платом, будто внешние силы больше не смогут ей повредить — ни Вагнара, ни кто другой. Травница ходила по острогу, не зная устали и не чувствуя холода, до того мига, как забрезжил рассвет. Тогда-то она увидела суету на площади. И среди столпившихся — Пребрана.

Зарислава вздрогнула, выныривая из раздумий, снизу услышала стук входной двери. Уставившись в створку, она вслушивалась, но всё было тихо, даже зазвенело в ушах, только шумела кровь в голове.

— Может, сходит посмотреть? — напомнила о своём присутствии Малютка.

Хозяйка кивнула.

— А Весняна где?

— Так велено им было ещё утром покинуть терем.

— Кем велено? — не поняла Зарислава, нахмурившись.

— Князь приказал, — потупила взгляд Малютка.

«Странно…»

Не успела травница спросить, по какой причине Марибор так поступил, снизу раздался голос, и уже думать о чём-то не пришлось, девицы обратили взгляды на дверь.

— Иди, узнай, кто там, — кивнула хозяйка чернавке.

Малютка, ринувшись к двери, отворила замок и выскользнула на сумрачную площадку.

Ждать Зариславе пришлось не долго, девка вернулась быстро, растревоженная и понурая.

— Это Всеволод. Тебя просит выйти, хозяйка, говорит, потолковать с тобой нужно.

Травница подняла удивлённо брови. Сердце застучало так, что она до хруста сжала кулаки. Чего вдруг она понадобилась ему? Но что гадать? Скорее самой всё узнать.

— Сиди тут, — велела она Малютке и спустилась в горницу.

Всеволод ждал у дальнего окна, рассвет оттенял его профиль, и Зарислава отчётливо видела, насколько красивое лицо юноши было сосредоточенным. Она успела услышать от Малютки, что Всеволод провожал Марибора до логова беров, и ещё то, что поездка была проделана не зря. Берлоги дали согласие помочь агдивской дружине. А потому князь не стал брать парня в бой, мол, сноровки ещё мало. Тот хоть и расстроился, но смиренно принял волю князя.

Когда Зарислава вышла в горницу, Всеволод повернулся.

— Не знаю, правильно ли я поступаю, — начал он. — Может, нужно было бы первым делом упредить Гоенега… — и замялся.

— Раз пришёл ко мне, то что теперь сомневаться, говори, — потребовала Зарислава, чувствуя, как пол ускользает из-под ног.

— Там этот Пребран, что называет себя доловским княжичем…

— Что он?

— Тебя требует. Говорит, недужится ему, просит твоей помощи, видно, знает о тебе. Про княгиню Радмилу сказал, мол, она не забудет твоей доброты.

Зарислава слушала Всеволода, ощущая, как леденеют руки, а дыхание из груди пропадает.

Уловка ли? Или впрямь помощь нужна?

— Видно, степняки поиздевались над ним, выглядит он и впрямь… — Всеволод поморщился, — худо.

— А Чародуша где? — взволнованно спросила травница.

— В остроге её нет. Да её теперь и не найдёшь, ушла, поди, вслед за дружиной.

Зарислава разочарованно выдохнула, отвела взгляд, решая как ей быть.

Как бы он ни поступал подло, но боги благословили помогать нуждающимся, в особенности тогда, когда просят.

— Он сказал, что не доживёт до восхода.

От этих слов сердце в груди защемило. Какую бы обиду княжич не причинил, а кончины он не заслужил.

— Хорошо, — твёрдо сказала она. — Подожди меня тут.

Зарислава отступила и вернулась к лестнице, заглянула в горницу чернавок. Клети пустовали, не ошиблась Малютка, девки покинули терем. Но не это было важно, в голове пульсировала одна мысль — что сталось с Пребраном? Зачем ему понадобилась помощь? Ужель и правда худо так? Травница ходила по клети в поисках нужных снадобий. Из того, что было — порошок крапивы да сонных трав щепотка, но этого было достаточно. Сегодня она чувствовала в себе особую силу и всё гнала мысли о том, с чем это было связано, но ради благого дела воспользуется частью, коли нужно будет. Собрав снадобья, она налила воды в чашу, подхватила полотен чистых, которых оказалось вдосталь, но не спешила выходить. За короткий миг вспомнила всё, что случилось тогда в Волдаре. Горящие глаза Пребрана, его необузданная попытка завладеть ею. Вспомнила, как он ворвался в клеть, как завизжала Мира, которая подорвалась с постели и позвала Радмилу на подмогу. Княжич пытался силой отобрать у неё обручье. И то послание, которое он ей оставил… Как же нелепо всё вышло, и вспоминать тошно, но это случилось, тут уж ничего не попишешь. Если бы она не поехала в Волдар, то никогда бы не узнала Марибора. Встреча с ним — главное и ценнейшее, что произошло в её судьбе. Эта мысль отрезвила и напугала одновременно, теперь ей и не представлялась жизнь без него.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Зарислава дёрнула подбородком, резко вдыхая прохладный утренний воздух, приходя в чувство, осознавая, что недвижимо стоит посередине пустой клети. Тихими шагами пошла обратно. Всеволод ждал.