Туманный колокол - Ольга Валентеева

Что? Я не ослышалась? Анри перестал быть магом? Как такое возможно? Он ведь был очень сильным светлым. И что теперь? Даже при моем пока что слабом даре я не представляла, что такое его лишиться, пусть и использовала не так часто.

— Вы всегда так много болтаете, магистр? — поинтересовался Анри.

— Нет, только когда надежды на равновесие идут крахом, — пожал плечами Пьер. — А вы разве не сказали Полине о таком немаловажном факте? Насколько помню, она — ваша невеста?

Сердце замерло.

— Все верно, — ответил Анри. — Полли — моя невеста, и я сам решу, когда и что ей говорить. А теперь извините, мне пора. Дел хватает, знаете ли, и с хозяином этого гостеприимного дома встречаться не хочется. Фил, ты со мной?

— Да. — Филипп поднялся на ноги. — Нам и правда пора. Скоро уводимся, Полли.

Приходи в гости.

— Ты тоже.

— До встречи, Пьер.

Анри поморщился. Водно, ему не нравилось, что брат дружит с магистром пустоты. А я не знала, как мне быть. Сердце рвалось за Анри, но не бегать же за ним! Поэтому я осталась содеть на диване, уставившись на сложенные на коленях руки, пока прислуга провожала братьев. Что мне делать? Этот вопрос возвращался снова и снова, а ответа на него не было, и порою казалось, что быть не могло.

— Я сказал что-то лишнее?

Голос Пьера будто пробудил меня от спячки.

— Нет, — я подняла голову. — Уверена, если бы не ты, Анри никогда не признался бы мне, что его магия исчезла. Как думаешь, это навсегда?

— Скорее всего. — Пьер равнодушно пожал плечами. Точно, он же тоже лишился способности чувствовать. Каждый платит пустоте по-своему.

— Спасибо, что пришел. — Мне вдруг стало жаль холодного и равнодушного магистра Эйлеана. Уж не знаю, почему — Пьер никогда не вызывал у меня жалости. Наоборот, казался человеком, который точно доволен своим положением. Но, наверное, это страшно — ничего не испытывать. Ни радости, ни счастья, ни любви.

— Я не ожидал, что ты не одна. — Пьер будто извинялся. — Слишком много графа Вейрана для меня на сегодня. Знаешь, меня даже перестало удивлять, что Дареаль обломал об него зубы. Мне на мгновение показалось в магистрате, что дай Анри волю, и он нас с Кернером обоих сошлет обратно в пустоту. Он стал злее. А ведь в Пустоте таким не был, когда мы столкнулись. Наоборот, пытался помочь.

Сам Пьер тоже не казался настроенным дружелюбно. Но, конечно, я промолчала. Все-таки отсутствие чувств и эмоций — это тоже непростое испытание. Он вряд ли понимает, где та грань, которую не следует преступать в общении с другими. Однако, помог во время суда, когда все от нас отвернулись. Почему?

— Ты странно на меня смотришь, — заметил Пьер.

— Слишком много мыслей в голове, — призналась я.

— Да? И каких же?

— Хотела понять, почему ты все-таки решил вмешаться в ход суда. Не только как магистр, но и как защитник, — решила, что нет смысла скрывать.

— Зачем… — Пьер чуть отвернулся. — Я уже говорил тебе, Полли, что самостоятельно вел расследование. И раз граф Вейран не был виновен — к чему его казнить? Жаль, что настоящий убийца вряд ли будет найден. Даже в своей башне я не смог взять его след. Он подобрался слишком близко.

— Все так запуталось, да? — улыбнулась я.

— Да. Больше, чем мне хотелось бы. И как, ты не решила разорвать помолвку с Анри?

— А есть ли она, эта помолвка? Но, в любом случае, нет, не решила. Только не знаю, чем это закончится.

Пьер кивнул каким-то своим мыслям, а я все пыталась понять, что он не договаривает.

— Что ж, я тоже пойду, Полли, — поднялся он на ноги. — Много дел. Но если буду нужен, приходи.

— Хорошо. Спасибо.

За все. За то, что пришел меня успокоить, не дожидаясь, пока сама посещу башню.

Что вмешался в ход суда и присматривал за Анри это время, как умел. И за то, что пожалел нас с Филом. Видимо, Пустота сумела забрать не все. Я проводила Пьера до ворот, а затем вернулась в дом. В голове царил сумбур, я уже ничего не понимала. И хотела бы, да не могла. Оставалось только ждать, когда время само расставит всё по местам.