Dragon Age. Империя масок - Патрик Уикс

– Глубоко под Орлеем есть потайные ходы? – Мишель остановился и развернулся к демону.

– Потайные ходы? – фыркнул Имшэль. – Нет, мальчик, сейчас ты думаешь о гномах. Эльфы не больно-то жаловали пешие прогулки. Элувианы – это магические зеркала. Входишь в такое зеркало, делаешь несколько шагов по некоему междумирью – и выходишь из зеркала в другом месте, в нескольких днях конного пути от первого. – Демон вновь постучал по покрытому рунами камню и скривился, когда искорка энергии обожгла его пальцы. – Древняя эльфийская магия! Не стоит недооценивать древнюю эльфийскую магию.

– Значит, с помощью этих элувианов можно путешествовать.

Мишель цепко вглядывался в демона. Здесь таится ловушка. В разговоре с демоном всегда таится ловушка. Во всякой истории, где юнец заключает сделку с демоном, тот всегда готовит ловушку.

Соль в том, что в некоторых историях юнцу удавалось обернуть эту ловушку себе во благо и обойти демона.

– Да, с их помощью можно путешествовать. Молодец, внимательно слушаешь. При желании ты мог бы до рассвета попасть из Джейдера в Вал Руайо. – Имшэль оборвал себя и метнул на Мишеля пронизывающий взгляд. – Придержи свою фантазию, шевалье. Это лишь прорва древней, смертельно опасной магии да манускрипты, которые ты бы, скорее всего, предал огню. Вряд ли там для тебя найдутся какие-нибудь волшебные мечи. – Он опять двинулся в обход круга, все так же не оставляя следов на траве. – Как бы то ни было, элувианы погрузились в сон с тех самых пор, как ваши доблестные предки захватили Халамширал. Наш любезный друг, Хранитель клана, пытается добиться, чтобы я пробудил их.

Мишель прибавил ходу, чтобы нагнать демона:

– Почему бы тогда не выполнить его просьбу?

– Тебя так волнует моя участь? Я, право же, тронут. – Имшэль усмехнулся, но миг спустя усмешка преобразилась в злобный оскал. – Он не может дать мне того, в чем я нуждаюсь. Демон гнева кормится злобой и яростью. Демон гордыни питается несбыточными мечтами, которые лелеют смертные, по утрам глазея на себя в зеркало. Мне же требуется выбор. Телен хочет пробудить элувианы, но не более того. Он не готов принять последствия своих поступков. Понимаешь, о чем я?

– Нет.

– Честный паренек. – Демон хихикнул. – Ну, по крайней мере, в основном честный. Вот если бы я сказал, что, доставь ты сюда любого смертного и вынуди его прижать окровавленную ладонь к одному из этих растреклятых камней, я бы сделал историю сэра Мишеля де Шевина подлинной?

– То есть как? – Мишель моргнул, опешив.

– Много надежней, чем сделал это граф Бревин, твой покровитель, подкупив мошенника-писаря. – Имшэль ухмыльнулся, и его глазки-бусинки блеснули в паутине смешливых морщинок. – Парочка духов, кое-что нашептавших в парочке снов. Парочка бумаг, подделанных писцами, которые никогда и не вспомнят об этой подделке. В следующий раз, когда очередная шлюшка-бард на службе у Гаспара вздумает копаться в твоем прошлом, она обнаружит, что Мишель де Шевин именно тот, кем он себя называет, и люди, живущие ныне, поклянутся, увы, отсутствующим Создателем, что помнят, как росли вместе с тобой – знатным, честным и абсолютно чистокровным человеком по имени Мишель де Шевин.

– И что взамен?

– Я покину этот ненавистный круг и вселюсь в смертного, который окропил кровью камень. – Имшэль глубоко, восторженно вздохнул. – Давненько мне не доводилось бродить по миру смертных. Я бы не прочь вволю на него поглазеть.

Мишель резко остановился, в бешенстве стиснув зубы:

– Ты хочешь, чтобы я предал какого-то бедолагу твоей власти?

– Ну да. – Имшэль повернулся к шевалье, и хотя на губах демона играла улыбка, глаза его словно горели огнем. – Не слишком приятно, верно? Вот почему это и есть выбор.

Мишель круто развернулся и снова двинулся вперед. И лишь увидев следы на траве, осознал, что уже целиком обошел весь каменный круг.

– Мне бы следовало уничтожить тебя, – сквозь зубы процедил он.

– Для этого хватило бы разрушить пару рун, – охотно пояснил Имшэль, не замедляя шага. – Разумеется, тогда тебе пришлось бы прожить остаток жизни в страхе, что кто-нибудь обнаружит, кто ты на самом деле.

– Я знаю, кто я на самом деле, – бросил Мишель и пустился прочь от прогалины, каменного круга и демона.

Эльфы-разведчики на краю лагеря при виде него вскочили с мест. С похвальной четкостью они вскинули луки и, уже целясь в Мишеля, закричали, поднимая тревогу. Глаза их округлились от изумления, и, держа беглеца под прицелом, они ошеломленно поглядывали себе за спину, на лагерь, где, по их разумению, шемлен и должен был находиться, связанный по рукам и ногам.

– Я сдаюсь. – Мишель поднял руки. – Отведите меня назад к моей императрице.

Мгновение казалось, что долийцы его сейчас просто пристрелят, но затем, переглянувшись, они двинулись к нему. Один эльф остался стоять поодаль, не опустив лука, а все прочие схватили Мишеля и повалили наземь.

Безропотно сносил он крики, пинки и удары кулаков. Если все это поможет ему вернуться к Селине – дело того стоит.

Теперь он знал, как Селина вернет себе Орлей.

Целительница-эльфийка пробудила Селину вскоре после полудня и сообщила, что ее спутники бродят по долийскому лагерю. Борясь с тошнотой и головокружением, Селина села, приметила воинов, стороживших ее с клинками наголо, и попросила разрешения поговорить с Хранителем клана. Она предполагала, что Мишеля и, возможно, даже Бриалу тоже будут держать связанными, но поскольку долийцы связали только ее – они явно понимали ценность Селины как возможного заложника. Это не то чтобы обнадеживало, но, по крайней мере, было хорошей основой для начала переговоров.

И вот теперь, до сих пор превозмогая головную боль, под бдительными взглядами нависших за спиной охранников Селина сидела перед Хранителем и старейшинами клана и вела разговор, ценой которого была ее жизнь. Она понятия не имела, где Бриала и Мишель, но не желала спрашивать об этом, чтобы не выказать слабости.

– Как только Гаспар будет побежден, – говорила она, – я сумею добиться, чтобы в Орлее относились к долийцам с бо́льшим уважением. Кроме того, мы с предвкушением ожидаем возможности почерпнуть у вас новые знания. В наших университетах уже учатся эльфы, и для нас было бы честью, если бы ваши соплеменники воспользовались той же возможностью.

– У тебя нет сил сразиться с этим самым Гаспаром, – указала престарелая хранительница очага, и в ее скрипучем голосе прозвучали скептические нотки, – и однако же ты хочешь предложить помощь нам?

– Власть копится и растет, как снежный ком, катящийся вниз по склону, – уверенно ответила Селина. – Мне не нужно, чтобы вы сражались для меня с Гаспаром. Мне нужно только, чтобы вы своим опытом и сноровкой помогли мне добраться до Вал Руайо раньше него. Как только я окажусь в столице, Гаспар лишится всякой возможности выстоять против меня. Я подавлю мятеж и предам его казни.