Dragon Age. Империя масок - Патрик Уикс

Это и есть та мятежная армия, которой так страшится Гаспар, на которую тайно надеются обитатели эльфийских трущоб. Страх и надежда – не слишком ли тяжкое бремя возлагают на столь немногочисленные плечи?

Одежда промокла до нитки. Селина свернулась клубком, прижавшись к Мишелю в отчаянной попытке хоть как-то согреться. Смеркалось, хотя в туманной сырости, заволокшей все вокруг, нелегко было понять, вправду ли наступает вечер.

Бриала вошла в лагерь с таким видом, словно ей все было нипочем, и каждый шаг ее дышал уверенной грацией, свойственной аристократам. Она даже не удостоила взглядом охранников, пока они сами не заступили ей дорогу и не потребовали ответа. Бриала отмахнулась от их требований с небрежным высокомерием, которое вызвало у Селины улыбку, и прямиком направилась туда, где лежала императрица. Охранники явно не знали, кем ее считать, гостьей или еще одной пленницей. Потоптавшись в нерешительности, они вернулись под навес, где могли нести стражу, при этом оставаясь сухими.

– Вас даже не укрыли от дождя? – смятенно проговорила Бриала.

– У них сейчас другие заботы, – проворчал сэр Мишель.

Из-за рассеченной губы и вспухшей щеки слова его прозвучали невнятно, и Бриала содрогнулась, увидев, что стало с его лицом.

Понизив голос, Селина быстро пересказала то, что Мишель узнал об элувианах. Да, она хорошо обучила свою наперсницу. К тому времени, когда рассказ был окончен, та кивала, задумчиво сощурив свои большие прекрасные глаза.

– Быстрое перемещение по всему Орлею. Засады в любом месте, где пожелаешь. Линии снабжения, которые невозможно даже заметить, не то что перекрыть. Демон говорил, что элувианы заперты?

Бриала шептала едва слышно и притом сидела спиной к охранникам – на случай, если они попытаются читать по губам.

– Не уверен, – ответил Мишель. – Он сказал только, что их надо пробудить.

– Как бы то ни было, – заключила Селина, – что-то препятствует долийцам пользоваться элувианами.

– Демон может их открыть, – продолжал Мишель, – но долийцы не в состоянии дать ему то, чего он хочет. Вернее, сделать то, что он от них требует.

Он произнес эти слова жестко, сквозь зубы, и Селина почуяла, что за ними таится страх. Ее защитник не устрашился бы в бою никакого смертного врага, но совсем иное дело – чудовище из Тени.

Показать, что она заметила страх Мишеля, означало бы уязвить его гордость – и потому Селина промолчала.

– А мы можем дать демону то, чего он хочет? – спросила Бриала.

Мишель молча кивнул, и Бриала задумалась. Капли дождя стекали по ее лицу, словно слезы.

– Тогда мы оказались бы на равных с долийцами. И действуя вместе с ними…

– Бриа, – произнесла Селина все так же тихо, убрав из голоса привычные нотки властности, – долийцы никогда не согласятся действовать вместе с нами. Сегодня я это ясно поняла. Прямо сейчас, сию минуту, они решают, отдать ли нас Гаспару… или же прикончить на месте.

– Нет, они не станут… – Бриала осеклась, смолкла, и пылкий довод в защиту долийцев, каким бы он ни был, угас на ее губах.

Она узнала долийцев, подумала Селина, и на собственном опыте поняла, сколь мало они заботятся об участи ее сородичей.

– Я полдня говорила с Хранителем клана, – вслух сказала она. – Предложила помощь городским эльфам. Он ответил, что предпочел бы, чтобы все мы попросту умерли.

На миг показалось, что Бриала начнет возражать… но она сдержалась и лишь опустила голову.

– Мишель, – сказала Селина, – оставь нас ненадолго.

Мишель кивнул и перебрался к дальнему краю фургона – настолько далеко, насколько позволяла привязь. Тотчас промозглый холод нахлынул на Селину с той стороны, где только что сидел ее защитник, и ее помимо воли пробрала дрожь.

Бриала придвинулась ближе и обняла ее.

– Селина, – прошептала она.

Темные пряди насквозь промокших волос облепили ее лицо, рубашка и узкие штаны посерели, набрякнув сыростью. С кончиков острых ушей капала вода.

Селина в жизни не видела более прекрасного создания.

– Бриа, я знаю тебя. Все то время, что мы были вместе, ты боролась за облегчение жизни своих сородичей. Ты отвернулась от меня из-за того, что я совершила в Халамширале, и, видит Создатель, я не в силах винить себя за это, поскольку и сама не гордилась тем, что пожертвовала твоими сородичами, чтобы отразить удар Гаспара. – Все так же дрожа под ледяным дождем, безжалостно хлеставшим со всех сторон, Селина оглянулась на фургоны долийцев. – Но это не твои сородичи.

– Я знаю. – Руки Бриалы крепче обвили ее.

– Они не сострадают городским эльфам – как сострадаешь ты, как, по сути, должны бы сострадать и они.

Селина чувствовала, что Бриала, прильнувшая к ней, мелко дрожит всем телом.

– Я знаю, – повторила эльфийка. – И если Мишель сумеет добиться, чтобы демон пробудил элувианы, быть может, они, несмотря ни на что, согласятся помочь нам. Им самим демон помогать не станет. Мы им нужны.

– А они нам?

Селина ощутила, как Бриала замерла, затем отстранилась. И бестрепетно встретила взгляд бездонных глаз эльфийки.

– Ты хочешь, чтобы мы предали долийцев?

По голосу Бриалы невозможно было понять, что она об этом думает.

– Предательство подразумевает обманутое доверие. Нас захватили в плен, нам угрожали смертью, бросили нас под проливным дождем. – Селина рассчитанно позволила своему голосу дрогнуть от холода и увидела, как Бриалу передернуло от этих слов. – Скажи, что они приняли тебя радушно, как вновь обретенную дочь, и я более не произнесу ни слова.

Бриала закрыла глаза.

– Скажи мне это, и я порадуюсь, что моя возлюбленная обрела свой народ, хоть и сердце мое рвется от боли с каждым его ударом, прожитым без тебя.

– И мое, – прошептала Бриала.

– Тогда останься со мной. – Селина протянула связанные руки и коснулась тонко очерченного лица Бриалы. Ресницы эльфийки затрепетали, и она открыла глаза. – Помоги мне вернуться в Вал Руайо, и я отрину все законы, которые ограничивают свободу твоих соплеменников, и дам тебе титул… – Селина улыбнулась, – графини Эльфийской.

– Ты не можешь так поступить. – Бриала прерывисто вдохнула. – Твоя знать…

– Знать слишком долго тешилась мелочными склоками, плела интриги, перебегала с одной стороны на другую. Я сыта по горло теми, кто считает, будто я должна заслужить их преданность, в то время как они не предлагают ничего взамен. Твои соплеменники достойны лучшей участи. – Селина не дрогнув встретила пристальный взгляд Бриалы. – Долийцы, вопреки всем опасениям наших аристократов, не станут заступаться за городских эльфов. Те, кто живет в эльфинажах, – не эльфы Арлатана. Они – орлесианцы. Они – мои. – Обхватив Бриалу за шею, Селина нежно привлекла ее к себе. – И ты – моя.