Эрагон. Наследие - Кристофер Паолини

Ветерок вскоре утих. Роран отпил еще немного из своего роскошного кубка, стараясь вливать вино прямо в глотку и не прикасаться разбитыми губами к краям. Больно было даже глотать. Капля вина все же попала на трещину в нижней губе, и Роран даже дыхание затаил, такой острой была боль.

Поставив кубок на стол рядом с полупустой бутылкой вина и блюдом, на котором лежали куски хлеба и баранины, Роран встал и посмотрелся в зеркало, висевшее на стене между двумя горевшими свечами, но ничего хорошего там не увидел. На него смотрело измученное, осунувшееся, покрытое ссадинами, синяками и запекшейся кровью лицо.

Роран досадливо поморщился и отвернулся. Ладно, пусть Насуада сама с ним связывается, когда ей будет угодно. А он подождет. Все. Он больше ничего сейчас делать не может, даже лечь спать, так сильно у него все болит.

Роран снова взял в руки кубок и стал разглядывать его со всех сторон.

Время шло.

Была уже глубокая ночь, когда поверхность зеркала вдруг задрожала, точно лужица ртути, и Рорану даже пришлось протереть усталые глаза, чтобы убедиться, что ему это не мерещится. Спать все-таки хотелось ужасно.

В зеркале возникло лицо Насуады, красивое, с правильными чертами лица и, как всегда, чрезвычайно серьезное.

— Роран? — вместо приветствия сказала она, и он откликнулся:

— Госпожа Насуада? — И постарался отодвинуться от стола как можно дальше, поскольку поверхность зеркала оказалась от него всего в нескольких дюймах.

— Тебя взяли в плен?

— Нет.

— В таком случае, насколько я понимаю, Карн либо мертв, либо ранен.

— Он погиб, сражаясь с другим заклинателем.

— Жаль… Он, по-моему, был весьма порядочным человеком. К тому же у нас слишком мало заклинателей, чтобы мы могли позволить себе их терять. — Она помолчала. — А что Ароуз?

— Город мы взяли.

Брови Насуады поползли вверх.

— Правда? Это просто невероятно! Расскажи мне, как это было. Все ли пошло по плану?

Стараясь как можно меньше шевелить губами и открывать рот, ибо всякие разговоры вызывали у него нестерпимую боль, Роран дал Насуаде нечто вроде краткого отчета о том, что было сделано с момента его прибытия в Ароуз. Рассказал он и о покушении на его жизнь, и о том одноглазом убийце, что прокрался к нему в палатку и утверждал, что он его друг. А потом, как они разрушили мельничные плотины, как с боем пробивались через весь город к дворцу лорда Холстеда; рассказал о дуэли Карна с вражеским магом.

А под конец упомянул о том, как ему выстрелили в спину и как Бригман потом вырезал из его плоти застрявший там наконечник стрелы.

— Мне здорово повезло, что Бригман под рукой оказался. Он отлично со всем справился. Если бы не он, я бы практически совсем из строя вышел. Да еще и подходящего целителя искать бы пришлось. — Роран внутренне содрогнулся, на мгновение вспомнив, как Бригман чистил ему рану, словно вновь ощутив прикосновение раскаленного металла к своей спине.

— Надеюсь, вы все-таки нашли целителя, который сумел о тебе позаботиться?

— Да, нашли, но позже. И магией он совсем не владел.

Насуада откинулась на спинку стула и некоторое время внимательно на него смотрела.

— Я просто удивлена, что у тебя еще есть силы со мной разговаривать, — промолвила она. — Вы, жители Карвахолла, и впрямь сделаны из прочного материала.

— Ну, а захват дворца, — снова заговорил Роран, — обеспечил нам контроль и надо всем городом. Хотя, конечно, в Ароузе еще полно мест, где мы не чувствуем себя достаточно уверенно. Нам оказалось не так уж сложно убедить здешних солдат сдаться, как только они поняли, что мы, буквально проскользнув у них за спиной, заняли весь центр города.

— А что же лорд Холстед? Его вы тоже в плен взяли?

— Холстед пытался бежать из дворца, когда мои люди случайно на него наткнулись. При нем было всего несколько охранников — совершенно не достаточно, чтобы сражаться с нашим отрядом. В итоге он и его свита спрятались в винном погребе и забаррикадировались там… — Роран потер большим пальцем выпуклый рубин, вделанный в стенку кубка. — Сдаваться они не желали, а штурмовать этот погреб мне не хотелось — это могло слишком дорого нам стоить. Так что… я приказал людям притащить с кухни горшки с маслом, поджечь их и бросить внутрь.

— Ты хотел попросту выкурить их оттуда?

Роран кивнул.

— Ну да. Между прочим, некоторые из них выбежали почти сразу, как только дверь загорелась. Но Холстед ждал слишком долго. В общем, мы его на полу нашли. Он задохнулся в дыму.

— Как это неудачно!

— Задохнулась и его дочь, леди Галиана. — У Рорана перед глазами тут же снова возникла эта печальная картина: маленькая, изящная женщина, распростертая на полу, в прелестном платье цвета лаванды, расшитом оборками и лентами.

Насуада нахмурилась.

— Кто наследует Холстеду в графстве Фенмарк?

— Тарос Быстрый.

— Тот самый, что вчера пытался атаковать лагерь варденов?

— Тот самый.

День уже клонился к вечеру, когда вардены привели к нему Тароса. Маленький бородатый воин был, похоже, совершенно ошарашен случившимся, хотя и не ранен. Шлем свой с ярким плюмажем он где-то потерял. И Роран, лежа ничком на мягкой кушетке, чтобы пощадить раненую и изрезанную ножом Бригмана спину, сказал ему:

— По-моему, ты мне должен бутылку вина.

— Как это вам удалось? — спросил Тарос вместо ответа, и в голосе его прозвучало отчаяние. — Ведь Ароуз был неприступен! Никто, кроме драконов, не мог разрушить наши стены! А ты вон что натворил… Нет, ты не просто человек, ты что-то другое… — И Тарос умолк, не в силах продолжать.

* * *

— А как Тарос отреагировал на смерть своего отца и сестры? — спросила Насуада.

Роран подпер голову рукой и вытер рукавом скользкий от пота лоб. Его знобило, но он почему-то все время потел. Руки и ноги у него были совершенно ледяными.

— Об отце он, похоже, не слишком печалился. А вот о сестре… — Роран даже поморщился, вспомнив, какой поток ругательств и оскорблений обрушил на него Тарос, когда узнал, что Галиана мертва.

* * *

— При первой же возможности я тебя непременно убью! — пообещал он Рорану. — Я отомщу тебе за смерть сестры! Клянусь!

— Ну, тогда тебе лучше поторопиться, — ответил Роран. — Тут еще одна особа меня убить обещала, и если уж этому действительно суждено осуществиться, так, скорее всего, она будет первой.

* * *

— Роран?.. Роран?.. Что с тобой?

Слегка удивившись, Роран понял, что это Насуада зовет его, упорно повторяя его имя. Он снова посмотрел на нее — в раме зеркала она выглядела, как собственный портрет, — и с трудом заставил себя снова заговорить.