Король решает не всё - Остин Марс

— Интересное мнение, — сухо ответил министр и она прикусила язык, вдруг вспомнив, что у них, вообще-то, тоже «рабочие отношения»…

Картофельный цветок опять помялся, Вероника собрала его в мешок и стала делать розу, раз уж хризантеме настолько невезёт. Министр молчал, задумчиво глядя на её работу, Вера закончила розу и аккуратно сняла с листка, когда в гостиной опять раздались шаги. Обернувшись, она увидела в дверном проеме букет синих цветочков, похожих на полевые, этим букетом прикрывал наглую морду Артур, ожидая её реакции. Не дождался и отодвинул цветы в сторону, выглядывая из-за букета и улыбаясь Веронике бесовской улыбкой уверенного в себе денди. Она приподняла бровь и иронично спросила:

— Забыл что-то?

— Пришел извиняться за свое свинское поведение, — он изобразил карикатурный поклон и с наигранной страстью промурлыкал: — Госпожа многоуважаемая госпожа, я осознал и раскаялся. Обещаю впредь быть очень хорошим мальчиком.

Вера вдруг подумала, что он до сих пор держит букет справа от лица и из-за него не видит молча сидящего в углу министра Шена. Она ненатурально улыбнулась и милостиво кивнула:

— Забыли, Артурчик, я не злопамятная. Но если ещё раз протянешь ко мне копытца, я придумаю способ сделать тебе больно.

— О, моя госпожа так великодушна, — протянул Артур, делая шаг к Вере и протягивая руку к её ладони, в которой она держала только что законченную розу, с восхищением посмотрел на цветок и сказал: — Я не знаю, что это, но я это хочу. — Притянул её руку ближе, наклонился и снял розу зубами, попутно облизывая пальцы и глядя Вере в глаза с откровенно пошлым выражением.

Министр Шен сложил руки на груди, зашелестев тканью рукавов, Артур автоматически посмотрел в ту сторону, округлил глаза, подавился и закашлялся, со страшным хрипом сплевывая картошку в ладонь, метнулся к раковине и выплюнул остальное, брезгливо отряхнул пальцы, остановился, опираясь о тумбу и глубоко дыша, лицо было красное, на нём был шок и ужас.

Вероника взяла со стола полотенце и стала медленно вытирать руку, в комнате было так тихо, что глухой рык господина министра заставил вздрогнуть:

— Ты трясешь своим веником над моей едой.

Артур дернулся и попытался куда-то деть букет, сунул подмышку, чуть не уронив и измяв цветы, шумно сглотнул и замер, глядя в пол. Вера вытирала руки, медленно и тщательно, министр молчал, нагнетая атмосферу до тяжелого звона, потом холодно сказал:

— Госпожа Вероника оценила твои профессиональные навыки и попросила отменить твое отстранение, ты возвращаешься к работе. Но будь готов к проверке и переаттестации в любой момент. Все понял?

— Так точно, — прохрипел Артур, склоняя голову. Вера увидела краем глаза, как министр резко махнул рукой в их сторону, почувствовала поток воздуха, качнувший волосы, и подняла голову, пытаясь понять, что случилось. И увидела перед самым лицом мага зависшую в воздухе стальную звездочку.

Артур стоял белый как мел, Вера почувствовала, что сама вот-вот сползет по стеночке, маг медленно поднял глаза к висящей на уровне лба звезде, его кадык дернулся, как будто он пытается сглотнуть и не может.

— Действительно хорошая реакция, — прохладно констатировал министр. — Свободен.

Артур закрыл глаза и медленно выдохнул.

Министр достал из-за полы револьвер и дважды выстрелил ему в грудь.

Вера дернулась, Артур резко открыл глаза, посмотрел на лохматые дыры в рубашке, из которых по очереди выпали расплющенные пули.

— Не расслабляйся, — сказал министр, возвращая оружие в кобуру, — никогда. Иди.

Висящая в воздухе звезда упала, воткнувшись в пол, Артур медленно развернулся и нетвердой походкой вышел из кухни. Вероника смотрела на блестящую звезду, как загипнотизированная, потом наклонилась и выдернула её из досок, выпрямилась, провернула в пальцах, рассматривая светлую сталь шипов и мутно-графитовый квадрат в центре. Звезда оказалась такой тяжелой, что в это не верилось, Вера подошла к столу и осторожно положила её перед министром, тихо спросила:

— Что это за металл?

— Сталь, — ответил он, ладонью смахивая звезду в рукав, — утяжеленная магически. — Вероника кивнула и пошла обратно к тумбе, на которой оставила мешок, министр сказал ей в спину: — Она не пробивает череп, тем более, лоб. Максимум, что ему грозило — это царапина.

— Ясно, — тихо кивнула Вера и оперлась о тумбу, решая, браться ли за следующий цветок с такими онемевшими руками.

«Интересно, приходило ли вам в голову, что вы могли попасть не в лоб, а, допустим, в глаз? Хотя…»

— Что такое троеборье? — тихо спросила Вера, разворачиваясь к нему лицом, министр усмехнулся и довольным тоном ответил:

— Соревнования по стрельбе из лука, проводятся в столице Империи среди детей цыньянских аристократов, но в последние лет пятьдесят в них приезжают поучаствовать со всего континента.

— Ясно, — кивнула Вероника, рассматривая тарелки и все не решаясь взяться за новый цветок. Министр помолчал, потом мягко сказал:

— То, что придумал Двейн по поводу моих ран — неправда. — Вера подняла глаза, впервые решаясь посмотреть на него прямо, поймала ответный взгляд и опять потупилась, чувствуя как по позвоночнику потекли пушистые мурашки. Министр продолжил: — Это простое совпадение, вы не имеете к этому отношения.

«Дзынь.»

Вера с болью закрыла глаза, министр чуть смущенно усмехнулся:

— Я неточно выразился. Конечно, имеете — из-за нашего… разговора я принял необдуманное решение и пошел работать, чтобы немного развеяться, хотя не должен был. И в результате получил ранение по собственной неосторожности, что закономерно, это моя ошибка. Вы не должны переживать по этому поводу. — Она кивнула, молча опуская ресницы, вымыла руки и все-таки взялась за новый цветок, помолчала и наконец решилась:

— Как вы? — прозвучало слабо и жалко, ей сразу стало стыдно, роза расползлась и её пришлось начинать заново.

— Нормально, — равнодушным тоном ответил министр.

В гостиной раздались быстрые тяжелые шаги и в кухню ворвался встрепанный, красномордый доктор и с порога заорал:

— Где?! — увидел министра и набрал полную грудь воздуха, багровея лицом ещё гуще и упирая руки в бока: — Шен, сучий ты потрох, я тебя изничтожу! — Повернулся к таращащей глаза Вере и улыбнулся, меняя тон: — Здравствуй, Верочка.

Она кивнула:

— Здравствуйте.

— Ты! — опять повернулся к министру доктор, замахиваясь ладонью: — Как дать бы тебе по шее!

— Давай, — скучающим тоном ответил министр, — только справа, там место ещё есть.

— Ты! — засопел доктор, — ты… ты знаешь, кто ты?

— Теряюсь в догадках, — иронично шепнул министр.

— Ты — плохой пациент! Вера, воспитай его! — доктор указал Веронике на министра, как загонщик, отдающий команду «взять!», она с легким смущением улыбнулась доктору и опустила глаза, он тяжко вздохнул и уже серьёзно сказал министру: — Ты язык человеческий понимаешь, нет? Я сказал тебе лежать. Ты хочешь ещё неделю лечиться?