Мой любимый зверь! - Ольга Гусейнова

Влажный теплый ветер треплет пряди волос, выбившихся из косы, грозно шумит океан. Мы быстро идем по мокрому песку у самой кромки воды в обратную сторону. По пути подобрали наши почему-то не пригодившиеся общинникам вещи. Неужели их оставили валяться, потому что клеранцев попросту вычеркнули из списка живых? Ждали подкрепления из лагеря, опасались.

Жизнь в последнее время все больше походит на кошмар, из которого мне никак не вырваться. Да, я военный, но часто ли такие «секретарши», сталкиваются в реальной жизни со смертью лицом к лицу? Участвуют в боях? Разок, наверное, за всю профессиональную деятельность, а потом им годами оплачивают походы к врачам и компенсации за нанесенные психологические травмы. О чем я думала, когда соглашалась сотрудничать с АБНЗ? О деньгах и теплом местечке? Смотри, Пташко, не поджарься на Драуне, куда уж горячее, чем вариться в собственных кошмарах не во сне, а наяву.

И все-таки моя рука в сильной, загорелой руке Райо и он крепко держит ее. Пять дней на «Вселенной радости», потом Фортан, суд, теперь настоящий ад, а он рядом. Тащит, словно на буксире, прикрывает собой, кормит и защищает! Чем я заслужила? Откуда взялись его чувства? Вроде и не скрывает собственнические замашки, но при этом неизменно проявляет уважение, не поддельно-показное, а искреннее, какое чувствуешь каждой клеточкой. Почему любуется мной, даже сейчас, лохматой, с обветренным, перемазанным в грязи и крови, обгоревшим на солнце лицом, испуганной и постоянно сомневающейся? Наверное, даже жалкой, но уверенной лишь в одном: я люблю его больше жизни!

За что он любит меня? Неизвестно…

Берег начал сужаться, песок стал более рыхлым и вязким, подошва утопала — идти стало тяжелее. Я бросила косой, напряженный взгляд на своих спутников. Затем ощутила, как сжалась ладонь Райо на моей, когда впереди идущий Матео, обернулся и с тревогой посмотрел на своих друзей:

— То, что подгоняет, совсем близко. — И неожиданно предложил: — Либо игнорируем и бежим, либо готовимся.

— Поздно! — Райо дернул меня за руку и рванул к каменному выступу, высокому и каменистому.

Я нервно крутила головой. Только бы кто-нибудь нам на головы не свалился. Клеранцы отбросили мешки и выхватили ножи — а в следующее мгновение на пляж хлынула толпа мужчин в разномастной одежде, не новички, все «бывалые», с копьями. С трудом удержалась, чтобы тоже не вытащить нож, приказав себе помнить, что я — тень, не всего лишь, или только, а полноправная, практически официальная нидаш, которая обязана следовать за своим даш. Надо оправдать доверие моего мужчины: не вступать в драку, вверить ему свою жизнь. Не знаю, каково быть с ним в раю, но как же тяжело следовать за ним в пекло, если руки так и чешутся схватить нож.

Толпа аборигенов приближалась, словно стаю хищников в ловушку загоняла. Среди них я заметила конвойного, который привел подмогу. Гаденыш! Мокрый от пота, запыхавшийся, он пытался вернуть себе уверенный вид и выровнять дыхание. Пересчитав силы противника, я ужаснулась: тридцать один боец с пиками, ножами, один угрожающе закручивает пращу, того и гляди — вырубит булыжником.

Разномастное, но от того не менее грозное воинство рассыпалось напротив нас полукольцом. Бросаться в бой сразу не решалось — по-видимому, слава непревзойденных бойцов клеранцев и сюда докатилась. Среди общинников выделялась занятная парочка, приближавшаяся к нам чуть медленнее остальных: высокий, крупный мужчина в светлой легкой одежде и повязкой на голове, похожей на восточный тюрбан; за полу его длинной рубахи схватился… ребенок, наверное. Под длинной серой туникой, полностью скрывающей щупленького ребенка и тюрбаном, прикрывающим и нижнюю часть лица, сложно определить пол.

Ребенок в этом аду? Среди убийц и маньяков? Немыслимо!

Раздался облегченный возглас Матео:

— Наверное, это то, что меня мучило!

Одновременно с ним ближайший к нам бандит, крикнул мужчине в тюрбане:

— Неш, смотри как повезло, богатый улов! Целых две русалки!

Командир отряда Неш подошел ближе, ребенок, словно маленькая тень, не отставал. У меня екнула страшная догадка: девочка! Слишком большие и красивые серые глаза, грациозная походка, хотя ей лет восемь, не более. Дальше начались удивительные дела как для меня, так и для «загонщиков».

Сначала я разглядела саусы на лице бандитского главаря. В следующий момент, окинув желтым цепким взглядом наш отряд, он обратился к моим спутникам на клеранском, при этом они обменялись какими-то жестами. Из их разговора я четко уловила «нидаш», когда Райо приподнял наши руки с переплетенными пальцами. Неш по-клерански взглянул мне в лицо, сверкнул янтарными глазами, вежливо кивнул и тут же вернул внимание землякам. Заметно, что он взбудоражен нашей неожиданной встречей — не ожидал встретить на Драуне соотечественников. Даже не мечтал, судя по его напряженному и взволнованному виду.