Трактирщица - Дэлия Мор

— Ночью? — Кеннет пнул ножку кровати.

— Не покладая рук и не смыкая глаз, — съязвил в ответ Кантариус. — А что делать? Служба.

Напряжение между мужчинами я и без магии чувствовала. Тошнота усиливалась, мелкая дрожь пробегала то по плечам, то по рукам. Сирая предостерегающе покачала головой и шепнула: “Колдовать нужно было”.

Знаю. Но сейчас некогда.

— И всё-таки с излишним рвением придётся повременить, — сказал Кеннет и, расстегнув пуговицы куртки, достал из-за пазухи плотный конверт. — Здесь приказ Его Величества, отменяющий инквизиторскую проверку в трактире “Медвежий угол” и на прилегающих территориях. Ознакомьтесь, пожалуйста.

Тьма, до этого туманящая взор главы Клана Смерти, так и не выплеснулась наружу. Делири говорил холодно, отстраненно и настолько хорошо контролировал себя, что мне стало неуютно. Другой человек. Совсем другой человек.

Я следила, как Контариус медленно распаковывает конверт, словно надеялась сквозь бумагу рассмотреть приказ короля. Отмена? Отмена проверки инквизиторов?

Если бы Кеннет приехал раньше... Если бы я написала ему раньше, всего этого можно было избежать?

Я приложила ладонь к пылающему лбу. Всё бы отдала за чашку прохладного чая с мелиссой. Особенно свою меховую жилетку.

— Печать не узнаёте? — не выдержал долгой паузы Кеннет.

— Недоумеваю, как быстро Его Величество изменил решение, — Кантариус перебирал листы гербовой бумаги по-старчески сухими пальцами. — Что его побудило? Ещё сегодня утром...

— Приказ подписан два часа назад после тайного совещания. Стало известно, что лина Беринская оказала неоценимую услугу короне и за это была удостоена высочайшей милости.

— Какой именно вы мне, конечно же, не скажете, — продолжал язвить Великий Инквизитор. — Знаю, знаю, совещание было очень тайным. Но проверка уже дала интересные результаты. Чуть раньше, чем на приказе высохли чернила, мои люди обнаружили на землях трактира “Медвежий угол” источник магии. И я не могу о нём умолчать. Согласно законам нашего королевства, источник следует передать Инквизиции. Вне зависимости от того, насколько щедро была осыпала высочайшей милостью лина Беринская.

Значит, ничего не изменилось? Меня не казнят, но с землёй придётся расстаться. А что делать дальше? Детям придётся вернуться в старое здание приюта. Это если их не заберут из-за проснувшейся магии. А куда деваться Нэди и Руфусу? Чем буду заниматься я?

— Ощущение, что после решения одной проблемы появляется десять новых, — проговорила себе под нос, но Сирая услышала и кивнула.

Интересно, какую неоценимую услугу я оказала монарху и своей замечательной родине, что стоила она ровно трёх смертных приговоров? Досыта накормила фитоллийскую ведьму? Или едва не дала доступ к источнику Паучихе? Вот так услуга, просто герой всея Бессалии.

— Судьба источника вас не касается, лин инквизитор.

— Это когда же такое было? — фыркнул Кантариус и встал со стула. Пол под его грузной тушей жалобно заскрипел. — Может быть, по вашему разумению, судьба источника его хозяйке тоже не принадлежит? Сомневаюсь, что лина Хельда запросто откажется от трактира, а ведь ей не по одному закону не позволят его оставить.

— Мнение будущей лины Делири вас тоже не касается, — отрезал Кеннет. — Если у вас остались вопросы, вы можете задать их в канцелярию Его Величества.

— Я хочу поговорить с хозяйкой, — лицо Кантариуса побагровело, он шумно дышал, раздувая ноздри. Не стоило даже надеяться, что Коршун выпустит добычу из когтей. Поздно. Столько лет ждал, лелеял мечту о мести, почти получил своё, до постели со мной оставался один шаг. И вдруг фитоллийский выскочка недвусмысленно прогонял его из трактира. — Где Хельда?

— Вы плохо слышите, лин Кантариус? — Кеннет шагнул к инквизитору и будто бы невзначай положил ладонь на рукоять меча. — Ваша проверка и ваша служба здесь окончены. В комнате на ночь вам отказано. Вот дверь, вот порог. До свидания.

Кантариус не испугался. Я помнила, как он высокомерно заявлял: “Мне плевать на вашего жениха”. Но одно дело - запугивать слабую женщину, и совсем другое — бросать вызов главе Клана Смерти. Хватит ли злости? Или разум вернётся за мгновение до того, как Кеннет обнажит меч?

— Хорошо, — выцедил сквозь зубы Кантариус и, сгорбившись, вышел из комнаты.

Не верилось, что всё закончилось. История с инквизитором не могла завершиться вот так — тихо и мирно. Поговорили двое мужчин без свидетелей, и я спасена. Ни слёз, ни нервов, ни унижений.

Я устало улыбнулась ведьме напротив и прикрыла глаза. На лестнице раздались шаги. Кантариус подошёл и остановился рядом. Хотелось сказать что-то остроумное, с привкусом яда, но в голову приходили только банальные требования бежать, пока лин Делири не передумал отпускать его.

— Всего доброго, лин Великий Инквизитор, — всё так же не открывая глаз, попрощалась с бывшим женихом я. Ответа не услышала. Только грохот шагов, будто Старый Коршун срывал зло на деревянном полу.

— Ты ему ещё белым платочком вслед помаши, — усмехнулась Сирая, возвращая "окно". А я даже не заметила, как ведьма его скрыла.

Кеннет всё ещё стоял в угловой спальне и смотрел на заправленную для Кантариуса постель. Я думала, не пойти ли к нему? Выдохнуть и спросить о неоценимой услуге королю и о судьбе источника, чтобы разговор вышел спокойным и взвешенным. Меня до сих пор колотила мелкая дрожь. Но теперь из-за перепада настроения от чёрного отчаяния к робкой надежде. О, боги, пусть всё будет хорошо.

Глава Клана Смерти достал из кармана зеркало и посмотрел в него.

— Пруст или Сокол, как слышите меня?

— Пруст здесь, лин Делири, — прозвучал незнакомый голос и по зеркальной глади пошла рябь. Лицо Кеннета превратилось в отражение другого мужчины. Черноволосого, небритого и с усталым взглядом.

— Мне нужна жизнь одного человека, — отчеканил мечник. — Великого Инквизитора Кантариуса.

— Поножовщина в подворотне? Сердечный приступ?

— Нет, тоньше. Нелепая случайность без единой ниточки к заказному убийству.

— Будет сделано, лин Делири, — склонил голову собеседник.

— И Пруст. Я хочу, чтобы он страдал перед смертью. Знаю, ты умеешь.

Кеннет услышал короткое “да” и убрал зеркало, но я успела увидеть полную яда улыбку Пруста.

Впервые за долгое время вспомнила, что Делири не просто чиновник из Фитоллии и искусный мечник, а глава Клана Смерти, в подчинении у которого хладнокровные убийцы. И мой жених только что связался с одним из них и запросто потребовал жизнь Великого Инквизитора. Боялась ли я Кеннета после этого?

С одной стороны — стало не по себе от того, насколько обыденно всё происходило. "Я хочу, чтобы он страдал," — колючая улыбка в ответ и всё. Кантариус обречён на мучительную смерть. А с другой — я несколько часов назад задумалась над тем, чтобы убрать старого Коршуна. Кто знает, может быть, этим и закончилась бы сегодняшняя встреча с ним. Моя магия сходила с ума. Один всплеск отрицательных эмоций — и нет Какариуса больше. Но разница в том, что мне пришлось бы за это отвечать, потому что скрыть смерть инквизитора я не в состоянии. А на стороне Кеннета внушительный опыт и армия незаметных убийц.