Клоп - Илья Шананин

— Патвин боится ее? — оживился Пиус.

— Надо полагать. Господин Ривилиан рассказывал, как однажды она того прибить хотела.

— Когда?

— Давно было. Вот бы автограф попросить, это был бы номер. Давно, господин Ривилиан сам того случая боится. В кабинете Патвина собрались, он сам, Черазира и Коэл Клоп, а господин Ривилиан неподалеку был и слышал, как из того дух вышибали. Представляю, что она со мной за автограф сделает, наверное, ноздри на уши натянет. Вообрази меня с такими растяжками.

— А что конкретно она говорила?

Снук не мог помочь, и Пиус неожиданно для них обоих решил немедленно разыскать господина Ривилиана.

Шагая по коридорам отеля, мальчик выслушал историю о том, как Лирудж записалась в Золотые Ленточки, но он плохо следил. Пока они искали господина Ривилиана, им встретилось несколько служащих с тем же намерением, правда, интересующихся стариком по хозяйственной части. Нашелся же тот в столовой для персонала за чисткой картошки.

— Господин Ривилиан, — начал Снук, — вас разыскивает пол-отеля. А у меня напрашиваются два вопроса. Почему вы чистите картошку? И откуда она у вас здесь?

— Вот, попросил по лифту пару ведерок прислать, чтобы без дела не сидеть, — скромно проговорил господин Ривилиан.

— Ну, мне, собственно, все равно, что вас другие разыскивают. Мы к вам с бедой. Пиус хочет узнать про случай с Черазирой. За что она на Патвина ополчилась… — Он посмотрел на Пиуса. — А, ну и когда это точно было?

— Вы не помните, о чем они говорили в кабинете Патвина? — спросил Пиус.

— Нет, сынок, не разобрал, — извинился господин Ривилиан. — Испугался я, так она его ругала, Патвина. И таким и сяким называла, болваном проклятущим. Господину Клопу уже нездоровилось, но он с постели встал и с ними в кабинете закрылся. Его я не слышал, да и Патвина, одну эту женщину было слышно… по всему третьему полуночному… и одни ругательства. А когда было? Помню, что накануне большого несчастья, известия о смерти Глэты.

Об этом Пиус рассказал своим друзьям в тот же вечер. Джозиз и Лил вместо него встретили Крочика, а Элберт нашелся сидящим на скамейке на Этаже Жабы.

— В чем, по-твоему, Патвин мог провиниться? — спросила Джозиз.

— Не знаю, но все серьезней с учетом, что это может быть еще не Патвин.

— А вдруг Черазира как раз набросилась на него с разоблачением, что он Риксил? — предположила Лил.

— А Коэл Клоп, допустим, не поверил ей, — продолжил рассуждать Пиус. — И оставил его в отеле.

— Ну, а скажите, стали бы вы называть человека, которого обвиняете в том, что он выдает себя за другого, болваном? — спросил Крочик.

— Не похоже, — согласилась Джозиз.

— И еще: если бы Патвин был Риксилом, что ему нужно в отеле?

— Я уверен, он тут по заданию Ордена Пяти, — сказал Пиус.

— Я могу поверить, что орден интересуется отелем, — сказала Джозиз, — но что Риксил столько лет выдает себя за Патвина — это чересчур. Риксил, мы знаем, любил показываться, а не прятаться. Раз о нем теперь не слышно, наверное, он умер. К тому же он продолжал давать знать о себе, когда Патвин уже работал в отеле.

— Орден мог просто распускать слухи, чтобы создать алиби, — заметил Пиус.

— Это тот орден, который обычно все утаивает, из-за чего и конфликтовал с Риксилом?

— Если на то пошло, для сведений о происходящем в отеле помимо Патвина нашлось бы немало ушей и глаз, — сказал Крочик.

— Но Патвин удобней, через него проходит столько информации, — сказал Пиус.

— Удобно, чтобы следить за постояльцами, — сказала Джозиз. — Но в отеле, кстати, еще есть игис, и он наверняка ужасно дорогой. Помните, как в стихотворении: "Повсюду влечет его золотишко"?

— Считаешь, воришка из стиха связан с Орденом Пяти? — удивилась Лилил.

— Не обязательно. Им может оказаться и Бамбур. В тоннелях тоже полно игиса. Стих просто пришел в голову, а вообще, камень пригодился бы всем.

Ребята посмотрели на фонарь с игисом посреди комнаты. Со временем тот совершенно погас. Неизвестно, каким точно образом его следовало заряжать, однако сколько бы ребята ни держали его перед окнами на солнце, а потом как бы быстро ни накрывали, в темноте после этого камень все равно отказывался светиться. Они решили, что либо просто испортили его, привезя на "Башни", либо у племени были специальные технологии.

— Немного-то за этот выручишь, — рассудила Лил, — еще докажи, что игис.

— Кажется, ты на что-то решаешься, — обратился Элберт к Пиусу, который сидел, о чем-то задумавшись.

— Есть одна мысль, — признался тот.

— Думаешь проверить Патвина? — догадалась Джозиз.

— В этой истории с Черазирой есть что-то важное. По сведениям от господина Ривилиана, происходило все десять лет назад. А что еще, мы знаем, случилось в это время? В отеле появился незнакомец, выдающий себя за Патвина.

— То есть выходит… — пыталась понять Лил.

— Сам не знаю, но чувствую связь. Возможно, Черазира догадалась, что не он Риксил.

— Я поняла, — сказала Лил, — ты хочешь поговорить с Черазирой.

— Нет, — ответил Пиус, — отправиться к Патвину, чтобы разоблачить его.

— Но ты говоришь, это Риксил, то есть пират и член Ордена Пяти, так не находишь ли свою затею, мягко говоря, безумием? — с улыбкой спросила Джозиз.

— Об этом я и думаю. Сперва хотел попросить Эла последить за ним. Но теперь вот что пришло мне в голову: пусть он Риксил, все равно, похоже, считает Черазиру опасной. Пока она остановилась в отеле, это удобный момент. Вы будете наготове, чтобы позвать ее, а Элберт пойдет со мной, и если выяснится, что я прав, он предупредит вас. Я потяну время.

— Если бы мы как-то иначе узнали, что он Риксил, смогли бы использовать это, — заметил Крочик.

— Он слишком долго скрывался и все продумал.

— Собственно, что ты ему скажешь? — спросила Джозиз.

— Так и скажу, что считаю его Риксилом, и попрошу показать плечо.

— Ах, ясно, но тогда это убедит тебя и в обратном.

Лил сразу заявила, что не пропустит этого. Хотя Пиус настаивал, что отправится вдвоем с Элбертом, с ней нельзя было договориться, ведь обнажающегося перед Пиусом Патвина она непременно должна увидеть своими глазами.

Стоило мальчику поделиться своим замыслом с друзьями, тот уже воплощался. Ребята спустились в холл, спросили, у себя ли Патвин, оказалось — да, спросили, в номере ли Черазира и где ее номер. Она тоже была у себя, а номер ее располагался на Пятой Зоне. Все проверив, Джозиз с Крочиком заняли скамейку в коридоре как раз недалеко от номера семьи Прелтит, Пиус же с Элбертом, а с ними и Лил отправились на третий полуночный этаж, где находился кабинет Патвина. Пиус снова попытался отделаться от Лил, но Джозиз вроде не сильно волновалась за сестру. Крочик даже не знал, кого поддержать: пожелать другу удачи или как Джозиз сделать вид, что опасности нет.