Калинка-малинка для Кощея - Марина Комарова

– Страдайте, как мы с вашей матерью страдали, – обнадеживал дорогой свекр, обращаясь, правда, к сыновьям. – Доля не упустила возможности восстановить равновесие.

Порой хотелось сказать, что Доля та еще штучка и уж скорее тут дело рук ее сестрицы Недоли, однако… что за разговоры о богах? Все равно ж не получится ничего хорошего, а небожители еще подслушают и зло затаят.

– Пусть помогают, – ни капли не смутился Дивислав. – А то с тобой скоро будет нечто страшное. Впрочем… со мной тоже.

– А представь, у нас родились бы близнецы? – невинно поинтересовалась я.

– Не приведи вся умрунская деревня, – пробормотал он, сотворив нечто похожее на обережный жест.

В этот момент я поняла, что и сама-то пошутила не очень остроумно. Двух Деян представить не получается. Точнее, получается, но вот последствия… Я сглотнула.

– Раздавишь мне руку.

– Ой, извини, – очнулась я.

– Ну уж нет! – притворно возмутился супруг.

И прежде чем я смогла возразить, стиснул меня в объятиях и прижался к губам. Голова пошла кругом, вмиг стало не до луны, реки и проказ дочери. Поцелуй обжигал, заставлял кровь быстрее бежать по венам, не давал спокойно вдохнуть. И пусть мы жили вместе, теперь уже разделяя хлопоты и быт, все равно от поцелуев мужа в груди делалось горячо и сладко.

– Так ты меня за этим сюда привел? – шепнула я в его губы, когда наконец-то поцелуй прекратился.

– Ну… – Дивислав сделал вид, что раздумывает. – А есть варианты?

– Ну не прямо же здесь! – возмутилась я.

Что за новости! Даже будучи девицей никогда на сеновалы не ходила! Хоть зовущих было предостаточно, но… многие соображали сразу, а кто проявлял чудеса непонимания, очень близко знакомился с моим ухватом. Многие потом обходили дом чудесницы десятой дорогой. И правильно делали. Тут разве что Дивислав оказался совсем не обидчивым и упорно преследовал цель. Цель, в смысле я, некоторое время посопротивлялась, но потом перестала. А толку?

– У меня, кажется, есть годное предложение, – сказал Дивислав с самым серьезным видом, обвивая двумя руками мою талию.

– И какое же? – поинтересовалась, стараясь не думать о том, что последнее время Дивислав строил мне в подарок отдельный домик, ибо по законам Кощеевым жене любимой положен отдельный терем.

– А вот и увидишь, – довольно заявил он и подхватил меня на руки.

И в этот миг стало как-то совсем не до плеснувшей за спиной воды и странных скрипов. Если бы хоть на какое-то время оторвалась от сладких губ Дивислава и посмотрела на место, где мы стояли, то увидела бы, что через реку перекинут переливающийся алым огнем мост, царственный, огромный…

А рядом сидит большущий филин и деловито уплетает перезревшие виноградины. Со смаком уплетает. И смотрит вслед Кощеевой чете. А еще тихонько переговаривается с мостом:

– Что вздыхаешь? Ну, что ты вздыхаешь? Смотри, какая пара красивая! И дочка у них хорошая, и будет все хорошо!

А мост тихонько поскрипывает, то ли соглашаясь, то ли умиляясь.

Филин рассматривает последнюю горсть виноградин, потом с размаху плюхается на траву, прямо на ощипанный детской ручонкой хвост.

– Пусть пока побудут счастливые. Они ж пока не знают, что завтра весь дом Кощеев на крышу встанет.

* * *

Я всегда знал, что добром это не кончится. И даже тихая ночь не смогла обвести вокруг пальца. Прибывшие домовые Калинки вели себя шустро и деловито, на удивление быстро подружились с нашими и не стали заводить свои порядки, а приняли существующие. Чем вызвали уважение всех сразу, мое в том числе.

Деяна сладко посапывала на моей кровати. Истории о приключениях темного ведуна и его возлюбленной, прекрасной валькирии, в чудесном городе Ильграде ей явно пришлись по вкусу. Во всяком случае, засыпала она под них просто чудесно.

Перед тем как лечь самому, я еще успел переброситься парой слов с Василием. Удивительнейший экземпляр, кстати. Жаль, не узнать, как такое сокровище оказалось у родителей Калины. Оборотни-помощники обычно не любят сидеть возле людей. А этот Калину одну не оставит. Любит ее, помогает во всем. Делает, конечно, все не сразу и не всегда вовремя, но делает же!

С этими мыслями я и заснул. А утро началось с того, что племяшка активно требовала маму и завтрак. Благо Калинка вернулась как раз вовремя, взяла чадо на руки и унесла в свою светлицу.

Я уже было выдохнул спокойно, но…

В дверь постучали. А потом, не церемонясь, распахнули. Узрев на пороге матушку, понял, что про спокойный день и исследование присланных Могутой солнечных трав для лечения Зирьяны можно забыть.

– Так, хватит валяться! – скомандовала она. – Приводи себя в порядок и спускайся к нам.

– Это зачем? – подозрительно поинтересовался я, серьезно раздумывая над тем, чтобы резко прикинуться убогим и хворым.

– Пророчествовать будут, всем присутствовать обязательно. Тебя это тоже касается.

Я только тяжело вздохнул. Вот так и знал! Не ходит беда одна! И Лишка всегда приходит в самый неподходящий момент! (А если учитывать мою особую любовь к ней, то этот момент для нее – всегда!)

В этот раз Лишка превзошла сама себя. Вырядилась так, словно на праздник к самому князю къевскому собралась. Столько побрякушек на одной женщине я еще никогда не видел!

Правда, тут же закралась мысль, что все же она отыскала тайный ход к нашим сокровищам и попросту высыпала весь сундук на себя. А сундуки у нас в человеческий рост. Вот и представляйте размер бедствия.

В этот раз все собрались прямо в комнате для гостей. Лишка неожиданно вместо привычной циновки и своих штучек для пророчеств притащила огромный шар. С человеческий локоть в диаметре. Хрустальный, изумительно отшлифованный – ощущение, что не из камня сделан, а застывшая вода. Но живая вода, волшебная, а не лед с реки.

Калинка в первый раз лицезрела «кощеевскую пророчицу». Выражение лица моей невестки было прекрасно. Одновременно показать «Боги, что это?», «А, это к нам?» и «Уважаемая Рада, кажется, к нам пришли скоморохи» – талант. Потом Калинка медленно перевела взгляд на меня и молча приподняла бровь. Я только развел руками. Она покачала головой и крепче прижала к себе Деянку. Та, кстати, Лишки совершенно не испугалась и осматривала с живым интересом. Приблизительно такого толка: «Какая восхитительная погремушка! Я бы ее потрясла!»

Кстати, склонность к разрушению у чада налицо. Поэтому чудесницкие способности Калинки явно тут не на первом месте. Еще посмотрим, какого жару задаст нам дитятко, когда подрастет.

– Просим простить за задержку, – раздался голос отца.

Он с Дивиславом осматривал укрепления у реки. Водяной попросил прийти пораньше, но, видимо, разговор затянулся. В итоге собралась вся наша семья. Да еще и гостившая Забава. С ней, кстати, я пока вообще не мог понять, что происходит. Девушку явно пытались охмурить в две дудки Лель и Горыныч. От последнего я вообще не ожидал, честно говоря, но это такое дело. Все мы в чем-то люди, даже Кощеи и Горынычи. Забава, нужно отдать ей должное, совершенно не смущалась и живо бегала на свидания к обоим. Любопытно, чем все это закончится. Но пока что никаких прогнозов делать не рискну.