Там, где тепло - Павел Корнев

Хотя, судя по брызгам крови на стене, один из секущих ударов перехватил артерию, и, возможно, головорезу повезло в считаные секунды истечь кровью.

А зная особенности поведения своего альтер-эго, могу с уверенностью предположить, что смертельным был самый первый удар. Не в его – моих? – привычках оставлять противнику шансы продырявить себе – нам? – шкуру.

– Что делать-то будем? – вновь не выдержал Напалм, который закурил, пытаясь перебить запах крови. – Если пойдем сдаваться, нас тут надолго закроют!

– Сдаваться?! – вскинулась Марина. – Ты в своем уме?

– Никто сдаваться и не собирается. Время у нас еще остается – думаю, с час.

Карманы покойника оказались ожидаемо пусты; я оставил его в покое, проверил, насколько хорошо протерт диван, и плюхнулся на него, нисколько не беспокоясь, что мои ботинки едва не касаются изуродованного лица. Неожиданно накатила апатия, и хотелось лишь завалиться навзничь и бездумно смотреть в потолок, покачиваясь на волнах плескавшегося в голове дурмана.

– И что ты собираешься делать? – Рыжая кинула на пол перепачканную в крови тряпку и сполоснула в ведре руки. – А?

– Для начала я хочу выяснить, что именно тут произошло.

– В смысле?

– В смысле, зачем вообще кому-то понадобилось на нас нападать?

– Ну, мало ли что могло прийти в голову этим беспредельщикам, – тут же заявил Напалм. Не очень, впрочем, уверенно.

– Чушь! – отмахнулся я. – Они точно знали, за чем пришли. Так, Марина?

– Представления не имею, что им могло понадобиться, – не моргнув глазом, пошла девушка в отказ.

– Вообще не в курсах, – закивал пиромант.

– Тебе верю, – ткнул я указательным пальцем в Напалма и перевел взгляд на рыжую. – А тебе – нет.

– Евгений…

– Послушай меня! У нас на руках три трупа, но я и пальцем не пошевелю, чтобы избавиться от них, прежде чем ты мне все не объяснишь. И не надо голову морочить. Ясно ведь, что тебя подрядили в перевозчики, и Напалм охраняет вовсе не меня. Поэтому рассказывай, и будем решать, как быть дальше.

– Да чего там решать… – буркнул пиромант.

– Я везу в Северореченск неограненные алмазы, – вздохнула присевшая на другой край дивана Марина. – Ну, доволен?

– Кто тебе их дал, с какой целью и кто посторонний мог об этом знать?

– А обязательно об этом сейчас говорить?

– Если хочешь добраться до Северореченска целой и невредимой – да. Как много алмазов, кстати?

– Чуть больше ста граммов.

– Сколько?! – присвистнул Напалм. – Чтоб я так жил!

– А почему их просто не продали колдунам для заливки магической энергии? – потер я подбородок. – Гимназисты с руками бы оторвали.

– Цены не те, – поморщилась девушка. – Камни разные, средний вес около пяти каратов. Цвет и чистоту оценить сложно, но если продавать алмазы в нормальном мире, выручить за них получится порядка миллиона долларов.

– Неплохо, – кивнул я. – По меркам того мира. Вот только есть одна проблема…

– Нам удалось выйти на кондуктора, который может переправить их туда и рассчитаться товаром.

– Бартер на миллион зеленых? Сомнительно. – О кондукторах мне доводилось слышать самые невероятные байки, но в то, что кто-то из них, таская из нормального мира товары народного потребления, умудрился отложить пусть не сто, а хотя бы и пятьдесят тысяч золотом, не верилось совершенно.

– Часть он оплачивает серебром, часть оружием. Остальное в рассрочку, – вздохнула девушка.

– И кто мог знать об алмазах?

– Не представляю. Но Селин их в Форте светить не хотел. Даже от идеи огранить отказался, хотя так намного выгодней выходило.

– Это Селин тебя на это дело подрядил?

– Да.

– Понятно. Теперь понятно… – Денис в последнее время остепенился, но еще не так давно водил знакомства с очень мутными людьми. Вполне мог и с Семерой делишки обделывать. И если это его бывшие партнеры решили прибрать к рукам чужую долю, то визит громил становился вполне объяснимым.

– Что тебе понятно?

– Кто-то трепанул лишнего, вот что понятно.

– Да какая теперь разница?! – не выдержал пиромант. – Надо от трупов избавляться!

– В топку их!

– Чего?! В какую еще топку? Как мы их в котельную незаметно пронесем?!

– Шучу. – Я поднялся с дивана и расстелил на полу окровавленную простыню. – Завернем, чтобы с них в коридоре не натекло, и в сугробах закопаем.

– Может сработать, – кивнул Напалм.

– А если они не одни были? – вздрогнула Марина.

– Будем надеяться, остальные решат, что подельники сорвали джек-пот и решили их кинуть, – скривился пиромант, помогая мне заматывать простыней первого мертвеца. – Всех сразу закатаем?

– Да.

– А пропажу простыней как объясним? – забралась рыжая с ногами на диван.

– Придумаем что-нибудь, – пожал я плечами и попросил Напалма, выдернувшего свой нож из шеи второго покойника: – Помогай!

Кое-как покончив с этим на редкость неприятным делом, я с кряхтением выпрямился и указал пироманту на дверь:

– Выйди в коридор, осмотрись.

Парень отодвинул засов, приоткрыл дверь и вернулся ко мне.

– Никого. Потащили!

Я ухватился за куль с одной стороны, пиромант – с другой, и мы поволокли мертвеца на улицу. Едва не уронив на пол, протащили страшный груз по коридору и прямо с крыльца, как следует раскачав, зашвырнули в сугроб. На фоне снега белая простыня почти не выделялась, и, не опасаясь, что покойника обнаружат, мы отправились за следующим телом.

Подхватили, уволокли, выкинули.

С третьим все оказалось не так просто – здоровенный бугай весил под центнер, и я едва не надсадился. Пересилив мягкое оцепенение Л-13, в спину вкрутилась боль, и поэтому, сунув Напалму найденную среди составленных в угол лентяек и швабр широкую фанерную лопату, я согнулся, с трудом переводя дух.

Морозный воздух обжигал щеки и забирался под рубашку, но пребывание на холоде хоть немного прочистило мозги, и, пока пиромант закидывал снегом тела, я оставался на улице.

Ночь, темное небо, проглядывающая через прорехи в облаках луна, светлая перина укутавшего землю снега. И три трупа…

Романтика, блин…

Удовлетворенно оглядев едва заметные белые холмики, Напалм вернул мне лопату и криво улыбнулся:

– До весны не будить!

– Циник ты.

– Есть такое дело, – согласился парень и сунул в рот сигарету, на конце которой немедленно сам собой заалел огонек. – Идем?