Шестой знак. Том первый - Александра Лисина

– Да, – уныло кивнул «дворецкий», снова открывая телепорт. – Через несколько синов от него даже памяти не останется.

– А если останется, – добавил уже от себя командир, – то кое-кто сильно об этом пожалеет.

Я только хмыкнула, заходя в услужливо распахнувшуюся воронку, и облегченно вздохнула, когда та, наконец, отрезала нас от негостеприимного помещения. А потом еще и здорово удивилась, впервые за несколько дней оказавшись не в каменном мешке, а посреди изящной резной беседки, увитой от пола до потолка какой-то разновидностью местного плюща.

Причем мы оказались не в замке – вокруг шелестела потревоженная ветром листва, где-то неподалеку самозабвенно звенели комары, вовсю переговаривались певчие птицы, шагах в тридцати, если мне правильно показалось, журчал бойкий ручеек… да что там говорить! После загонов с вишерами мы словно в раю оказались! Здесь можно было дышать полной грудью! Не опасаться, что откуда-то вновь пахнет свежим дерьмом! Спокойно оглядываться, с радостью встречать пробивающиеся сквозь густую листву крохотные и совсем неопасные солнечные лучики. И просто радоваться царящей вокруг благодати, потому что беседка была каменной и надежно укрывала наши головы от местного агрессивного светила, а имеющиеся проемы между арками полностью закрывали туго переплетенные между собой ветки плюща. Не давая пробиться внутрь ни мошкам, ни кусачим осам и никакой иной живности, которой, если судить по моим ощущениям, вокруг водилось немало.

Жаль только, что и пол в беседке оказался каменным, и я не могла по-настоящему ощутить эту землю. Но уже то, что мы оказались на улице, а не в душном дворце, вселяло определенную надежду.

– Спасибо, Ниг, – с чувством сказала я, с удовольствием оглядывая беседку. – Ты настолько меня порадовал, что я готова забыть обо всех неприятностях.

– Спасибо, госпожа, – пробормотал слуга, тревожно шевельнув ушами. – Но я бы настоятельно не советовал вам тут задерживаться. Поверьте, господину это очень не понравится.

– Ему что, жалко? – удивилась я такой глупости. – Ты только взгляни, как тут хорошо! А снаружи, наверное, еще лучше! Как можно прятать такое чудо вдали от тех, кто готов им искренне восхищаться?!

– Вы не понимаете, – нервно оглянулся Ниг. – Сад находится под прямым запретом. Никто, кроме «зеленых», не имеет права сюда заходить.

– «Зеленые» – это тоже слуги? – поинтересовалась я, чувствуя, что маленького помощника начинает заметно потряхивать.

– Д-да. «Серые» – слабые маги и годятся только для выполнения черновых работ. «Коричневые» более полезные, но тоже не имеют почти никаких прав. «Синие» служат в охране, оберегая дневной покой повелителя. Такие, как я, предназначены для обслуживания гостей. «Бордовые» следят за комфортом самого господина, а «зеленые»… они другие.

– Тоже маги? – предположила я.

– Да. Только они умеют с лесом разговаривать. Могут задобрить землю, выпросить у неба дождь и даже уговорить растения, чтобы давали по три урожая за сезон вместо одного.

– Значит, они стихийники?

– Нет, госпожа, – замотал головой Ниг. – Но господин их особенно ценит и только им дозволяет заходить в свои сады, чтобы те цвели и благоухали круглый год.

– Зачем? – не поняла я. – У вас же тут зим не бывает. Да и дожди, как я слышала, идут строго по расписанию. Все и так должно расти, как на дрожжах, тем более при таком-то солнце. Зачем требовать от земли и неба большего?

– Я не знаю, – нервно поежился Ниг. – Но к «зеленым» лучше не приближаться. Пойдемте отсюда, госпожа. Я выполнил свое обещание – показал вам сад. А теперь давайте вернемся, пока кто-нибудь не услышал наши голоса. Тем более что творить отсюда портал намного сложнее, чем из «проходной» – нужно, чтобы после нас следов никаких не осталось. А для этого мне придется повозиться.

Я вздохнула.

– Хорошо, готовь свой портал и заметай следы. Я сейчас приду.

«Дворецкий» радостно закивал, тут же ринувшись в центр беседки, да еще с такой скоростью, как будто от этого и правда зависела его жизнь. Присев на корточки, принялся что-то торопливо чертить пальцем прямо на камнях, при этом бормоча под нос какую-то тарабарщину. И на какое-то время полностью забыл о нас.

– Здесь творится что-то непонятное, – вполголоса заметил господин Иггер, подойдя ближе. – Странные ограничения… какие-то нелепые запреты… вполне возможно, этот сад опасен.

– Не могу с вами согласиться, – так же тихо ответила я, осторожно прикоснувшись к плющу и прислушавшись к ощущениям. – Мне кажется, тут кроется что-то иное, и дело вовсе не в этом.

– А в чем тогда?

– Пока не знаю… – я легонько погладила тонкий стебелек и улыбнулась, когда по нему пробежала едва уловимая волна удовольствия. – Этот сад живой. Он меня слышит. И откликается так, как откликнулась бы любая травинка на моей Равнине.

– Миледи, будьте осторожнее, – моментально напрягся командир. – Кто знает, к чему могут привести даже мимолетные прикосновения? Помните, что было с лесом?

Я вздохнула и с сожалением выпустила завившийся колечком плющ.

– Вы правы. Пока еще рано открывать все карты и демонстрировать свои возможности. Хотя, наверное, именно этого от нас и ждут.

– Кто ждет? – не понял валлионец.

– Повелитель. Дворец. Сад, – задумчиво откликнулась я, проследив за тем, как лишившийся поддержки стебелек встрепенулся и принялся настойчиво ощупывать усиками воздух. А когда не нашел моей руки, огорченно поник и загнулся в невообразимый крендель, похожий на недовольно поджатые губки у обиженной красотки. – Странно все это… но чтобы разобраться, мне обязательно нужно пройтись по этой земле и коснуться ее по-настоящему. Тогда, в лесу, у меня почти получилось, но Купол помешал дотянуться до границ.

Господин Иггер подозрительно прищурился.

– Вы думаете, что здесь тоже есть Знак?

– Конечно. Но такое впечатление, что он еще неактивен. Или активен, но как-то кусками: тут откликается, там еще крепко спит… я его почти не чувствую. Хотя если бы мне позволили взглянуть на этот сад поближе…

Неожиданно плющ на беседке зашевелился. Сперва задумчиво и словно бы неуверенно, но затем все быстрее и быстрее зашелестел своими ветвями, привлекая к себе внимание. Почти сразу его листья встопорщились, целеустремленно вытянулись в мою сторону. А потом… я глазам сперва не поверила!.. в одном месте медленно и торжественно разошлись, открывая небольшой проход, за которым царили самые настоящие непроходимые джунгли.

– Нет! – горестно вскрикнул Ниг, заметив, что обстоятельства изменились. – Нет! Так не должно быть! Я не мог повредить охранные заклятия!

– Боюсь, дело вовсе не в тебе, – пробормотала я, подставив левую руку требовательно тянущемуся сверху усику. – Кажется, нас недвусмысленно приглашают прогуляться.

– НЕТ! Госпожа, не выходите! – едва не сорвался на крик «дворецкий». – Это смертельно опасно! Этот сад терпеть не может чужаков! Вы погибнете!