Ворриор и Пиас. Гнев богов - Стелла Так

– Бегите к лифту! – зарычала я и затрясла Пиаса. – Я передумала. Приводи взрывчатку в действие! – сказала я ему.

Магия Зевса заставила всю комнату дрогнуть, и я поскользнулась, уронив при этом Пиаса на пол. Вирус нажал на кнопку вызова лифта.

– Залезайте! – крикнул он, когда двери открылись.

– Возьми Пиаса! – задыхалась я, пытаясь подняться с пола.

Вирус схватил моего возлюбленного, а Мэдокс помог мне подняться. Мы побежали к лифту, Пиас использовал все оставшиеся силы и метнул в богов молнию. Она дрогнула, словно змея, зашипела, пронеслась по комнате и ударилась об пол прямо перед Зевсом. Все было будто в замедленной съемке. Пыль поднялась столбом. Лицо Зевса исказилось в гримасе. Двери лифта были открыты, и Мэдокс прижимал меня к себе. Его сердце бешено колотилось. Бум-бум. Бум-бум. Бум-бум. Я хлопала глазами. Под нашими ногами что-то грохотало, будто поднимающееся в стойку животное. Пыль улеглась, и двери кабины стали закрываться. Серые глаза Зевса бешено сверкали. В этот момент из-под земли вырвался огонь, и раздался оглушительный взрыв. Лифт качнулся, а через секунду весь этаж большого холла охватило пламя. Двери наконец закрылись под испуганные визги старых богов.

Мы слишком громко дышали в этой маленькой коробке. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Лифт остановился. Я качнулась, но удержалась, схватившись за Мэдокса.

– Надо идти. Быстро, – сказал Вирус, чьи проводки на лбу отчаянно завопили. Или это был Чейн? Я уже запуталась.

– Быстро, – тихо повторила я, и это было моей единственной реакцией. Шаг за шагом я заходила все глубже в пещеру, пока мы не остановились перед Тартаром.

– Его рот закрыт, – прошипел Вирус. – Ворриор, поговори с ним!

– Эй… Эй, открой рот. Пожалуйста! – мой голос был слишком высоким и пронзительным.

Тартар и не пошевелился. Он просто лежал и… спал?

– Проснись! – громче крикнула я. Все еще никакой реакции. – Сейчас же! – мой голос дрогнул в конце, как будто я пробежала марафон. Ничего.

Позади нас раздался грохот: лифт тронулся. Я уже чувствовала, как боги приближаются.

– Ладно, плевать. Мы пойдем другим путем! – рявкнул Ви, подбежавший к пропасти с Пиасом на плечах, и прыгнул.

– Ви! – завизжала я, и Мэдокс, спотыкаясь, пошел за мной.

– Ворриор, прыгай! – зарычал Вирус.

Почему? И зачем? Мэдокс кивнул вместо меня, схватил за руку и заставил прыгнуть. Мы шлепнулись прямо на морду Тартара, чьи чешуйки были размером с футбольное поле.

– Пойдемте! – Вирус помог мне подняться на ноги и двинулся вперед.

– Ты куда? – задыхалась я. Позади нас заскрипел лифт, и помещение наполнилось энергией Зевса. Они здесь.

– Через ноздри. Они всегда открыты, – выдавил Ви и ускорился. Мы с Мэдоксом побежали вслед за ним. Это был самый ужасающий забег в моей жизни. Я запыхалась, воздух в легких свистел, и все во мне требовало отдыха, но речь шла о выживании. Остановка была равнозначна смерти. Или чему похуже.

– Туда! – Вирус указал на огромную зияющую дыру перед нами, внутри которой была лишь непроглядная тьма.

– Это. Идиотский. План, – задыхалась я.

– Нос ведет в пазуху, а пазуха – в горло. Поэтому прыгаем туда.

Но, стоило нам добраться до ноздри, в это же мгновение по помещению пронесся голос Зевса и, в отличие от моего, разбудил Тартара. Монстр тут же дернулся, будто очнувшись после глубокого сна. Наши ноги завибрировали. Мы потеряли равновесие и упали в огромную черную дыру.