Отец - Роман Пастырь

— Без сомнений.

— Ты куда более жесток, чем я думала.

— Я добр только с близкими людьми.

Если бы она знала про ту темную ненависть, что клокочет у меня внутри.

Ненависть, от которой можно избавиться только одним способом.

Исида прикрыла глаза и открыла их уже в своём теле, сделав глубокий и шумный вдох. Светлана же рухнула на пол. Переместив Исиду к стене, я взял женщину и через портал перенёс в другую камеру. Пусть там полежит.

Она ни в чём не виновата, но сейчас я не мог иначе. Не имел права на ошибку.

— Чего ты хочешь, Соколов? — спросила Исида, когда я встал напротив неё.

Она выглядела не старой, но и не молодой. Морщины вокруг глаз собрались, кожа не такая гладкая, как в юные годы. Как спелый виноград, что залежался на солнце.

— Для начала расскажи, что было в пузырьке, — показал я осколки, которые достал из кармана Светланы.

— Яд. Его называют «Убийца высших». Действует медленно, эффект не должен сразу проявиться.

— Никогда о таком не слышал.

— Он редкий, сложный в изготовлении и неизвестный широкой публике. Внутренняя разработка организации.

— Так, значит, вы хотели убить моих детей и меня с женой заодно.

— Не совсем так. Яд убивает где-то недели за две. От него есть противоядие, которое тебе предложили бы в обмен на сотрудничество.

— Вечное рабство.

— Вроде того.

Женщина смотрела на меня пристально. Наверняка в этот момент просчитывала варианты побега.

— Средство я полностью нейтрализовал, — сказал я. — Можешь не надеяться на выкуп.

— О том, что меня поймали, уже знают. Я же не вернулась, чтобы доложить об успехе.

— Пусть так. Это никоим образом не мешает тебе рассказать об организации. Кто в ней состоит? Где их найти? Где ваши базы? Можешь начинать, — кивнул я поощрительно.

— Зачем мне это делать? Ты меня всё равно убьешь.

— Серьезно? А ты хорошо переносишь боль? А если я вырву твою душу и засуну её в предмет? Бесконечные пытки тебя не пугают?

— Ты на это не способен.

Не удержавшись, я рассмеялся. Смех вышел безумным, что понял и я сам.

— Ты не представляешь, на что я способен. В этом ваша главная ошибка. Так и не поняли, с кем связались.

***

Исида смотрела в глаза мужчины напротив и думала, что он прав. Они не поняли, с кем связались.

Запредельная адаптивность и способность генерировать новые решения — вот, в чём была его настоящая сила. Когда Исида сломала ампулу, она попыталась сразу же покинуть дом Соколова. Причин оставаться не было. Но в тот момент её обуял такой ужас, что она промедлила, а потом…

Потом оказалась в плену, запертая в камере. Собравшись с мыслями, а если быть честной, то до ужаса испугавшись, она вынырнула из чужого тела и… Испытала самое жуткое состояние в жизни. Обычно переход происходил мгновенно. Сейчас же она выскочила и зависла под потолком, не в силах пробиться наружу. Тело женщины в этот момент рухнуло на пол и забилось в судорогах.

Что будет, если задержаться в этом состоянии и дать телу погибнуть, Исида проверять не хотела и вернулась обратно. Что на этот раз прошло раз в десять сложнее, чем обычно.

Некоторое время ей потребовалось, чтобы прийти в себя. Подавить эмоции и собраться с мыслями. Наметить пути спасения. Первым вариантом было отыгрывать роль Светланы, обычной целительницы. Этот план провалился. Соколов был готов пожертвовать невинной женщиной, что не вписывалось в его психопрофиль. А потом и вовсе притащил настоящее тело Исиды.

Здесь-то она и поняла, что самой выбраться не получится. Даже когда вернулась в тело, это ощущение западни не исчезло. Вторым вариантом спасения была надежда, что Основатель её выкупит. Если его план удался, это логичный шаг, оставалось всего лишь подождать. Но и здесь Соколов обломал, заявив, что их яд не сработал. Возможно, он ошибался, но почему-то в это не верилось.

Зато как-то сразу поверилось, что он и правда способен запихнуть в какой-нибудь артефакт душу Исиды и поставить на дальнюю полку, где она будет лежать десятилетиями.

Впечатлившись, Исида перешла к третьему варианту. Если Соколов так хочет узнать секреты, то можно ему кого-нибудь сдать. Кого-то, кто имеет шансы с ним разобраться.

***

Недолго Исида упрямилась. Хитрая женщина. Сразу всех сдавать отказалась и рассказала, где найти Девятого.

— Он живет на острове. На том, который считается заброшенным. Ищи прямо в середине, густой лес.

— А подробнее?

— Это лес, а не город. Точного адреса не жди.

— Допустим. Что с остальными?

— Разберись сначала с Девятым, и, если справишься, расскажу про остальных. В обмен на жизнь. Иначе какой мне смысл тебе что-то рассказывать? Ты в любом случае можешь меня убить самым жестоким образом.

— Могу, — не стал я отрицать. — Но молчанием и интригами ты свои шансы не увеличишь.

— А где я сопротивляюсь? — усмехнулась криво Исида. — Про Девятого же рассказала.

— Где искать Основателя?

— У нас не принято своих сдавать. Я не могу этого сделать.

— Девятого же сдала.

— Он отщепенец. Всегда был себе на уме, доставлял много проблем. Тот ваш конфликт у азиатов — на это не было разрешения, его инициатива.

— А на отравление моих детей приказ был? — стоило подумать об этом, как голос холодел, а грудь свело от напряжения.

— Послушай, Соколов, — заглянула Исида мне в глаза, — мы с тобой не друзья, но и зла я тебе никогда не желала. Дети — приказ Основателя. Он не тот человек, которого можно ослушаться. Сама я была против. Всё же младенцы — это перебор. Хочешь верь, хочешь нет.

— Не настолько ты была против, чтобы отказать.

Её слова ничего не значили. Нас определяют не мысли, а поступки. Злодейство, пусть и по принуждению, остаётся злодейством.

Которое я не собирался прощать.

Исида промолчала, пожав плечами.

Тот металлический лист, к которому она была прикована, я повернул вертикально. Выбраться у неё не получится. Там столько всего намешано, что никакой силы не хватит. Разве что какой способностью удивит, но и на этот случай есть решения.

— Если Основатель приказал, так и скажи, где его искать.

— Ты с Девятым пока не разобрался.

— Кажется, ты не совсем понимаешь, в каком положение находишься.

— Понимаю. Я связанная, у тебя в темнице, и дела мои плохи, — при этом Исида умудрялась сохранять присутствие духа. Взгляд немного затравленный, но будто и не в плену. — Я надеюсь на то, что ты пойдешь к Девятому, который давно с тобой разделаться хотел, и убьешься об него. Это решит часть моих проблем.