Последний императорский отбор - Александра Плен

Мне предстояла громадная работа, которую и представить было страшно. В моем распоряжении были власть, королевская гвардия, имеющая полки в каждом королевстве, золото, весь ресурс дворца и технологии Лимпии, пока выраженные в базе данных, которую я закачала в браслет. А еще был Макс, который варился в этой кухне с пятнадцати лет и знал всю подноготную Амедалов.

– Сначала мы соберём совет королей, я выступлю перед ним и все расскажу. Потом газеты, выставки привезенного из Лимпии оборудования и так далее…

Макс только качал головой. Я видела, что ему страшно, непонятно, непривычно, но не обращала внимания на его сомнения.

Родители были немного растеряны и озадачены, но быстро пришли в себя. У папы оказались слабые способности к ментальным разговорам, он мог слышать меня лишь на маленьком расстоянии, не больше километра.

– А как ты обошел клятву? – поинтересовалась я, когда прекратились бесконечные объятия и иссяк запас слез. – Амедал говорил, что всех проверял камнем на площади перед дворцом.

– Случайно, – родитель рассмеялся одновременно и весело, и смущенно. – У меня прихватил живот. Полковник был моим дядей, он и прикрыл меня.

Родители единогласно согласились пожить некоторое время во дворце и помочь мне с преобразованиями. У меня не было ни малейшего сомнения в том, что они помогут и поддержат меня во всем.

– Я возьму на себя журналистов, – высокомерно заявила мама, вскидывая голову и упираясь руками в бедра, – все-таки я дочь графа и долго жила в столице.

– А я займусь хозяйственной частью, – отозвался папа, – если через проход, как ты говоришь, начнут идти в наш мир туристы, нужно оборудовать приемный зал, обустроить во дворце комнаты для посетителей, склады и прочее.

Младшая сестренка, сидевшая до этого момента тихонько в кресле и слушая наши разговоры, вдруг подскочила.

– Ух ты! Значит, мы потомки императоров Лимпии? А Амедал лишь дальний отпрыск телохранителя принцессы? – воскликнула она пораженно.

Анна не приехала, она ждала первенца и оставалась в поместье, а вот Ильма обрадовалась возможности посетить столицу и уговорила родителей взять ее с собой, не подозревая об опасности, грозившей им всем. Я узнала вскользь, что она разорвала помолвку с блондинчиком, и на мой вопрос – почему? – невразумительно ответила: разонравился.

– Не слишком рассчитывай на императорские регалии, – осадила я ее, сурово сдвинув брови, – наследство, конечно, нам досталось немалое, но в Лимпии даже императорская семья работает и зарабатывает деньги. Мой братец, например, пошел учиться на законника. Будет вести дела семьи Акиланосов.

– У нас есть брат?! – сестричка запрыгала от восторга. Я и забыла, что она еще сущий ребенок.

– Вы с Даниром прекрасно поладите, – ответила со смешком, – ему тоже восемнадцать.

Роб ушел в Лимпию буквально на следующий день, сказав, что сообщит в совет и подготовит договор. А я села за написание речи для королей. Мы с Максом запланировали встречу в центре континента, посреди пустыни. Я хотела сразу поразить их величеств передовыми технологиями, вырастив перед ними дом из одного из цилиндров, подаренных Милу.

Так и получилось. Мы с Максом прилетели на небольшом двухместном аэрокаре, который помог переправить Роб через барьер. Опустились посреди стоящих кругом карет, в которых восседали девятнадцать правителей. Вместе со слугами и охранниками собралась целая толпа, которая пораженно ахнула, увидев, как из нутра странной овальной машины выходят император с императрицей. Правда, это не помешало им встать на одно колено и склонить головы в поклоне.